Страница 92 из 93
Лежащий на полу комиссар Вильнар застонал.
— Вот. — Алекса открыла бутылку с водой, которую он попросил её захватить с собой, приподняла ему голову и влила в рот несколько капель. — Замечательно.
Через минуту комиссар пришел в себя, глубоко вздохнул и вытянул руку, чтобы Алекса помогла ему подняться.
— Вы далеко пойдете, — сказал он Алексе. — Отнюдь не всякая тайная организация настолько пронизана злом, как Черный Круг.
— Гм… Да. — Алекса не могла отвести глаз от закрытой двери.
— Но вы ведь никому не расскажете о том, что там видели. — Глаза комиссара Вильнара сделались большими и круглыми. — Я могу на вас положиться?
Алекса нервно сглотнула.
— Н-не расскажу.
— Я так и думал. А теперь мы с вами проинформируем остальных. Хорошо?
— Да, сэр.
Улыбка, появившаяся на лице Вильнара, казалась нечеловеческой. После того, через что он прошел несколько ми-
нут назад, было удивительно, что комиссар вообще способен улыбаться.
— Этот сенатор Бланц, — произнес вдруг комиссар, — считает себя исключительным хитрецом.
— Сэр?
— Даже и не пытается скрываться. Но мы его прижучим… Алекса молчала, не осмеливаясь задавать вопросы. События развивались очень быстро.
— Подобная честь должна принадлежать вашей группе. Лора Стил произведет арест. Вполне достойное её поручение. Вы согласны?
Алекса наконец смогла улыбнуться.
— Да, — сказала она. — Думаю, это будет то, что нужно.
32
Капитолий был большим девятиугольником неправильной формы, над которым постоянно плыли темные облака, похожие на полосы черной краски, разлитые по небу цвета индиго. Несмотря на ртутный дождь, на ступеньках собрались журналисты, чтобы фотографировать прибывающих сенаторов. Сегодня был очень важный день.
И не имело значения, что человек, внесший законопроект на рассмотрение, отсутствовал. Голосование по Закону о Жизненно Необходимом Обновлении не требовало присутствия сенатора Бланца. Однако интерес журналистов во многом подкреплялся также и противоречивыми слухами, связанными с внезапным исчезновением сенатора. Никто из его коллег не пожелал прокомментировать названный факт… по крайней мере, официально.
Вспыхнули прожектора — маги-санитары вынесли из подъехавшей кареты скорой помощи легкий паланкин. Сегодняшнее голосование обещало быть крайне напряженным, так как мнения сенаторов разделились почти поровну, поэтому сюда сегодня прибыли даже больные и умирающие.
В паланкине сидела скрюченная высохшая фигурка — сенатор Уилл Шарпинг, великий либерал старой школы, идол нескольких поколений. Шарпинга уважали даже противники как истинного джентльмена в исконном значении этого слова, того, кто никогда не шел ни на какие компромиссы с совестью и убеждениями.
Строилось много догадок относительно того, как станет голосовать советник, ибо его выбор мог решающим образом повлиять на мнение других участников голосования и отнюдь не только членов его собственной партии.
Лора и Донал находились внутри Капитолия на галерее для зрителей. Они стояли у высокой каменной колонны и видели, как советники заняли свои места, как маги внесли внутрь паланкин и с помощью определенных манипуляций превратили его в обычное кресло, сидя в котором, Шарпинг производил впечатление обычного советника на обычном заседании.
— Начинаем, — прошептала Лора.
— Начинаем.
Прошло всего три дня с тех пор, как Донал вернулся из Иллуриума, и вот теперь, когда они проходили среди высокопоставленных чиновников, у них с Лорой каждый нерв вибрировал от напряжения. Неужели все скоро закончится?
Перед началом голосования спикер палаты огласил условия законопроекта.
«…чтобы прав на представительство адвокатом в суде, на законный брак, на защиту профессиональных интересов были лишены все нечеловеческие, недочеловеческие и псевдочеловеческие существа…»
Голос спикера дрогнул, когда говоривший заметил спускающихся по ступенькам Донала и Лору. Возможно, спикер также был магом и с первого взгляда узнал в Лоре зомби.
