Страница 36 из 88
Оба легата не слишком хорошо понимали друг друга. Кардинал св. Праксидии желал вернуть Грецию. [319] Его коллега, кардинал св. Маркелла, поддерживал тамплиеров и отлучил Льва и его королевство, когда король упорно отказывался возвратить рыцарям их состояние. Лев снова написал в Рим, обвиняя кардинала в том, что он союзник тамплиеров и продался "вероломному султану Алеппо". [320] Положение становилось гротескным после того, как госпитальеры заставили отлучить от церкви графа Триполи, и обе воюющие стороны оказались в "карантине" по отношению к церковным посредникам. [321]
Надо заметить, что Курия никогда не смешивала два спорных дела. [322] Иннокентий III назначил новых посланников расследовать дело графа Триполи, [323] а двух других, - епископов Валании и Библиса, - дело тамплиеров. [324] Он продолжал служить посредником между королем и графом, но рассматривал дело Гастена как решенное кардиналом св. Маркелла и лишь старался повернуть приговор последнего в пользу ордена Храма.
Филипп де Плессье скончался 9 ноября 1209 г. [325] Его сменил Гийом Шартрский, присутствовавший в 1210 г. на свадьбе Жана де Бриенна с наследницей Иерусалимского королевства Марией-Иолантой. Новый магистр происходил из рода видамов Шартрских и стал тамплиером в марте 1193 г. в Палестине; тогда же он передал часть своих собственных земель командорству Сур в Шартрене. [326]
Убийство патриарха Антиохийского графом Триполи в 1208 г. серьезно изменило ситуацию в Киликийской Армении. [327] Иннокентий III, выведенный из себя этим преступлением, почти умолял короля помириться с тамплиерами и дал понять, что готов поддержать Раймунда Рупена. Но Лев все еще противился и не смог воспользоваться обстоятельствами. В свою очередь, тамплиеры сумели уклониться даже от видимости соглашения с убийцей и таким образом избежать анафемы, которой были преданы Боэмунд и его соучастники. В 1209 г. Иннокентий вновь терпеливо повторял предупреждения:
Тамплиеры прекратят оскорбления, на которые вы жалуетесь, как только вы прекратите оскорблять их и не будете больше препятствовать им во взятии под свою юрисдикцию замка Гастен. Именно в этом суть и причина их неприязни, ибо вы отказываетесь передать им замок и не желаете поступить с ними справедливо, невзирая на наши просьбы и внушения. Все законы, любое правосудие позволяют противопоставить силе силу, особенно тем, кто не совершает ничего предосудительного, сопротивляясь. Тамплиеры не священники, они вправе защищаться, раз вы на них нападаете, и в особенности потому, что вы похищаете у них потребное для войны с язычниками. Поскольку вы удерживаете и укрепляете их замки, неудивительно, что они стоят на своем и обороняются от вас в Антиохии, немалой частью коей они владеют [*7]
Они настойчиво испрашивают разрешения исполнить то, право на что предоставила им снисходительность папы Александра III, иначе многие из них подтверждают нам, что покинут Святую Землю и поскольку они люди отважные и могущественные, они смогли бы стать вам великой подмогой или принести великий вред Не думайте, что мы говорим вам сие из расположения к графу [Триполи] или из привязанности к тамплиерам, ибо нам угоднее было бы видеть их соблюдающими свой устав, нежели воюющими с вами. [328]
Папа предложил доверить охрану города Антиохии новому патриарху, "человеку вполне почтенному, предусмотрительному и верному, вне подозрений с обеих сторон", и вменить оборону города двум военным орденам, видя в этом средство укрепить его нейтралитет.
