Страница 28 из 58
Альвар и сам верил в себя. Верил, несмотря ни на что. И вот теперь, после пятнадцати лет, проведенных в Вороньем гнезде, он усомнился в своем предназначении.
Разыгравшееся воображение вновь и вновь рисует перед ним картину: где-то корпит над регистрационной книгой чиновник третьего класса, будущий Эйнштейн, еще не помышляющий о своем высоком предначертании. Он корпит год, два и еще сколько-то. А потом вдруг легко делает то, над чем всю жизнь безуспешно бился Жильцони…
Измученный бессонницей Альвар прислонился к дереву с зарубками.
— Я своими руками убил бы этого чиновника, — пробормотал он, не замечая, что разговаривает сам с собой. — Но как его разыскать, проклятого счастливчика?
О, если бы только Жильцони мог его разыскать!.. Но в этом случае вовсе не обязательно его убивать, этого чиновника, или повара, или зубного техника.
Можно было бы поступить иначе…
Цель оправдывает средства!
Альвар новым взглядом обвел Воронье гнездо. В этом диком уголке он безраздельный диктатор. Если бы только удалось заполучить сюда этого счастливчика… Побеседовать с ним здесь, выяснить его мнение о единой теории поля было бы нетрудно. На всякий случай под рукой будет его помощник Исав, сильный и послушный.
А если человек, доставленный в Воронье гнездо, еще не начал заниматься уравнением мира… Что ж, тогда дело еще проще. Жильцони просто будет сотрудничать с ним, незаметно наталкивая на новые участки работы. Нужные книги, справочники, микрофото журнальных статей — пожалуйста, все под рукой.
Он каждый день доил бы незнакомца, как заботливая и терпеливая хозяйка доит козу.
Потом, когда уравнение мира будет найдено… впрочем, сейчас об этом думать рано.
Гению все дозволено. Он, Альвар Жильцони, стоит выше толпы, выше ее норм и законов, выше ее плоской морали.
По каким вообще признакам можно узнать физика, самого талантливого среди всех живущих? Тем более, если физиком он станет только в будущем, а пока пробавляется другим занятием?
Очевидно, чтобы с достоверностью судить о человеке, о его будущем, нужно иметь в рунах как можно больше данных об этом индивидууме.
В принципе о нем надо знать все.
Но кто может знать все о всех?
Стоп, а длинный Биг?!
Альвар, как и все прочие, знал, что в управлении по охране социального порядка на каждого жителя республики имеется досье, куда тщательно заносятся все сведения о нем чуть не от рождения и до самой смерти. Эдакие симпатичные микроячейки, образующие нечто вроде медовых сот.
И в каждой ячейке — все о тебе.
Да, потолковать с длинным Бигом — гигантским запоминающим электронным устройством — было бы неплохо. Пусть бы он прошелся по своим ячейкам и сказал, кто из жителей страны является нынче кандидатом в гении.
Но как связаться с Бигом?
Полететь в столицу, попытаться проникнуть в управление?
Чепуха.
Предположим, Жильцони совершит невозможное и доберется до ячеек.
А дальше что? Как их расшифровать? Ведь постановка задачи у Альвара необычная — выявить гения.
Выявить крамолу — дело другое. Там у них есть специальным индикатор, называемый «всевидящим оком» — от него ничего не укроется, ни случайная фраза, ни неосторожное слово, осуждающее президента…
Даже добравшись до длинного Бига, разве сумеет он, Жильцони, самостоятельно проанализировать всю бездну информации, заключенную в ячейках, чтобы выбрать самого гениального в настоящем физика.
Но еще более трудная задача — предугадать появление такого физика в будущем.
А ведь ячеек у Бига — миллионы и миллионы!
— Пожалуй, это ненамного легче, чем отыскать уравнение мира! — сказал Альвар и пнул ногой дерево.
С задачей «поиск гения», которая пришла ему в голову, могла бы справиться машина стратегического действия. Перебирать ворох вариантов и делать логические заключения — это по ее части. Такую машину раздобыть нетрудно. Так что же, тащить ее к длинному Бигу?..
