Страница 29 из 39
– И что делать со всем этим? – поинтересовался координатор. Он уже вышел из самадхи. И поэтому был готов адекватно реагировать, тем более, что он понимал: белый маг появился не случайно.
– Тебе нужны люди, которые будут служить твоему серому делу, и не просто служить, а готовые отдать жизнь за гармонию.
– Где их взять? Я уже годы ищу и не нахожу. Все, с кем я имел дело, очень плохо могли удерживать равновесие, и они или скатывались к черным, или быстро становились белыми и часто просто покидали этот мир, не находя для себя в нем чего-либо стоящего.
– Они есть, – тихо ответил белый маг. – Просто ты их не встретил, а, встретив, не смог удержать, убедить, очаровать своим делом.
– И к какой же категории эти люди принадлежат и где их найти?!
– Два вопроса сразу!
– Извини! Но тема для меня болезненная, поэтому я и не удержался и отошел от привычного, неспешного, хорошо структурированного образца беседы двух магов.
– Но я тебя понимаю! И отвечу сначала на первый вопрос. Эти люди принадлежат к категории дон Кихотов.
– Не слышал о такой.
– О! Это категория очень редко встречающихся людей. Они познали, что есть добро, они познали, что есть зло.
И стали бороться со злом, но в то же время они остались реалистами и не дали себя очаровать силам света, впрочем, как и не поддались силам тьмы!
– И что же они делают на этом свете?
– Они борются с ветряными мельницами – ответил белый маг.
– А чем они им помешали? – удивился серый.
– Да в принципе ничем, но они считают, что эти самые мельницы – это заколдованные силы зла.
– Странно! – снова удивился серый маг. – Ведь мельницы, как я себе это представляю, работали на пользу, перемалывали зерно, служа людям.
– На это я тебе, любезный друг, отвечу словами одного очень интересного русского писателя: «Когда силы зла не служили силам добра?!». И от себя добавлю: и когда силы света и силы зла не служили на пользу серому делу!
– А как звали этого писателя?
– Звали его, как Михаила Архангела, Михаилом, и еще у него была фамилия Булгаков.
– Не слышал! – удивился серый.
– И о чем же он писал?
– Да все об извечном: о силах зла и добра, об Иисусе. Кстати надо сказать, он его очень реально описал.
– Почитаю!
– Думаю, что время у тебя на это немного. Ты, кстати, решил в своей личной жизни вопрос женских энергий?
– Да, я получаю их из космоса.
– Так издалека!– удивился белый маг. – Почему у тебя нет своего постоянного земного источника?
– Он у меня есть, я же наполовину, как и все в этом мире, состою из женских энергий.
– Я говорю о даме сердца, а не об оккультных источниках. Каждый дон Кихот должен иметь свою Дульсинею Тобосскую! И не в мечтах, а рядом, чтобы не чувствовать себя таким одиноким. Да к тому же они, эти дульсинеи, стабилизируют нашу психику, делают нас земными и в то же время заставляют нас тянуться к звездам.
– Чтобы сорвать одну из них для них! – продолжил мысль белого серый.
– Да, вот именно.
– Но я уже имею Дульсинею.
– Ах, вот как! – удивился белый.
– Ну да, я же люблю госпожу Останцони, – ответил серый.
– К сожалению, она такая, как сказал Предиктор, одна на белом свете и к тому же принадлежит мне по своему свободному выбору! – напомнил белый маг.
– Да, жаль! – искренне ответил серый маг. – В этом мире ничего не существует в одном экземпляре. Я имею в виду, что каждый может отыскать свою реальную даму сердца, точно так же, как это сделал я. Ты просто не занимался этим вопросом всерьез.
– Ну, я занятой человек, – стал оправдыватся серый, – и не могу ехать за тридевять земель, в тридевятое царство.
– Да, ты настолько занятой человек, – ответил ему белый маг чуть с иронией в голосе, – что не можешь оторвать свою просветленную задницу от этой металлической площадки, для того чтобы выпить стакан холодной колы в баре недалеко отсюда и решить свои проблемы. И, быть может, все и, быть может, разом.
– Откуда ты знаешь, что это пойдет мне на пользу? Тем более, что колу я не люблю.
– Ты когда-нибудь слышал о всевидящем оке? – спросил белый маг, явно имея в виду что-то очень серьезное.
