Страница 81 из 143
Аксель же хотел жениться на каждой женщине, которую встречал, и напиться с каждым мужчиной. Сейчас наверняка пошел в какой-нибудь кабак, чтобы залить злость кружкой пива. Ну что ж… Когда они встретятся снова, она рассыплется в извинениях. Надо тщательно продумать, что ему сказать. В общем-то она не хотела терять дружбу Акселя. Во всяком случае, не из-за работы.
Джордан… Когда она убьет Армигера, то есть уничтожит связующее звено, исчезнет и передатчик, из-за которого Ветры ополчились против парня. Он снова станет нормальным человеком. И, если повезет, использует полученные от нее знания, чтобы разбогатеть.
Да, она поступила совершенно правильно.
Мысли Каландрии обратились к Армигеру. Как загнать его в угол? Как его убить?
Конь скакал вперед. Каландрия начала избавляться от личности леди Мэй, вновь превращаясь в охотницу.
Пейзаж состоял из сплошных извилистых линий. Дюны чудесного светло-песочного цвета плавными волнами простирались до туманного горизонта. На небе клубились круглые белые облака. Солнце было яркое, но не жаркое. Это несколько противоречило представлениям Джордана о пустыне.
Они ехали уже несколько дней. Юноша чувствовал себя на удивление бодрым. Наконец-то он был свободен, мог планировать дневной переход, задавать темп и любоваться окрестностями сколько угодно. С каждым утром мысли его, казалось, прояснялись. Он просыпался, чувствуя себя хозяином своей судьбы.
Плечи у Тамсин были пологими под стать дюнам. Чем дальше они забирались в пустыню, тем более мрачной она становилась. Девушка не говорила о том, что ожидала здесь найти, но Джордан подозревал, что ничего хорошего.
Его лошадь трусила рядом с кобылой Тамсин. Животные немного нервничали на этом пустынном пространстве, но Джордан постоянно посылал Ка искать воду, и до сих пор им везло. В одной из ямок вода была красного цвета; Ка сказала, что она ядовита. Джордан велел воде очиститься - и та послушалась.
Такие чудеса могли бы заставить Джордана надуться от гордости, но они не способны были развеять уныние Тамсин, а в данный момент ему хотелось этого больше всего. Он не мог сотворить такое чудо, которое излечило бы ее от горя.
Девушка устало глянула на товарища, стараясь ехать рядом.
- Как ты? - спросил он. Тамсин пожала плечами:
- Не знаю.
Джордан глотнул воды из кожаной фляги, которую купил в деревушке неподалеку от Рина.
- Рассказать тебе историю? Тамсин подумала немного.
- Какую историю? Только не пытайся меня развеселить.
- Тогда я расскажу тебе что-нибудь мрачное.
- Нет!
- А может, просто рассказать тебе правду?
- Я не хочу слушать никаких историй.
Джордан погрузился в размышления. Потом спросил:
- Ты когда-нибудь видела летний дворец королевы?
- Нет.
- Хочешь, опишу? Тамсин выпрямила спину.
- Послушай, ты не обязан… Ладно, почему бы и нет? Только не описывай его таким, какой он сейчас, утопающим в крови. Расскажи мне, каким он был до войны.
Джордан, естественно, не видел замок до войны, поскольку Армигер пришел туда во время осады. Однако без труда мог себе представить, каким выглядел дворец в мирное время. Во-первых, в голове у него отпечатались чертежи, а во-вторых, глаз у Джордана все-таки был наметанный, так что он мог восстановить общий вид по архитектурным деталям. Кроме того, во дворце сохранились помещения, не тронутые войной.
- Его построили в маленьком оазисе несколько столетий назад. Сначала воздвигли часовню - ее следы до сих пор можно различить в основании башни. Все здания возведены из камня такого же цвета, как и песок, по которому мы едем. Сейчас оазис окружен высокой стеной с пятью высокими башнями и одной поменьше. К самой большой башне, на восточной стороне, ведет подъездная дорога, и там были когда-то ворота, однако их замуровали больше сотни лет назад. А главный вход находится у западной башни. Пройдя через главные ворота, ты идешь по коридору между следующими двумя стенами. Эта башня такая громадная, Тамсин! Там шесть этажей, не меньше, и два шпиля. Иногда королева ходит по балконам и смотрит на холмы, любуясь рассветом. Ее покои расположены в этой башне, высоко над землей. На чем я остановился? Ах да… В общем, пройдя по коридору от главных ворот, попадаешь в большой зал, который находится в прямоугольном здании, прилегающем к главной башне с восточной стороны. Зал просто великолепен. Контрфорсы, сводчатый потолок, арочные окна и прекрасное тройное стрельчатое окно на восточном фасаде…
- Какое? Как оно выглядит?
