Страница 91 из 115
— Я воображал — ах, как часто я воображал! — наш уютный домик! Ее и мой. Она шьет в кресле, я отрабатываю удары на ковре… — Голос у него сорвался. — В уголке маленький Гарри Вардон Стерджис играет с маленьким Дж. Г. Тейлором Стерджисом. А вокруг — за чтением, за милыми детскими забавами — маленькие Джордж Дункан Стерджис, Эйб Митчелл Стерджис, Гарольд Хилтон Стерджис, Эдвард Рей Стерджис, Горейс Хатчинсон Стерджис и крошка Джеймс Брейд Стерджис.
— Эй! Полегче! — вскричал я.
— Что такое?
— Не слишком ли много детей вы собрались завести? Мортимер мрачно мотнул головой.
— Разве? — тупо переспросил он. — Не знаю. А каков пар?
Наступила тишина.
— И все же, — тихо проговорил Мортимер некоторое время спустя. Он помолчал. Глаза его вспыхнули странным светом. Это снова был прежний, счастливый Мортимер Стерджис, которого я так хорошо знал. — И все же, — продолжал он — кто знает? Может быть, оно и к лучшему. Вдруг бы они все подались в теннисисты! — Он снова поднял ниблик. Лицо его сияло. — Играю тринадцатый! Думаю, надо выбить через дверь и в обход дома до грина, вы согласитесь?
Мало что остается добавить. Эдди и Бети много лет женаты и счастливы. Гандикап Мортимера снизился до восемнадцати, и он с каждым днем играет все лучше. На свадьбу он не попал, поскольку она совпала с призовым турниром, но если вы разыщете список подарков — а их было много, и дорогих — то найдете примерно в середине столбца:
СТЕРДЖИС ДЖ. МОРТИМЕР
две дюжины «серебряных королевских» мячей для гольфа и один патентованный алюминиевый паттинг-клик Стерджиса с автоматической регулировкой и системой самокоррекции.
РАЗЛУЧЕННЫЕ СЕРДЦА
В курительной гольф-клуба весело потрескивал огонь, и старейшина время от времени поглядывал в окно на сгущающиеся сумерки. Снег мягко ложился на поле. С того места, где сидел старейшина, открывался прекрасный вид на девятый грин. Вот в полумраке декабрьского вечера из-за холма появился мяч, прокатился по траве и остановился в метре от лунки. Старейшина одобрительно кивнул. Хороший удар.
Молодой человек в твидовом костюме спустился с холма, легко и уверенно загнал мяч в лунку, перекинул через плечо сумку с клюшками и направился к клубу. Через несколько мгновений он вошел в курительную и, увидев огонь, издал восторженный клич.
— Замерз, как собака! — сообщил молодой человек.
Он позвонил официанту и заказал чего-нибудь горячительного. Старейшина любезно согласился составить ему компанию.
— Люблю играть зимой, — сказал молодой человек. — Все поле твое. Мир полон лодырей, которые вылезают только при хорошей погоде. И как у них хватает наглости называть себя гольфистами!
— Не все так преданы игре, как вы, мой мальчик. — Мудрый наставник с удовольствием нырнул носом в свою кружку. — Будь так, мир стал бы намного лучше, и было бы меньше всяких беспорядков.
— Гольф я люблю, — согласился молодой человек.
— Пожалуй, только один гольфист на моей памяти был более предан игре. Я о Мортимере Стерджисе.
— Это тот, что пристрастился к гольфу, когда ему было тридцать восемь? Девица, с которой он был помолвлен, ушла к другому, потому что у Стерджиса не хватало времени совмещать гольф с ухаживаниями. Помню, вы как-то рассказывали.
— У этой истории есть продолжение, если не возражаете, — предложил старейшина.
— Окажите честь, — ответил молодой человек. — Начинайте!
— Некоторые, — повел свой рассказ старейшина, — считали, что Мортимер Стерджис помешался на гольфе, и осуждали его. Я с ними не согласен. Во времена короля Артура никто не возводил хулу на юного рыцаря, если тот, забыв про общественные и деловые обязательства, отправлялся на поиски Святого Грааля. В Средние века человек мог посвятить жизнь крестовым походам, и толпа его боготворила. Стоит ли клеймить человека нашего времени за ревностное увлечение современным эквивалентом — Поиском Совершенства в Гольфе? Мортимер Стерджис не достиг совершенства, но все же снизил свой гандикап до девяти, и я снимаю перед ним шляпу.
