Страница 121 из 143
- Мы находимся здесь. Патология ушла в этом направлении… Не исключено, что она идет сюда. Мы не можем допустить, чтобы она добралась до цели и договорилась там с механами или опреснями.
Лавин посмотрел на надпись под указующим когтем Ветра. «Врата Титанов».
- Это в тысяче километров отсюда! У нас нет ресурсов для такого марш-броска! Если мы сейчас выступим в пустыню, то просто не дойдем до Врат. Шагая без остановок, без воды и пищи, мы погибнем через неделю. - Лавин откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди. - Лучше убейте нас всех сейчас. Я не стану приказывать своим людям, чтобы они шли на верную смерть.
- Вы не погибнете, - прошипел Ветер. - Мы снабдим вас провизией на марше. Часть ваших людей мы перевезем, поэтапно. Но всех мы перевезти не сможем, так что им придется идти пешком.
- Перевезти мою армию? Поэтапно? - Лавин покачал головой. Сделал он это явно напрасно. Ощущая, как мир закружился перед глазами, генерал процедил сквозь зубы: - Что за чушь вы несете?
Ветер сжал лапу в кулак, смяв карту.
- Не смейте мне не верить! Вот как мы перевезем ваших людей! И вот как мы их накормим!
Он встал, опрокинув кресло, и показал на небо.
За шатром голубого неба висели шесть горизонтальных месяцев, верхушки которых были освещены квадратным солнцем, сиявшим высоко над ними. Одурев от всего увиденного, Лавин не заметил блуждающих лун. Он тихо выругался себе под нос.
- Часть вашей армии отдохнет, пока ее будут перевозить. Продуктами мы вас обеспечим. Потом те, кому придется идти пешком, поменяются с теми, кто уже отдохнул. Таким образом вы доберетесь до Врат Титанов без остановок.
«За один день. Один бесконечный день», - ошеломленно подумал Лавин и без сил обмяк в кресле.
- Там вас встретит наша армия.
- Ваша армия?
Каждое слово, которое говорил Ветер, приводило Лавина в еще больший ужас.
- Патология уже начала заражать механ и геосферу. Если она завладеет узлом опреснения, у нее в руках окажется почти неприступная крепость. - Ветер отошел от стола. - Это все. Вы получили приказ.
- Я понимаю. И мы подчинимся. Но…
- Что?
Тварь обернулась к Лавину, ее хвост дрогнул. Лавин невольно отшатнулся.
«Что вы сделаете с Галой?»
Это существо даже не поймет вопроса…
Происходило нечто невозможное, и генерал знал, что дальше будет только хуже. Не исключено, что в будущем он даже не вспомнит этот разговор.
Ветер махнул своим спутникам, и все они пошли назад.
Хести что-то говорил генералу. Лавин не понимал ни слова. Полковник показывал на небо, где над землей нависла одна из блуждающих лун, выглядевшая особенно громадной в солнечном свете.
Белый Ветер был страшным, но, как ни странно, он показался Лавину знакомым. Генерал пошел было за ним, вернее за ней, ломая голову и пытаясь вспомнить. Он слышал этот голос раньше, причем не так давно… Нет, смутное ощущение пропало.
Лавин вздохнул и повернулся к Хести.
- Я все понимаю, друг мой. Иди и подготовь своих людей. Скажи им, что Ветры пригнали луны по моей просьбе. Похоже, нас ждет еще одно приключение.
Какое же это удовольствие - просто вытянуть лапу и ощутить, как сухая зимняя трава скользит по шерсти! Как приятно смотреть на небо!.. Ей хотелось валяться на спине, мурлыкать и глазеть на новое солнце, созданное Лебедями, упиваясь изумительными переливами его разноцветной короны.
Охотиться - еще приятнее, и до сих пор белая кошка была полностью сосредоточена на охоте. Хотя в мире столько чудес, которые отвлекают внимание!
