Страница 14 из 16
Кроме удовлетворения от хорошо проделанной работы и благодарности командования получил Стас за эту службу ещё одну награду, о которой особенно не распространялся.
Её он приметил ещё при первом посещении сектантского сборища, когда она подошла к «пастору» после его громогласного призыва выйти к нему всех страдающих от семейных неурядиц и обещания уладить их посредством Святого Духа, который на все подобные случаи у преподобного Сидорова всегда был под рукой. Была с ней девчушка не старше трёх лет – симпатичная с умными чёрными глазками. Помнится Стас возмутился тогда в душе, что приходится ей видеть всё это безобразие в таком впечатлительном возрасте. «Разведёнка или близко к тому»,- подумал Стас, следя взглядом за её ладной фигуркой, и решил к ней подъехать.
Ожидавшая чуда жертва сектантской обработки быстро открыла душу новому популярному члену их общины, к тому же симпатичному и к ней самой весьма ласковому. Прежде всего, Стас узнал её собственную, в общем-то обычную в наше время, историю. А там пошла и более ценная информация, которую не трудно было получить у истосковавшейся по вниманию женщины, доброжелательно её выслушивая и направляя её словоизлияние заинтересованными вопросами. Она же и привела его на собрание посвящённых.
Сборище это состоялось на квартире у ярой сектантки – бывшей старой девы. Осатанелость от неудовлетворенных желаний и привела её в секту, а участие в оргиях срежессированных пастором Вовой явилось для неё сущей благодатью и потому к подготовке сцены для сего «священнодействия» она отнеслась с должным рвением: было и где расположиться и чем подкрепиться. Окуривание же помещения специфическим «ладаном» с галлюциногенным и возбуждающим эффектоми пастор не передоверял никому. В общем обстановка была самая к таким делам располагающая. И когда глава секты возгласил: «Возлюбите друг друга, дети мои»,- никто мешкать не стал…
Когда Стас вновь начал контролировать свои действия, он обнаружил себя лежащим на диване, а сверху на нём гарцевала его новая подружка. Любуясь колышущимися грудями и нездешними переживаниями, отражающимися на её лице, он пытался вспомнить сколько раз он её уже трахнул. Наконец с протяжным стоном она насадила себя на его орган в последний раз, замерла, а потом медленно как лунатичка легла на него, вытянув ноги. Чтобы закончить с этим делом, Стас поддал её снизу ещё несколько раз и кончил сам. «Хорошая девочка»,- подумал он, перебирая её волосы…
Пришлось конечно постараться чтобы открыть Марине глаза на истинное лицо их «гуру» и его подлинные цели. Но поскольку сам Стас дал ей новую надежду, то эта операция прошла вполне безболезненно. Дочурка же Марины его просто обожала. Стас сам не ожидал, что ему так понравится эта семейная идиллия. «А что? Верная женщина, умеющая создать уют, что ещё надо мужчине, которому не так часто доводится им насладиться?»- подумал он, обнимая свою подругу и слушая умиротворяющее журчание её нехитрого монолога. И сунув руку между разошедшимися полами её халатика, потянулся губами к её нежной шейке…
Вновь весна пробуждала жизнь, и жизнь брала своё. Оттаивала не только земля, но и загрубевшие от долгой борьбы сердца. «Мы должны стать твёрже, но не потерять нежность»,- сказал, в своё время, Эрнесто Че Гевара. Вспомнив эти слова, Андрей взглянул в шалые глаза идущей на встречу ему девушки и улыбнулся. А она ответила ему тем же…
Глава VIII
«Кто бы мог подумать, что такая архаика как масонство может быть реальностью наших дней»,- размышлял Андрей, выяснивший, неожиданно для себя, что за скоординированными действиями так называемой «свободной прессы» стоит организация доморощенных масонов, к тому же имеющая связь с пресловутым «мировым правительством»- этой шайкой плутократов для которых президенты и правительства так называемых демократических государств- всего лишь марионетки пляшущие на их финансовых поводках.
Не гнушались масоны местного разлива и обычной уголовщины, которую использовали для устрашения несговорчивых.
«Вытравить эту опухоль наверняка можно только изучив её изнутри. А значит, без внедрения в её структуру не обойтись»,- так развивал он свою мысль дальше. «Эти похитрей будут прежних наших клиентов. Видно, на сей раз, самому мне придётся тряхнуть стариной»,- вызрело у него решение.
И вот через несколько дней в редакцию самой «независимой» из всех «независимых» газет явился амбициозный провинциальный журналист и сразу же приятно удивил местных старожилов предъявленным творением своего пера и недюжинного, по всему видно, интеллекта в виде изощренно русофобской статьи. Даже сам редактор- патриарх вольно-продажной публицистики, сразу по прочтении сего опуса, заговорил с ним о возможности принятия в штат, едва не роняя, при этом, слёз умиления. «Видно молодость свою вспомнил старый баламут»,- подумал наш молодец (а это был, как вы уже догадались, не кто иной как Андрей) и как ни в чём не бывало стал обживаться в новой среде.
Новые «коллеги» поразили, ко многому уже привыкшего Андрея, своим цинизмом. Эти трубадуры криминальных капиталов и их демократической обслуги бравировали перед новичком своей продажностью, уча его, так сказать, правильно жить. Быстро освоив их стиль, он со своими ёрническими заметками по поводу государственных мероприятий пришёлся здесь, как нельзя, ко двору.
И вот уже старший коллега Яша Эпштейн, пишущий под псевдонимом Николай Иванов, с многообещающими намёками пригласил его на тусовку цвета независимой журналистики.
Вдоволь налюбовавшись на самодовольные рожи акул пера, уже было заскучавший, Андрей вдруг увидел приближающегося к нему шефа. «Добрый вечер, Олег Моисеевич»,- приветствовал он его с должным подобострастием.
«Хэлло, Эндрю, ты то мне и нужен»,- не оставил его без внимания босс. «Пошли я представлю тебя одному человеку»,- прибавил он многозначительно, увлекая его за собой. Так наш герой впервые увидел самого мастера ложи, чьё хомячье рыльце знал до этого лишь по фотографиям. Впрочем, тот не спешил представляться в этом качестве, а лишь внимательно рассматривал его и прощупывал малозначащими, на первый взгляд, вопросами. Проанализировав позже свои ответы, Андрей остался собой доволен и решил, что первое знакомство прошло успешно. Следует теперь ждать предложений, от которых он, разумеется, не сможет отказаться. И приготовился заломить цену подороже.
Трое новых «коллег» бывших старыми членами ложи «Иоанна крестителя» охотно поручились за Андрея, и он таки стал членом «братства». Не миновал он при этом и обязательного участия в театрализованном представлении- обряде испытания, когда ему пришлось шагнуть с завязанными глазами в представляющийся бездонным колодец, оказавшийся на деле неглубокой ямой с жёлобом на дне, по которому он скатился прямиком в зал собраний ложи, где и совершился обряд посвящения с балахонами аля-Ку-Клус-Клан и бутафорскими шпагами. С должной выразительностью повторив, при этом, формулы лицемерных обетов верности идеалам милосердия и прогресса, Андрей стал «настоящим» масоном.
Когда с него сняли чёрный капюшон, и он узрел, наконец, всех участников субботнего собрания членов ложи, ему стало очевидно, что почти в том же составе они могли бы собраться и в синагоге.