Унесенные Интернетом

Я сняла трубку и положила рядом с телефоном. А то еще решит эта маньячка мне перезвонить – зачем мне столько негатива в один день!

А потом я заскучала. Я вспомнила о встрече с Лизуном, и меня начал мучить вечный вопрос. Что лучше: остаться одной или согласиться на меньшее? Лучше упорно ждать своего принца или существенно понизить критерии отбора претендентов на твою руку? Ждать, пока не защемит сердце, даже если это будет недостойный человек, или подарить любовь мужчине, который уже давно тебя любит и готов всю свою жизнь положить к твоим ногам? Если второе, то мне, возможно, следовало обратить внимание на Сашу... Хотя зачем? Я не ошиблась, потому что теперь у меня есть Эд. Пусть я ни разу его не видела, но чувствую, что у нас все будет хорошо.

Однако воспоминание о Саше навело меня на мысль о том, что еще надо пригласить его на свадьбу к Ольчику. Эд, конечно, замечательный, но он далеко. А Саша здесь, рядом. Я уже почти набрала его номер, но мне вдруг стало как-то не по себе. В его глазах я, наверное, сущий монстр, который нещадно его эксплуатирует. Но он, похоже, не возражает. Я набралась смелости и нажала заветную зеленую кнопочку на мобиле.

Я сама предложила ему встретиться (впервые за все время нашего знакомства!), чтобы обсудить предстоящий поход на свадьбу в деталях. При этом я, конечно, не преминула заметить, что у меня есть новые доказательства по делу Маши Дуськиной. Как ни странно, он без энтузиазма отреагировал на мое приглашение, но на встречу согласился.

Я решила, что мне во что бы то ни стало надо установить с ним нормальные дружеские отношения, а то получалось, что я веду себя как настоящая свинья. С другой стороны, я должна была признать: он все-таки привлекает меня как мужчина и я, может быть, сама того не желая, при каждой встрече строю ему глазки. Я задумалась о том, могло ли у нас что-то получиться, если бы обстоятельства сложились по-другому, если бы не было той ночи, если бы я не познакомилась с Эдди... Скорее всего да... Но теперь это невозможно.

Тем не менее я приложила максимум усилий, чтобы вновь предстать перед ним неотразимой, даже успела сбегать в парикмахерскую, подровнять свою рыжую гриву.

Саша не предложил заехать за мной, сказал, что прибудет в назначенное место после работы. Назначенным местом была кафешка в центре. Я пришла вовремя, но он опаздывал. Терпеть не могу сидеть в кафе одна. Это то же самое, что в одиночестве ходить в кино. Ненавижу. А вот Ольчик очень любит ходить в кино в гордом одиночестве. Правда, теперь ей больше не придется это делать, чего нельзя сказать обо мне. Примерно от таких размышлений меня и отвлек Саша. Когда он подошел, две девушки, сидевшие за соседним столиком, завистливо на меня покосились. Неудивительно – выглядел он потрясающе: высокий, статный шатен в серо-стальном костюме и дорогом широком галстуке.

– Ты опоздал, – бросила я.

– Извини, ты же знаешь, какие в Москве пробки, – устало ответил он. – Ну как дела? Как личная жизнь?

– Личная жизнь налаживается, – не без ехидства сообщила я. – Хотя ты и так все знаешь благодаря усилиям некоторых особо активных подруг...

– Ах да. – Он поднял на меня глаза. – Зачем ты так с ней? Она звонила мне вчера, плакала, говорила, что любит. Я, конечно, знал, что ты жестокая, Ань, но чтобы так...

– Как? – живо поинтересовалась я.

– Ну зачем, например, ты наврала ей, что я сделал тебе предложение? Или что я говорил тебе, что никогда ее не любил?

– Ага, у нее новая тактика, – заключила я. – Давит на жалость и вышибает слезу.

– Это жестоко, Ань, черт возьми! Ну почему ты такая черствая! – воскликнул он.

– А теперь послушай меня, – твердо сказала я, поймав его внимательный взгляд. Глядя ему прямо в глаза, я продолжила: – Когда я говорила, что у меня есть доказательства по делу Дуськиной, это были не пустые слова. – Я достала из сумочки диктофон и поставила на столик. – А теперь послушай сам, о чем мы вчера говорили. И сам сделай вывод о том, кого из нас надо пожалеть. Да дело даже не в жалости, – вздохнула я, – просто теперь ты, может, поймешь, кому стоит верить, а кому – нет.