- Ну… Однажды, когда Армигер проходил по банкетному залу, он взглянул на окно; собственно, на три очень высоких окна с верхней частью в виде арки, разделенные тонкими средниками - то есть пилястрами. И стеклянная мозаика в виде языков пламени. Очень красиво! Но я видел его лишь мельком, поскольку Армигер больше на него не смотрел. Сад королевы расположен к югу от банкетного зала. А к северу и югу от подножия главной башни тянутся жилые дома, магазины, мастерские… Все остальное пространство, огороженное стеной, занято сейчас палатками. До войны там, наверное, была парадная площадь.
Джордан не сказал, что прекрасная, обшитая медью крыша здания над банкетным залом пробита десятками снарядов, выпущенными армией парламента из паровых пушек, и что створки стрельчатых окон еле держатся в петлях, а чудесный розовый мраморный пол почти не виден под сваленными мешками.
Тамсин слушала, как он описывает оставшиеся нетронутыми сады и маленькие мощенные булыжником улочки, отходящие от главной башни. Казалось, девушка была благодарна другу за то, что он отвлек ее от грустных мыслей.
А в то время как Джордан живописал замок, Армигер сидел, словно горгулья, на самом высоком парапете главной башни и думал, что же ему делать в ближайшие несколько дней.
Меган тронула его за локоть. Армигер очнулся от глубокого раздумья; солнце уже клонилось к закату. Погруженный в трансцендентальные мысли, он просидел несколько часов.
- Что с тобой? - спросила она.
Армигер посмотрел на нее. Лицо Меган в сумерках казалось тоньше, чем тогда, когда он ее встретил, однако выглядела она моложе. Армигер невольно улыбнулся.
- Зря я привел тебя сюда.
- Почему?
Он видел, что Меган старается истолковать его слова не в худшем для нее смысле.
- Скоро начнется бойня. Это неизбежно. У Лавина кончаются припасы. С каждым днем к нему в лагерь приезжает все меньше и меньше фургонов. Похоже, парламент, уверовав в свою победу, сильно урезал ему бюджет.
- Значит, мы умрем?
Она задала этот вопрос так, словно спрашивала о самой обыденной вещи на свете.
- Я могу защитить нас от солдат. Но Ветры охотятся за мной, а штурм наверняка привлечет их внимание. Если даже они не вмешаются напрямую, то могут увидеть меня. И тогда… Да, возможно, нам придет конец.
- Тогда давай уйдем отсюда, - сказала Меган. - Мы же можем удрать незаметно, правда?
- Могли бы, - протянул Армигер.
- Так давай!
- Неделю назад я сказал бы «да». В конце концов, я узнал у королевы все, что мог. Или все, что хотел, - задумчиво прибавил он. - Именно в этом вся проблема.
- Что ты имеешь в виду?
Армигер посмотрел на армию парламента - целый палаточный город, растянувшийся дугой к юго-востоку от дворца. От костров поднимались сотни тоненьких ниточек дыма.
- Когда-то, - тихо проговорил Армигер, - я был богом. Тогда мне хотелось править миром. Для этого я сюда и пришел. Мне необходимо было выяснить, где у Ветров ахиллесова пята. Мои агенты не сумели это узнать, и я нашел единственную женщину, которая, по слухам, знает о Ветрах больше всех. Но по дороге мои цели… изменились.
- Ты таким образом делаешь мне комплимент? - улыбнулась Меган.
- Да, хотя причиной была не только ты. - Армигер поцеловал ее. - Я начал вспоминать. Когда-то, давным-давно, я был свободным и простым человеком, как все остальные. Воспоминания возвращаются ко мне, и…