Страница 31 из 78
— Попробуем, — обреченно сказал Лукас.
Она помогла ему принять сидячее положение, затем свесить ноги с кровати. Самым трудным для Лукаса, да и для Кайли, оказался следующий этап — встать на ноги. Переломанные ребра не позволяли Кайли приподнять его, взяв под мышки, поэтому она осторожно обхватила одной рукой его талию, а он положил свою руку ей на плечи. При первой попытке он едва не опрокинулся на спину, но со второй Лукасу удалось с неимоверным усилием встать во весь рост, однако ему пришлось опереться на Кайли.
— Грег…
— Я сам, — яростно прошептал он, переводя дыхание..
Кайли поняла, что гнев его направлен не столько на нее, сколько на себя самого. Он позволил ей довести его до двери туалета, потом сказал Кайли, чтобы она отпустила его.
— Теперь я действительно справлюсь сам, — произнес он почти умоляющим тоном, держась за стенку рукой.
Кайли решила не настаивать, чтобы не ущемлять его и без того уязвленную гордость. Лукас позвал ее несколько минут спустя, и они совершили обратное путешествие к кровати. Возвращение в постель оказалось для Лукаса процессом не менее болезненным, чем вставание, но заняло меньше времени. Он откинулся на подушку, хватая ртом воздух. Нижнее белье его промокло от пота, видимо, поход в туалет и обратно стоил ему страшного напряжения и лишил его остатков сил.
Кайли подождала, пока Лукас отдышится, и уже раскрыла было рот, чтобы спросить, не хочет ли он еще чего-нибудь, Но он заговорил первым.
— Кайли… Простите меня. Я… Она не дала ему договорить.
— Давайте обойдемся на этот раз без извинений, хорошо? Я уже наслушалась их предостаточно.
— Верно… — Лукас повернул голову к стене, на лице его снова появилось унылое выражение.
— Я поищу корабль, как только мы прибудем на Омарлин, — сказал он. — Я бы остался на Джероссе, но мне не позволили, вы же знаете. Но я уйду. Обещаю.
— Вы именно этого хотите? Уйти от нас?
— Да.
— Вот так просто? Никаких сожалений, никакого чувства долга… Хотите бросить нас в такую трудную минуту?
— Кайли? Я не понимаю…
— Мы предоставили вам работу, когда вы сидели на мели. Мы заботились о вас, когда вы были больны. Мы даже предложили вам контракт. А теперь, когда мы в вас так нуждаемся, вы говорите об уходе? Непорядочно, Грегори Лукас.
— А как насчет Джеросса? Кроутеров? Они ведь рассказали Службе Безопасности обо мне — я слышал А СБ поставила в известность вас, разве нет?
— Вы имеете в виду трибунал? Да, они рассказали мне. И что из того?
— А то, что вы не желаете видеть меня на борту корабля. Впрочем, это понятно. Я освобожу вас от своего присутствия, как только «Галактика Виддона» пришвартуется в порту.
— Вы уйдете, а мы потеряем корабль. Вы слышите меня, Лукас? Без вашей помощи мы потеряем «Галактику Виддона». Я начинаю думать, что вы именно этого и добиваетесь — мол раз уж у меня ничего дорогого в жизни не осталось, так пусть и с ними случится то же самое. Я права?
— Нет. Конечно же, нет!
— Тогда прекратите эти разговоры об уходе. Хотите вы того или нет, но вы нам нужны. И до тех пор, пока мы не поправим наше финансовое положение настолько, чтобы позволить себе нанять кого-то другого, вы никуда не уйдете? Ясно?
— Нет, совсем не ясно.
Кайли видела, что он боится. Боится глядеть на нее, боится оставаться на корабле, считая, что все будут сторониться его, хотя сами же и требуют остаться. Страх его удручающе подействовал на Кайли. Замкнутость, гнев, даже ненависть Кайли могла проигнорировать. Но только не страх. При виде сильного, хотя в данный момент и беспомощного, мужчины, испытывающего страх, ей самой стало не по себе, и от такого зрелища во рту у нее появился какой-то странный, горьковатый привкус
— Грег… Грег, посмотрите на меня.
Он посмотрел. Как бы он ни боялся, на это у него храбрости хватило.