Прослушав пленку, Саша некоторое время молчал.

– Я такого не ожидал, – наконец произнес он, комкая салфетку. – Как тебе вообще пришло в голову записать все это на диктофон?

– С врагом надо бороться его же оружием. Раз она имела наглость копаться в моих письмах, то почему я не могу записать наш с ней разговор? К тому же она опять наврала, когда...

– Хорош! – перебил меня он. – Меня эти ваши разборки достали уже. Одно я понял точно: Машу к черту. Окончательно. А теперь давай сменим тему.

– Давай, – согласилась я и молча уставилась на чашку, помешивая кофе.

– Ну расскажи хоть о своей личной жизни, которая «наладилась». – Он испытующе смотрел на меня. – Хочется услышать об этом лично от тебя... получить информацию из первых уст, так сказать. – Он усмехнулся.

– Ну что ж, я познакомилась с одним потрясающим человеком, – начала я.

Тут я, сама не зная зачем, как на духу выложила ему всю историю про Эдварда. Я говорила и говорила, захлебываясь от эмоций, а он терпеливо слушал, склонив голову и пристально глядя на меня. Когда я закончила и растерянно уставилась на него, смутно осознавая, что было бы лучше ему обо всем этом не знать, он задумчиво сказал:

– Что ж, главное, чтобы ты была счастлива.

Я не знала, что на это ответить. А ведь этот человек еще недавно был в меня влюблен. Поэтому я решила еще раз сменить тему:

– Моя подруга... Помнишь, Оля? Она пригласила тебя на свадьбу...

– Почему бы тебе не вызвать своего заморского жениха? – тут же отреагировал он. – Было бы логичнее, если бы на столь знаменательном событии тебя сопровождал он, а не я. К тому же моя девушка наверняка будет против.

Я чуть не подавилась кофе, услышав его последнюю реплику. «А чего ты ждала? – съехидничал писклявый внутренний голосок. – Думала, он будет всю жизнь за тобой бегать?» Честно говоря, да, именно так я и думала... Я не нашла ничего лучше, чем спросить:

– Ты намекаешь на очередное трогательное воссоединение с Машей?

– С чего ты взяла? Я похож на сумасшедшего? – засмеялся он. – По улицам столько девушек красивых ходит... И умных к тому же. Вот одну из них я и встретил.

«Одну из них» звали Надеждой. И, судя по словам Саши, она была просто ангел во плоти. Настал мой черед выслушивать дифирамбы в честь другого человека. Тут уж я почувствовала, как это неприятно. Но я ведь не специально рассказала ему об Эдварде, это был просто душевный порыв. А Саша намеренно завел разговор о достоинствах своей избранницы, причем ему явно доставляло удовольствие наблюдать за тем, как у меня вытягивается лицо и дрожат губы. И работает она в крупной корпорации, и МГИМО окончила, и вся такая начитанная, и так далее и тому подобное. Наконец-то закончив бесконечные вариации на тему «Самая красивая, эрудированная и стильная», он соизволил вернуться к теме нашей беседы:

– Мы, кажется, об Олиной свадьбе говорили?

– Не вижу причин, по которым твоя девушка могла бы ревновать. Мы ведь просто друзья, – едко сказала я, сделав особый акцент на словах «твоя девушка» и «друзья». – А друзья иногда ходят куда-то вместе.

– Что да, то да, – согласился он. – Да ладно, думаю, проблем не будет. Так когда это помпезное событие состоится?

Событие действительно оказалось помпезным: шикарный зал, великолепное платье, живая музыка, профессиональный тамада, изысканное меню, красочный фейерверк и счастливые лица, лица, лица – молодоженов, их друзей и бесчисленных гостей. Разумеется, инициатором устроения такого праздника и главным «помпезником» был Андреас. Ольчик сначала даже смущалась, но потом вошла в роль невесты. Она все время улыбалась и выглядела очень счастливой. Правда, к вечеру она призналась мне, что у нее заболели щеки от того, что губы постоянно приходится растягивать до ушей. А я посоветовала ей привыкать к хорошей жизни. Саша был подчеркнуто галантен и вместе с тем холоден со мной, но очень любезен со всеми остальными. Однако, надо отдать ему должное, он целый вечер от меня не отходил и танцевал только со мной. Про идеальную Надечку я больше не слышала. Но мне казалось, она, незримая, всегда рядом.