Страница 2 из 24
– Я не увижу ничего такого, чего не видел раньше.
Верно. Джемма сглотнула слюну. Потом окинула его взглядом. Анджело выглядел великолепно. Белый смокинг прекрасно сидел на его высокой фигуре. Благодаря освещению его волосы блестели, как старое золото, потрясающие голубые глаза сверкали. Он выглядел уверенным в себе, богатым и сильным.
И этого мужчину она собиралась проучить так, чтобы он никогда этого не забыл!
– Что ты хочешь?
– Найди меня после шоу, мы вместе что-нибудь выпьем.
Джемма с трудом скрыла свое ликование. Ей стоило приехать на Стратмос! Но действовать надо было осторожно. Не уступать слишком быстро. Нельзя, чтобы он потерял к ней интерес.
– Ты не думаешь, что должен подождать за дверью, пока я не оденусь? – Джемма немного помолчала, потом вежливо добавила: – Босс…
Услышав ее пренебрежительный тон, Анджело нахмурился.
– Ты… – Он сделал глубокий вдох. Потом тихим голосом угрожающе произнес: – Не злоупотребляй нашими прошлыми отношениями.
– Я бы никогда этого не сделала. – Глядя в зеркало, она еле заметно улыбнулась Анджело. – Я приехала в «Пещеру Посейдона», чтобы петь.
– Вот именно. – Он не улыбнулся в ответ. – Или ты лгала? Может быть, ты и вправду надеешься вернуться в мою постель?
Джемма почувствовала раздражение.
– Мне и в голову подобное не приходило. Я уже говорила тебе об этом. – Джемма вздохнула, пытаясь взять себя в руки. Ей надо быть очень осторожной, чтобы ничего не испортить.
– Я думал, ты затоскуешь по жизни, к которой привыкла.
Боже, он невозможен! Джемма повернулась и свирепо посмотрела на Анджело.
– Я у тебя работала, а не жила!
– Ты считаешь работой то, что полгода делила со мной постель?
Смутившись, Джемма встала. Она направилась к маленькому шкафу с костюмами. Сняла с вешалки темно-красное платье и надела его, стоя спиной к Анджело.
Когда она повернулась и увидела выражение глаз Анджело, у нее захватило дух. Платье было явной провокацией: плотно облегало фигуру, да и вырез у него был глубокий и вызывающий.
Она поспешила произнести:
– Карьера всегда была важна для меня.
– И известность, наверное, тоже.
– Если ты так утверждаешь…
Он бросил на нее странный, пристальный взгляд.
– По-моему, это изменилось, когда ты получила то, что тебе было нужно…
– И что, по-твоему, мне было нужно?
Он сдвинул удивительно темные брови.
– Мужчина, достаточно богатый, чтобы потворствовать всем твоим прихотям. Золотая кредитная карточка… одежда, драгоценности… – Он посмотрел на золотое кольцо с большим эффектным топазом на ее левом мизинце. – Ты выбрала его после того, как мы провели уик-энд в Монако. Помнишь?
– Боюсь, что нет. – Она вынула из шкафа длинные черные кружевные перчатки, на которых были вышиты темно-красные розы, и, натянув их на руки, закрыла кольцо.
Из-за двери ее позвал Марк Лайм, менеджер развлекательного центра. Джемма пошла к выходу.
– Мне пора на сцену.
– Подожди, не убегай от разговора! Конечно, ты помнишь. В тот вечер мы были на Балу Розы, а потом ты захотела пойти на вечеринку. Ты флиртовала со всеми мужчинами. Неужели не помнишь?
Мужчины? Какие мужчины?
– Нет…
– Мужчин было так много, что ты не всех помнишь? – Глаза Анджело засверкали.
– Я не помню…
– О, пожалуйста! Ты носишь кольцо, которое купил я. Я уверен, что ты помнишь каждый миг, который мы провели с тобой в постели.
Джемме стало не по себе. Марк снова позвал ее. Она распахнула дверь.
– В этом все и дело. Я не помню. Не помню ничего о том вечере на Балу Розы. Ничего не помню и о тебе. Ничего не помню о времени, которое мы провели вместе. – Она вздохнула и четко произнесла: – Я потеряла память.