«…и… э-э… передать в государственное пользование все движимое и недвижимое имущество, которое в данное время находится в распоряжении упомянутых…»
Первой остановилась Лора. У неё за спиной Донал расстегнул пиджак, демонстрируя свой любимый «магнус» в новой наплечной кобуре — подарок Лоры.
Затем Лора сунула руку в сумочку, извлекла оттуда удостоверение детектива и громко произнесла:
— Я командир Стил из Управления полиции Тристополиса. И у меня имеется, — она снова положила удостоверение в сумочку и достала из неё документ на веленевой бумаге, подписанный лиловыми чернилами, — ордер на арест сенатора Бланца…
Весь огромный зал наполнился шепотом. Неужели этой женщине не известно, что сенатор исчез?
— …другими словами, я беру под арест вас.
В другой руке Лора держала наручники и, не медля ни секунды, направилась к высохшей фигурке с жалкими остатками седых волос на практически голом черепе.
У неё над головой раздался кашель спикера.
— Юная леди, вы, кажется, самым прискорбным образом обознались. Перед вами всем нам хорошо известный советник Шарпинг, чей…
Тут вперед вышел Донал и крепко сжал высохшее запястье старика. Как Донал и предполагал, обновленная сила собственного «я» — дар ведьмы и праха — не оставляла его.
Он был способен видеть сквозь пелену иллюзорного.
Я и есть…
И он был способен разрушать иллюзии, владевшие другими.
…песня.
У собравшихся здесь высокопоставленных чиновников создалось впечатление, что воздух заколебался и раскололся, а человек, которого держал за руку Донал, вдруг из дряхлого старца сделался сильным и полным энергии, а волосы у него на голове, хоть и сохранили седину, стали густыми и жесткими.
— Ты попался, Бланц.
Оранжевая молния осветила зал заседаний Капитолия.
Ударной волной Донала отбросило назад. Он был защищен специальным жилетом, который ещё больше укрепили федеральные разрушители чар, поэтому сам удар не причинил ему никакого вреда. Какое-то мгновение лейтенанту казалось, что все нормально и операция идет по плану.
И тут он понял, что сенатор Бланц совершил трюк, в котором ему больше помогла ловкость рук, нежели волшебство.
Он выхватил у Донала «магнус» и направил его лейтенанту прямо в грудь.
Нет…
Затем Бланц резко развернулся и нажал на спуск. Донал прыгнул вперед, уже зная, что произошло.
Голова Лоры взорвалась фонтаном костных осколков и мозговой жидкости.
НЕТ!
Пальцы Донала потянулись к глазам Бланца, но следующий выстрел поразил его в сердце, грохот донесся до него откуда-то издалека, и все покрыла непроницаемая тьма. Донал умер…
33
…и пришел в себя, а маги-врачи все ещё продолжали проделывать с ним какие-то манипуляции. Он лежал на каменном полу капитолийского зала, а несколько советников с ужасом взирали на происходящее.
Донал попытался что-то сказать.
— Молчите, — пробормотал один из магов. — Все будет в порядке.
Нет, не будет.
Он приподнял голову и уставился на свою вскрытую грудную клетку. Два мага что-то ворошили там внутри, их руки были по локоть в черной липкой жидкости. А внутри его груди…
О Танатос!
…билось скользкое черное сердце… О беспощадная Смерть!
…взятое у той, которой оно уже было не нужно. НЕТ НЕТ НЕТ НЕТ НЕТ!
Ведь даже зомби не может жить без мозга. Если череп разлетелся на мелкие влажные кусочки. Нет…
Три дня спустя наперекор всем запретам медиков Донал был на кладбище на темных вересковых просторах у края Черного Железного Леса. Могильщики забрасывали могилу влажной землей, а ртутный дождь все шел и шел.
Жрица и члены их группы молча наблюдали за происходящим. За ними — наперекор всем советам политических консультантов — находился комиссар Вильнар. Кем бы Лора ни была в своей первоначальной жизни, в данный момент они предавали земле тело зомби… конечно, с репутацией Бланца было покончено, но основанное им политическое движение продолжало существовать.