— Да, мы знаем, что вас судили. Нам также известно, что вы были приговорены к реабилитационной терапии. Насколько я понимаю, человек становится после нее другим. Совершенно другим. Поэтому я не думаю, что вы способны навредить нам. Намеренно, во всяком случае. Никто не станет гнать вас с корабля, Грег. Конечно, если вы действительно собираетесь покинуть нас на Омарлине, мы не сможем удержать вас силой. Мы не заключали контракт на какой-то определенный срок. Вы вправе расторгнуть его в любой момент. Но если вы пожелаете остаться, оставайтесь. Все зависит от вас. Когда примите решение, дайте мне знать.
Кайли повернулась и пошла к выходу.
— И вы даже не хотите узнать, что на самом деле произошло со мной… Я имею в виду, до суда?
Она медленно обернулась.
— Почему же, конечно, мне хочется узнать. Но я не хочу принуждать вас. Когда сами сочтете нужным, тогда и расскажете мне. Вернее, нам.
Лукас изумленно уставился На нее. Наверное, если бы она ударила его, он не выглядел бы более ошеломленным. Кайли вздохнула.
— Грег, вы устали. Вам лучше поспать. Вам все станет понятнее, когда вы будете чувствовать себя лучше.
Кайли позавтракала и пошла на капитанский мостик, чтобы сменить Лайю. Та явно обрадовалась приходу сестры, поскольку не любила дежурить в рубке управления — слишком много ответственности. Тем не менее, она всегда безропотно несла там вахту в случае необходимости.
— Почему ты так рано пришла? — спросила она.
Кайли пожала плечами. — Мне все равно сейчас нечего делать. Подменишь меня ненадолго часа через четыре?
— Конечно, — кивнула Лайа, — я буду в саду. Свяжись со мной по интеркому, когда захочешь передохнуть. Она поднялась с кресла первого пилота, уступая место Кайли, и спросила, как бы между прочим: — Что Грег?
— Ему лучше. Он даже сумел встать на ноги и сходить самостоятельно по нужде. Завтра, наверное, сможет выйти из каюты.
— Ты… оставляешь его на «Галактике», да?
— Лайа… — Кайли запнулась, пытаясь подыскать какие-то слова поубедительнее, но потом решила, что не стоит изощряться, и сказала просто: — Да, оставляю.
— Как ты можешь? Кайли, он несет ответственность за смерть двух человек. Они доверились ему и что получили взамен? И кто даст гарантию, что он не сделает чего-то подобного снами?
— Я возьму на себя смелость дать такую гарантию. До сих пор у меня не было оснований сомневаться в том, что у него нет дурных намерений по отношению к нам. Мы нуждаемся в его помощи, Лайа, и я не желаю оскорблять его недоверием без всякой на то причины.
— А ты не думаешь, что военный трибунал — более чем веская причина для сомнений?
— Я думаю, что тот трибунал не имеет никакого отношения к дню сегодняшнему, — заявила Кайли. — Лайа, постарайся забыть хоть на минуту о произошедшем на Джероссе и вспомни того Грега Лукаса, которого мы знали до этого происшествия. Скажи честно, давал ли он тебе повод усомниться в его искренности и порядочности?
— Нет, — призналась Лайа, — ни разу. И все же, он причинил нам вред. Обитатели Джеросса знают теперь, кто он такой. И знают, что он на нашем корабле. Слухи немедленно распространятся по всем портам, куда мы будем заходить. Кто захочет иметь с нами дело, зная, что Лукас находится на борту «Галактики Виддона»?
— Кто? Те же самые люди, которые имели с нами дело и прежде. А слухи… Ну что же, пусть и распространяются. Транспортных агентов и брокеров волнует то, как мы выполняем свои договорные обязательства, а не то, кто у нас в экипаже. Они не станут из-за этого прерывать с нами деловых отношений.
— Некоторые не преминут прервать их, и ты прекрасно об этом знаешь.
— Некоторые, возможно. Но не большинство.
— Утратив контакты хотя бы с несколькими брокерами, мы вполне можем лишиться корабля. Ситуация складывается критическая, я же вижу, как обеспокоен Риз. Ты совершаешь ошибку, Кайли, и эта ошибка будет дорого стоить всем нам.
— Послушай, а почему, собственно говоря, ты так паникуешь? Чего ты всегда хотела? Стабильности, оседлой жизни на какой-нибудь станции. Никаких путешествий, никаких волнений насчет того, что очередной прыжок может закончиться неудачно, никаких дежурств по двенадцать часов в сутки. Не пойму, почему ты так расстроилась. Если мы потеряем «Галактику», ты получишь то, к чему стремилась.