Джемма выбежала на слабо освещенную сцену. Ей казалось, что она до сих пор видит ошеломленное лицо Анджело.
Болтовня в зале прекратилась, столовые приборы больше не звенели Большинство посетителей уже закончили есть. В пятницу вечером театр-варьете был переполнен.
Джемма медлила. На миг ее охватило знакомое волнение. Потом она сделала шаг вперед, ближе к зрителям. Именно здесь ее голос, душа и тело перетекали в музыку.
Когда вторая песня близилась к концу, она заметила Анджело. Он в одиночестве сидел за столиком, небрежно прислонившись к стене и положив руку на спинку стула. Анджело смотрел на Джемму, сузив глаза, и она не могла понять выражение его взгляда. На его столике не было ни еды, ни напитков.
Джемма отвела взгляд. Когда она допела последнюю песню, на миг наступила тишина, а потом раздались оглушительные аплодисменты. Джемма послала зрителям воздушные поцелуи и склонилась в поклоне. Непослушные волосы упали ей на лицо. Она выпрямилась, поправляя прическу. В зале раздались топот и свист.
– Хорошо, спою еще одну песню. Сочинение Эндрю Ллойда Уэббера, мое любимое. Если вы когда-нибудь теряли того, кого любите, это – для вас.
Джемма запела «Memory».[1] Казалось, зал перестал дышать. Прозвучали последние ноты, и настала тишина.
А потом все взорвалось. На этот раз зрители словно обезумели.
Джемма с улыбкой помахала им рукой. Она пыталась встретиться взглядом с Анджело. Слова песни все еще звучали в ее душе. «Новый день». Они посмотрели друг другу в глаза, и Джемма перестала улыбаться.
Для них новый день не наступит. Между ними лежало прошлое.
Когда Джемма вошла в гримерку, ее все еще била дрожь. Она чувствовала себя так, словно выдержала два раунда решающего поединка на боксерском ринге. Люси уже вернулась после своего выступления. Она лежала на диване, светловолосая, с широко открытыми зелеными глазами.
– Тебя хочет видеть босс, – сказала она, бросая листок бумаги в мусорную корзину.
Джемма уселась.
– Марк?
– Нет, большая шишка, Анджело Аполлонидес. – Люси смотрела на нее с любопытством. – Напоминает, что ты должна с ним выпить. Ты ничего не говорила об этом приглашении.
Джемме следовало знать, что он не позволит ей ускользнуть.
– Он пригласил меня перед самым началом шоу. Я слишком устала, чтобы общаться с мистером Аполлонидесом, – пробормотала Джемма.
Она так остро отреагировала на его прикосновение… Джемме вовсе не хотелось воспылать страстью к Анджело Аполлонидесу. И теперь ей нужно время, чтобы разобраться с неожиданным осложнением.
Увидев недоверчивый взгляд Люси, Джема добавила:
– Можешь сказать ему, что я ухожу. – Если она сейчас отвергнет Анджело, ему еще сильнее захочется ее увидеть.
– Джемма, ты делаешь глупость. Я работаю на Стратмосе уже восемь месяцев, и за все это время ни одна из служащих не получила от него приглашения. И ты отказываешься? – Люси вскочила и принялась расхаживать по комнатке. – Я тебя не понимаю. Ходят слухи, что месяц назад он расстался с… – она назвала имя одной знаменитой модели. – Почему бы тебе не попытать счастья?
Джемма не ответила. Она принялась смывать макияж. Анджело отправится ее искать и скоро появится здесь. Джемма не собиралась здесь оставаться.
Люси недовольно фыркнула и вышла из комнаты. Она что-то бормотала о гонце с плохими новостями и о том, что некоторым людям исключительно везет.
Но Джемма знала, что приглашение Анджело нельзя назвать удачей. Ему не понравилось, что она приехала на Стратмос. Нужно вести себя очень, очень осторожно.
Вот уже год, как Джемма пыталась выйти на Анджело Аполлонидеса. И, наконец, ей повезло – она заняла место певицы, которая в последний момент отказалась от выступлений. У Джеммы всего восемнадцать дней, чтобы выяснить все, что ей надо, а затем найти способ расквитаться с Анджело.
1
«Память» (англ.).