Стоп! Альвар хлопнул себя по лбу. Тащить машину не нужно. Поисковую задачу мог бы решить… сам длинный Биг. Нужно только суметь попросить его об этом, иначе говоря — правильно запрограммировать задачу.
Заставить Бига!
Пусть переберет все ячейки, которые хранятся в его памяти. Задачу можно было бы сформулировать так… Альвар двинулся по тропинке к источнику, на ходу медленно произнося:
— Отыскать среди всех живущих человека, который достиг (или сможет со временем достичь) наибольшего совершенства в области физики…
Но может ли посторонний проникнуть к длинному Бигу? Электронный мозг наверняка, как и Воронье гнездо, окружен надежной защитой. Она остановит всякого, кто попытается проникнуть внутрь, не зная шифра, отключающего входной участок.
Раздобыть шифр едва ли возможно, Альвар знал об этом. Защита длинного Бига основана на том, что альфа-ритм головного мозга каждого человека индивидуален. Не бывает двух тождественных альфа-ритмов, как не бывает двух одинаковых людей.
В охранном центре длинного Бига имелся каталог альфа-ритмов всех сотрудников, обслуживающих гигантскую машину.
Собственный альфа-ритм для каждого сотрудника служил пропуском, который невозможно ни потерять, ни подделать.
Альвар посмотрел на манипуляторы, которые монтировали жилой купол.
Можно было бы, подумал он, послать к длинному Бигу киберманипулятор, предварительно запрограммировав его на установление контакта с электронным мозгом. Разряды магнитной защиты его не сожгут. Но служба безопасности, конечно, предусмотрела подобный вариант и снабдила защиту Бига логическим лабиринтом. Его киберу не одолеть.
С лабиринтом мог бы справиться человек, но он не сможет проникнуть сквозь электромагнитную перегородку.
Получается замкнутый круг: кто сумеет соединить в себе свойства и машины, и человека? Такого гибрида нет.
Такой гибрид есть: Исав! Разве это не то, что нужно? Логические задачки лабиринта, меняющиеся во времени, перед которыми машина становится в тупик, так как они рассчитаны на специфику человеческого мышления, Исав, надо полагать, сумеет решить.
Еще одно подтверждение гениальности Жильцони! Он оказался прозорливцем, когда, возясь с обреченным Исавом, предположил, что этот полуробот окажется ему полезным.
Все, что было до этого, — чепуха. Гений должен уметь начинать все сначала, перечеркнув прошлое. Теперь-то и скажется дальновидность Жильцони, который еще тогда, в клинике Мензи, тайком произвел некоторые усовершенствования в электронном мозге, который должен был заменить Исаву его собственный.
Абор Исав занимает промежуточное положение между человеком и роботом. С помощью этого недостающего звена он, Альвар Жильцони, должен осуществить свой план.
Исав может и погибнуть на подступах к длинному Бигу. Но кто сказал, что научный прогресс может обойтись без жертв? Сколько людей погибло, прежде чем научились обуздывать термоядерную реакцию! А покорение космоса?
Но разве сравнить со всеми этими пусть большими, но частными победами уравнение мира? Неужели это много — ради единой теории поля, сулящей людям неисчислимые блага, пожертвовать получеловеком?
Скорее к передатчику — он валяется, запылившийся, под столом. Жильцони не связывался с Исавом, кажется, целую вечность. Можно вызвать Исава и по обычной биосвязи — небольшой шарик биосвязи с полуроботом у Альвара в кармане, как всегда. Но передатчик надежнее.
Протирая ветошкой экран, Жильцони решил, что покидать Воронье гнездо нет смысла: он будет отсюда руководить операцией, Которую задумал.
Нельзя терять ни минуты, и так много времени упущено.
Вращая верньер настройки, Альвар размышлял. Поспешность может повредить. Нужно выработать план действий, хотя бы предварительный.
Он оставил передатчик и придвинул чистый лист бумаги.
С планом он провозился долго — часа полтора. Одни пункты вымарывал, другие вписывал. Перечитал все и остался довольным — все звенья плана выглядели логично.
Теперь можно вызывать Исава.