Страница 43 из 143
- Клянусь тебе: Небесные Крюки пришли за мной! Я не слуга Каландрии и не ученик Акселя. Я простой рабочий. Но я проклят, и Ветры охотятся за мной. Они разносят замок в клочья, потому что здесь нахожусь я! Если я уйду, они тоже уйдут.
- Коли так… - Август не закончил, но Джордан знал, о чем он думает.
Август поверил ему. Джордану лучше уйти отсюда, а если он не уйдет добровольно, его нужно выгнать силой. Однако, судя по выражению лица Августа, ему эта идея не нравилась.
Может, Август привязался к нему из-за того, что Джордан спас ему жизнь? Смешно. Другие люди достойны такого восхищения, но Джордан знал, что сам он его не заслуживает.
Впрочем, сейчас некогда об этом думать. Над головами снова раздались удары, словно шаги приближающегося гиганта.
- Послушай! - заорал Джордан, пытаясь перекричать грохот. - Леди Мэй говорит, что механы - что-то вроде машин. Если Небесные Крюки похожи на механ, может, эта штука спрячет меня от них?
- Они обезумеют от ярости, это как пить дать, - сказал Август. - И все-таки Ветры отличаются и от живых существ, и от машин.
Джордан покачал головой:
- Может быть, да, а может быть, и нет. В любом случае, я не собираюсь просто исчезнуть.
И он посвятил Августа в свой план.
В тысячах километров над Вентусом прибор в форме птички, заключенной в жидкий металл, услышал вызов Каландрии. «Глас пустыни» был назван в честь голоса совести, который заставил Каландрию бросить работу и бежать от натренировавших ее людей. «Глас» знал, в честь чего назван, и гордился и именем, и хозяйкой. Когда звездолет услышал зов Каландрии, он был прчти над горизонтом, двигаясь по своей орбите; корабль немедленно изменил курс. В небесах над Вентусом зажглась яркая звезда.
«Глас» летел по очень тихому небу. Атмосферу Вентуса не пронизывали радиоволны, лишь локальные узконаправленные лучи ходили между блуждающими лунами и Лебедями Диадемы. Сами Лебеди, окутанные противорадарными полями, были невидимы. Они знали о присутствии «Гласа», но после высадки Каландрии с Акселем звездолет затаился и не подавал признаков жизни.
Сейчас Ветры наверняка заинтересуются «Гласом пустыни».
Корабль завис прямо над поместьем Боро на высоте двести километров. Выброс из сопла звездолета пронзил ионосферу и создал над горизонтом радужный конус. Уцелевшим обитателям замка, спрятавшимся в руинах имения Боро, показалось, что в небе на минутку тускло блеснула блуждающая луна.
- Он здесь, - сказала Каландрия.
«Глас» взвесил ситуацию. Аэростат, находившийся между ним и его хозяйкой, был большой, два километра в диаметре, и совершенной пустой, если не считать ряда грузовых цистерн и порталов в его чреве. Он завис метрах в пятистах над Каландрией. «Гласу» было видно, как аэростат старается удержаться на месте: из его пояса то и дело извергались молнии, а по коже пробегала легкая рябь электрического потенциала, ионизировавшего воздух. Аэростат сам создавал погоду, и скоро ему придется спуститься - или же он просто грохнется наземь из-за собственной нестабильности.
«Глас» взвесил возможности. Уничтожить аэростат так, чтобы тот не упал на Каландрию? Слишком рискованно. Направить ядерный удар прямо в центр этой штуковины и разнести ее в клочья? Но тогда на хозяйку свалится куча обломков. Лучше пробить дыру сбоку… увы, быстрый подсчет показал, что аэростат, несмотря на обширные структурные повреждения, сможет продержаться в воздухе довольно долго - пока теплый воздух внутри него не сменится холодным.
«Глас» мог нанести ядерный удар несколькими километрами выше аэростата. Воздушный поток поднимет его в стратосферу… или разорвет пополам.
Размышления «Гласа» были прерваны Лебедями Диадемы, которые сбросили свои защитные поля и направились к звездолету.
- Прощай, Август, -сказал Джордан.
Они пожали друг другу руки. Вид у Августа был мрачный.
- Я верю, что мы встретимся снова, Джордан, - сказал он. - Ты ненормальный, а такие люди, как правило, умудряются выжить.