Эта история началась, когда Стерджис уже не был новичком в гольфе и его гандикап приближался к двенадцати. Вы, конечно же, знаете, что именно в это время гольф начинает по-настоящему захватывать. Пристрастие Мортимера к игре выросло безмерно — никакого сравнения с тем, что было раньше. Он и до этого играл, но теперь на самом деле засучил рукава и окунулся в гольф с головой. Тогда же он начал вновь подумывать о женитьбе. Статистика свидетельствует, что практически все великие гольфисты были люди женатые — так, может, священные узы брака способны улучшить игру? Мысль, что он столько теряет, не давала Мортимеру покоя. Более того, в нем проснулся отцовский инстинкт. Как он справедливо заметил, неизвестно, благотворно ли скажется брак на игре, однако прослеживается четкая связь между женитьбой Томми Морриса-старшего и существованием Томми Морриса-младшего,[68] который четыре раза подряд выиграл открытый чемпионат Британии. Короче говоря, к сорока двум годам Мортимер Стерджис созрел для того, чтобы предложить какой-нибудь милой девушке сделаться приемной матерью одиннадцати драйверам, двадцати восьми паттерам и еще пятидесяти пяти клюшкам, которые он собрал за карьеру гольфиста, — общим числом девяносто четыре. Разумеется, с единственным условием: будущая миссис Стерджис тоже должна играть в гольф. До сих пор помню ужас в его глазах, когда некая девушка, восхитительная в других отношениях, сказала, что никогда не слышала о Гарри Вардоне;[69] может, он имеет в виду шляпку а-ля Долли Вардон?[70] Со временем она стала великолепной женой и матерью, но Мортимер Стерджис с ней больше не разговаривал.
С наступлением января Мортимер обычно уезжал на юг Франции — к солнцу и зеленой сухой траве. В этом году он поступил точно так же: с чемоданом и девяносто четырьмя клюшками отправился в Сен-Брюле и остановился, как всегда, в отеле «Сюперб», где его знали и к привычке отрабатывать удары в спальне относились с доброжелательной снисходительностью. В первый же вечер, предварительно разбив статуэтку молящегося младенца Самуила, Мортимер оделся и вышел к обеду. И тут его очам предстала Она.
Вы знаете, что Мортимер Стерджис был ранее помолвлен, но Бетти Уэстон никогда не пробуждала в нем таких чувств, как эта девушка. Как он сам потом сказал мне, один лишь взгляд на то, как она опустошает тарелку супа, поднял в нем шальную бурю страстей. Такое чувство бывает, когда ваш мяч, угодив в заросли бурьяна, неожиданно выскакивает оттуда прямо на середину фервея, отрикошетив от камня. Гольф поздно вошел в жизнь Мортимера Стерджиса, а любовь — еще позже. И точно так же, как позднее пристрастие к игре оказалось искренним, любовь, сразившая его в середине жизни, стала настоящей. Мортимер доел обед, не замечая вкуса еды, что в иных отелях только к лучшему. Он тщательно обследовал местность в поисках кого-либо, кто мог бы его представить. Наконец такой человек нашелся, и знакомство состоялось.
Она была миниатюрной и на первый взгляд довольно хрупкой девушкой с большими голубыми глазами, облаком золотых волос и милым лицом. Левая рука висела на перевязи. Девушка взглянула на Мортимера так, словно наконец нашла что-то, и это что-то кое-чего стоит. Склонен думать, это была любовь с первого взгляда, причем взаимная.
— Хорошая сегодня погода, — сказал Мортимер. Он был мастер завязывать беседы.
— Да, — согласилась девушка.
— Люблю хорошую погоду.
— Я тоже.
— Когда погода хорошая — в этом что-то есть!
— Да.
— Ну… в общем… хорошая погода — гораздо лучше, чем нехорошая, — изрек Мортимер.
Он с тревогой посмотрел на девушку — не слишком ли глубокая тема для разговора, но, похоже, она прекрасно следила за ходом его мысли.
68
Том Моррис-мл. (1851–1875) — легенда мирового гольфа, выдающийся игрок, выигравший Открытый чемпионат в семнадцать с половиной лет. Том Моррис-ст., его отец, тоже прославленный гольфист.
69
Гарри Вардон (1870–1939) — знаменитый английский гольфист. За свою карьеру он вышел победителем более чем в 60 турнирах, и в 1913 году написал подробное руководство по гольфу.
70
Долли Вардон — (правильно — Долли Варден) кокетливая красавица в романе Ч. Диккенса «Барнаби Радж». Ее имя получили приталенное платье из муслина с крупным рисунком и шляпа с загнутыми полями, украшенная цветами.