Лев продолжал отказываться от помощи, предлагаемой ему Иннокентием III, и не отдавал захваченный Гастен. В 1211 г. тамплиеры начали военные действия, поддержанные новым королем иерусалимским Иоанном [Жаном де Бриенном], который прислал им пятьдесят рыцарей. [329] Стычки с армянами уже случались при доставке продовольствия в замки Скалы Гийома и Скалы Рюссоля. Во время одной из таких экспедиций отряды армянского короля застигли тамплиеров в ущелье, где магистр и многие из его братьев были ранены, а один из них убит. [330]
Папа всегда поддерживал рыцарей Храма. Он вновь подтвердил отлучение армянского короля патриархом Иерусалимским. Но борьба продлилась до 1213 г., когда Лев сдался, возвратив тамплиерам их добро и испросив отпущение грехов. [331] Впоследствии он потерял всякое доверие Святого престола, позволив своему внуку напасть на Антиохию, которую Рулен предал огню и мечу. [332] Тамплиеры остались к этому равнодушны. Они снова были хозяевами Гастена, Бонеля, Дарбезака, Скалы Гийома и Скалы Рюссоля с прочими землями стоимостью в пятьдесят тысяч золотых византийских монет и ловко выбрались из бурных последствий войны с Арменией.
ГЛАВА ХIII Строители замков
В течение первого века существования Иерусалимского королевства крупные замки были центрами феодальных фьефов или принадлежали к королевскому домену. Во втором случае гарнизоны, состоявшие из рыцарей и сержантов, находились на жаловании у короля. Правда, исключением являлись Газа, отданная тамплиерам в 1149 г., замок Сафет, который им уступили в 1169 г. [333] , и порт Тортоза, который они взяли силой в 1165 г. Небольшой укрепленный замок на Броде св. Иакова, возведенный и потерянный между октябрем 1178 и июнем 1179 г., был первым примером сотрудничества короля с одним из военных орденов при совместном сооружении и содержании стратегически значимого укрепления в Святой Земле. После потери Иерусалима королевская власть поколебалась, в Сирии только орден Храма и орден св. Иоанна остались достаточно богатыми и могущественными, чтобы содержать в порядке и защищать крепости, и даже для них это было непосильным бременем.
Событием, увенчавшим магистерство Гийома Шартрского, стало сооружение Замка Паломника в 1218 г. Турки только что укрепили гору Фавор, которая образовывала опасный клин и угрожала одновременно и равнине Акры, и дороге вдоль побережья. Франки попытались захватить гору в 1217 г., что и развязало очередную египетскую (дамьеттскую) кампанию. Гийом Шартрский, который лежал больной в Акре, не участвовал в экспедиции, но короли Иерусалимский и Венгерский, герцог Австрийский, магистр ордена Госпитальеров и монастыри обоих орденов пошли на приступ. Когда первая атака провалилась, магистр ордена Госпитальеров предложил вновь попытаться, но вялость, если не сказать трусость, крестоносцев-мирян заставила их отступить. [334]
Король Иоанн предпринял строительство замка на юге от Цезарей, в новой марке (провинции) государства. Магистр ордена Храма и его совет решились со своей стороны укрепить мыс Атлит, чтобы преградить дорогу к Хайфе. у тамплиеров уже была башня недалеко от мыса, которая называлась "замком узких проходов"; берег создавал здесь естественный рейд, поддающийся укреплению, куда во время продвижения к Яффе причаливал флот Ричарда Львиное Сердце.
Из-за толпы паломников, поставлявших добровольную рабочую силу, новую крепость назвали Замок Паломника. "Готье д'Авен дал ему сие имя и сказал, что будет его крестным отцом, и под первый камень положил тысячу сарацинских золотых монет". [335]
Широкий и высокий мыс, с естественными укреплениями на севере, западе и юге, поднимается над морем. На востоке стоит башня, сооруженная в давние времена тамплиерами, которые удержали ее столько же миром, сколько и войной. Некогда эта башня была возведена, чтобы защищать паломников на иерусалимской дороге или на обратном пути от воров, которые подстерегали их на этом узком пути. Стоит же она совсем рядом с морем, на выступе горы, который и называли "Узким проходом".
В течение всего времени, ушедшего на сооружение цезарейского замка, тамплиеры выдалбливали себе путь в скале. По истечении шести недель они приступили к первым закладкам фундамента. Показалась древняя стена, длинная и широкая. Они также нашли клад из древних монет, незнакомых нынешним людям, ниспосланный благостью Сына Божиего, чтобы вознаградить их за их расходы и труды. [*8]