Джордан рассмеялся. Сердце у него бухало о грудную клетку как молоток.
- Надеюсь, ты прав!
Юноша повернулся и вышел через дверь, предназначенную для прислуги.
Имение было освещено кострами и ослепительными вспышками, исходившими от Крюков. Джордан закутался в волшебную шаль Каландрии, и, хотя он бежал в непосредственной близости от бессчетных стальных клешней, ни одна не повернулась в его сторону. Они продолжали обшаривать руины замка. Людей на пути было мало. Уцелевшие сбились кучками под кронами деревьев и под арками и с апатией наблюдали за приближением металлических рук Крюков.
Джордан бежал, перепрыгивая через глубокие воронки, огибая вырванные с корнем деревья и упавшие обломки, пока не оказался в поле. Там он впервые остановился и посмотрел на Крюки. Здесь, в сотне метров от здания, все было разгромлено подчистую. Джордан не стал задумываться. Он просто сбросил шаль и крикнул в небо:
- Я здесь, сволочи!
В первый миг ничего не произошло. А потом он увидел, как гигантские руки, копавшиеся в руинах замка, поднялись и потянулись в сторону.
Искорка наверху превратилась в маяк. Приближалось что-то новое.
- Черт побери! - прошептал Джордан.
Он надеялся, что не прав. Быть может, Крюки спустились с небес, чтобы отомстить за непослушание кому-то другому…
Неожиданно поднявшийся ветер принес с собой такой запах, какой бывает после грозы. Пыль и дым закружились вихрем и начали обволакивать основание блуждающей луны.
Убедившись в том, что он привлек внимание Крюков, Джордан снова закутался в шаль и побежал под деревья.
Большая металлическая штуковина бухнулась в землю в том месте, где Джордан только что стоял. Сотрясение почвы сбило юношу с ног, но через секунду он уже вскочил и рванул вперед. За спиной раздавались удары, однако, хотя плечи у Джордана зудели от ожидания, никто его не схватил. Добежав до аллеи, он остановился и посмотрел назад.
Руки, громившие замок, убрались во чрево луны. Тем не менее в воздухе запахло грозой еще сильнее и отчетливее, а верхушки деревьев трепетали под порывами ветра, то и дело менявшего направление. Луна, казалось, опускалась все ниже и ниже.
Джордан стоял у деревьев в начале тропинки, которая вела, как ему было известно, к каменистому ущелью сбоку от дороги.
Юноша сбросил шаль.
- Эй! - крикнул он, размахивая руками над головой. - Идите сюда!
Металлические руки поднялись в воздух и бесшумно двинулись к нему. Джордан снова набросил шаль и шагнул под развесистые кроны.
- Они уходят, - заметил Аксель.
Он с Каландрией стоял в небольшой толпе, наблюдая за тем, как громившие замок стальные клешни понемногу убирались прочь. В наступившей внезапно тишине послышались крики и стоны раненых и погребенных под завалами людей. Время от времени с неба по-прежнему падали камни, и взгляды всех были обращены кверху, хотя несколько человек пытались помочь пострадавшим.
Казалось, аэростат действительно удалялся - возможно, уносимый сильным ветром. Аксель принюхался: в воздухе пахло не только гарью, но и озоном. Электростатическая тяга? Все может быть.
- Как ты думаешь, их спугнул «Глас»? Каландрия покачала головой:
- Сомневаюсь, мы бы увидели. Чуть погодя я свяжусь с «Гласом» и выясню точно.
Аксель кивнул и огляделся. Это был кошмар наяву.
- В первую очередь нужно помочь людям выбраться из-под завалов.
- Я их откопаю, - отозвалась Мэй. - А ты присядь.
Аксель взглянул вниз, на себя. Все его тело было исполосовано и залито кровью. Раны, хоть и неглубокие, причиняли сильную боль.
- Да, - сказал он, садясь на камень. - Я лучше посижу.
Джордан рванул к главной дороге. Он задыхался, обливался потом - однако Крюки до сих пор не поймали его. Местность здесь была открытая, без деревьев, но он вспомнил, как золоченое чудовище в особняке хватало поломанные стулья, когда Джордан просто поднял над собой шаль; чудище не видело жертву, хотя та стояла прямо перед ним. Наверняка Крюки не найдут его даже на открытом пространстве, пока с ним эта шаль.