Баста[2] побрела в сторону каменистых холмов, где виднелись чахлые, покореженные ветрами деревья. Вокруг простиралась каменистая, поросшая кустарником местность. Пастухи порой пригоняли сюда на лето свои стада - просто потому, что им некуда было больше идти, - но сеять в этой почве было бесполезно.
А значит, свидетелей здесь не будет и никто не помешает захвату.
Кошка подняла морду, понюхала ветер и сразу почуяла лошадей. Они явно находились в нескольких километрах. Потом она учуяла также запах свежевымытых людей. Две женщины и мужчина.
Конечно, это могли быть не те, кого она искала. Хотя маловероятно. Но можно рискнуть и взглянуть с вершины холма, надеясь, что они не заметят ее силуэт на фоне темно-синего горизонта.
Белый Ветер была прекрасной охотницей. Куда им ее заметить! Последние метры она ползла невероятно медленно, прижимаясь животом к холодной земле, пока не уперлась подбородком в плоский камень. Несколько стебельков образовали окошко, через которое она могла наблюдать за долиной.
Под навесом были привязаны три лошади, рядом виднелось что-то вроде пещеры. А значит, в маленькую долину вело два входа, если только один из них не завалило. Все подручные Ветра были на западной стороне. Придется, наверное, послать нескольких человек и баст, чтобы заблокировать другой выход, прежде чем захлопнуть ловушку.
Из-за лошади, обогнув ее, вышел мужчина, за ним, возбужденно размахивая руками, семенила женщина в крестьянском платье. Женщину баста не узнала, но мужчина точно был Армигер. Это все, что она хотела знать.
Белый Ветер отползла на два метра, потом развернулась, наслаждаясь тем, как хвост помогает ей удерживать равновесие, и побежала вниз по склону холма.
«Как хорошо бежать, бежать, бежать, бежать», - пела она про себя по пути. Песня рвалась у нее из груди, и, если бы рядом не было добычи, она запела бы вслух. Лебеди никогда не скупились на песни - они пели все время. Пел весь мир, и это откровение переполняло сердце басты радостью. В момент спокойствия она могла свернуться вокруг интересного камня или пахучего цветка и слушать тихую музыку - мыслящую музыку, - которая разливалась кругом. Подумать только, когда-то она считала эту музыку бессмысленной болтовней!
Баста спустилась с холма и только тогда позволила себе рассмеяться. Ее гибкое тело лавировало между булыжниками и колючими кустами. Она возвращалась туда, откуда пришла, и по пути затеяла игру, стараясь ступать в свои же, следы. «Раз-два-три-четыре, раз-два-три-четыре… Вот те на! Промашка! Раз-два-три-четыре…»
Добравшись наконец до длинного пологого склона, ведущего в холодные пески пустыни, Белый Ветер перекувырнулась в грязи четыре раза и испустила в небеса ликующий вопль. Ей хотелось пробежаться до горизонта и обратно, просто чтобы заглянуть за него, но у Лебедей были другие планы. Они кого-то искали. Когда Лебеди сказали ей кого, она снова перекувырнулась, заливаясь смехом.
Это было весело, но ей хотелось, чтобы все поскорее кончилось и она могла бежать куда глаза глядят, обследуя прекрасный мир. Белый Ветер чувствовала себя в точности как Ариэль из старинной пьесы; поэтому, приближаясь к лагерю, разбитому ее слугами, она запела:
…забыв, что никто из этих людей не знает древнего языка. Один из солдат шагнул вперед и мрачно поклонился ей.
- Они там, леди Мэй?
Она услышала скрытый страх в его голосе.
Мэй обежала вокруг него. «Радостной, радостной жизнью свободы буду я жить средь цветущей природы»[4], - подумала она, но сказала только:
- Да.
К ней подошел ее главный слуга, с отвращением и страхом глядя на то, как она, запыхавшись, села на задние лапы.