– Нет, а что?!
– Да ничего, без этого ока очень сложно жить, в особенности координатору, которому так нужны помощники.
– Ты говоришь о третьем глазе, мудрый маг?
– Нет, конечно. Третий глаз – дело обычное, а вот всевидящее око – это совсем другое. Я имею доступ к всевидящему оку белых магов, но тебя туда даже на пушечный выстрел не подпустят. Ты же по высшему космическому реестру серый маг, пусть хоть и генеральского посвящения, но это тем более усугубляет. Ты у них считаешься как немного инфицированный силами зла.
Поэтому к всевидящему оку белых магов тебя не допустят, равно как к всевидящему оку черных магов. У них ты тоже в списке инфицированных, только светом.
– И что же делать?! – спросил серый маг, явно понимая, что в словах белого мага скрыт глубокий смысл и, возможно, еще более глубокие возможности.
- Я вообще-то не имею права тебе что-либо подсказывать. Но нас связывает старая дружба, поэтому сейчас я поставлю спецзащиту от всех и вся и тихо на ушко тебе прошепчу. Маг что-то сделал. Раздалось необычное гудение, вокруг изменилась цветность, и белый маг быстро прошептал: – Тебе надо свой всевидящий глаз! Я был когда-то в России. Их уже давно умерший писатель, надо сказать, небесталанный, Гоголем его звали, написал кое-что о всевидящем оке. Съезди, почитай, подумай, поищи, может, и найдешь.
А сейчас давай, дуй, пей свою колу, и сделай это обязательно, хотя бы потому, что я тебя об этом прошу! Может быть, немного уменьшишь свои завязки с моей Дульсинеей! И давай, мой просветленный медитатор небоскребов, отсюда по-тихому разбегаться, а то внизу я вижу собравшуюся толпу, полицейские машины и прочие прелести нашей обыденности. Нас наверняка уже приняли за двух самоубийц.
– Не дождутся! – бурнул координатор. – Я два раза глупости не делаю.
– Я тоже! – в унисон серому произнес белый. Они встали. Их качнуло от долгого сидения в разные стороны, но каждый из них быстро восстановил равновесие.
– В какой час скажешь, – понимающе подмигнул белый серому. – Собирали бы сейчас нас там внизу. И что бы на это сказал сам Предиктор, просто подумать страшно!
Глава 2. ЧЕРНЫЙ АНГЕЛ
Черный ангел проснулся, как и всегда, не слишком рано, но в хорошем расположении его черного ангельского духа. Было ему немного за пятьдесят. Он имел хорошо развитое физическое тело, физическое имя Лейк и физическую работу. Он был руководителем информационно-рекламного агентства крупного представительства фирмы, производящей сигареты «Марльборо».
Лейк встал из постели, сладко потягиваясь, в предвкушении активного дня, наполненного глубоким смыслом борьбы с силами света. Провел комплекс приветствия черному солнцу сатанинской радости Макладжубейту. Принял душ, выпил немного разведенного яда аконита, что стимулировало, по его мнению, черного ангела в течение всего дня, выкурил гаванскую сигару. Надо сказать, что курение не вредило его крепкому здоровью, или, по крайней мере, ему так казалось. Он включил портативное устройство контроля черного эгрегора Нью-Йорка. Устройство напоминало ноутбук, но таковым не являлось. Лейк ввел все необходимые коды, поприветствовал различных представителей защиты системы и углубился в просмотр и анализ последних данных темных возможностей. Все показатели были близки к превосходным.
Уровень страха в городе давно превышал все желаемые нормы, нереализованный потенциал страха мог привести в радостное расположение любого духа, мало-мальски смыслящего в делах черного эгрегора, и мог уже сегодня если не перевернуть мир окончательно, то сотрясти его устои, будь он весь выпущен наружу. Но эти светлые вечно сдерживали все на главных направлениях. Уровень печали также находился на отметке «отлично». Уровень гнева был не так хорош, но тоже в пределах желаемого. Это был довольно-таки не простой показатель. Он отображал уровень активного зла, но проблема состояла в том, что это было очень ненадежное качество, так как гнев легко переходил в действие. А действие имело склонность переходить в свое обратное качество и по законам мироздания легко превращалось в добро, исчерпав силы своей темной энергии, но не полностью.