Страница 8 из 16
Таковы организация нации и центральное учреждение последней.
Создавая такие междуклассовые институты, австрийская с.-д. партия стремится, по мнению Бауэра, к тому, чтобы “сделать национальную культуру… достоянием всего народа и таким единственно возможным образом сплотить всех членов нации в национально-культурную общность” (курсив наш),
Можно подумать, что все это имеет отношение только к Австрии. Но Бауэр с этим не согласен. Он решительно утверждает, что национальная автономия обязательна и в других государствах, состоящих, как Австрия, из нескольких национальностей.
“Национальной политике имущих классов, политике завоевания власти в государстве национальностей, пролетариат всех наций противопоставляет, по мнению Бауэра, свое требование национальной автономии”.
Затем, незаметно подменяя самоопределение наций национальной автономией, продолжает:
“Так национальная автономия, самоопределение наций, неизбежно становится конституционной программой пролетариата всех наций, живущих в государстве национальностей”.
Но он идет еще дальше. Он глубоко верит, что “конституированные” им и Шпрингером междуклассовые “национальные союзы” послужат неким прототипом будущего социалистического общества. Ибо он знает, что “социалистический общественный строй… расчленит человечество на национально-отграниченные общества”, что при социализме произойдет “группировка человечества в автономные национальные общества”, что “таким образом, социалистическое общество несомненно представит собой пеструю картину личных национальных союзов и территориальных корпораций”, что, следовательно, “социалистический принцип национальности является высшим синтезом национального принципа и национальной автономии”.
Кажется, довольно…
Таково обоснование культурно-национальной автономии в трудах Бауэра и Шпрингера.
Прежде всего, бросается в глаза совершенно непонятная и ничем не оправдываемая подмена самоопределения наций национальной автономией. Одно из двух: либо Бауэр не понял самоопределения, либо он понял, но почему-то сознательно его суживает. Ибо несомненно, что:
а) культурно-национальная автономия предполагает целость государства национальностей, самоопределение же выходит из рамок такой целости; б) самоопределение передает нации всю полноту прав, национальная же автономия – только “культурные” права. Это – во- первых.
Во-вторых, вполне возможно в будущем такое сочетание внутренних и внешних конъюнктур, при котором та или иная национальность решится выступить из государства национальностей, хотя бы из Австрии, – заявили же русинские с.-д. на Брюннском партейтаге о своей готовности объединить “две части” своего народа в одно целое. Как быть тогда с “неизбежной для пролетариата всех наций” национальной автономией? Что это за “решение” вопроса, которое механически втискивает нации в прокрустово ложе целости государства?
Далее. Национальная автономия противоречит всему ходу развития наций. Она дает лозунг организовать нации, но можно ли их искусственно спаять, если жизнь, если экономическое развитие отрывает от них целые группы и рассеивает последние по разным областям? Нет сомнения, что на первых стадиях капитализма нации сплачиваются. Но несомненно и то, что на высших стадиях капитализма начинается процесс рассеивания наций, процесс отделения от наций целого ряда групп, уходящих на заработки, а потом и совершенно переселяющихся в другие области государства; при атом переселившиеся теряют старые связи, приобретают новые на новых местах, усваивают из поколения в поколение новые нравы и вкусы, а, может быть, и новый язык. Спрашивается: возможно ли объединить такие обособившиеся друг от друга группы в единый национальный союз? Где те чудодейственные обручи, при помощи которых можно было бы объединить необъединимое? Мыслимо ли “сплотить в одну нацию”, например, прибалтийских и закавказских немцев? Но если все это немыслимо и невозможно, то чем отличается, в таком случае, национальная автономия от утопии старых националистов, старавшихся повернуть назад колесо истории?
Но единство нации падает не только благодаря расселению. Оно падает еще изнутри, благодаря обострению классовой борьбы. На первых стадиях капитализма еще можно говорить о “культурной общности” пролетариата и буржуазии. Но с развитием крупной индустрии и обострением классовой борьбы “общность” начинает таять. Нельзя серьезно говорить о “культурной общности” нации, когда хозяева и рабочие одной и той же нации перестают понимать друг друга. О какой “общности судьбы” может быть речь, когда буржуазия жаждет войны, а пролетариат объявляет “войну войне”? Можно ли из таких противоположных элементов организовать единый междуклассовый национальный союз? Можно ли после этого говорить о “сплочении всех членов нации в национально-культурную общность”? Не ясно ли из этого, что национальная автономия противоречит всему ходу классовой борьбы?
Но допустим на минуту, что лозунг: “организуй нацию” – осуществимый лозунг. Можно еще понять буржуазно-националистических парламентариев, старающихся “организовать” нацию для получения лишних голосов. Но с каких пор с.-д. начали заниматься “организацией” наций, “конституированием” наций, “созданием” наций?
Что это за с.-д., которые в эпоху сильнейшего обострения борьбы классов организуют междуклассовые национальные союзы? До сих пор у австрийской – как и у всякой другой – с.-д. была одна задача: организовать пролетариат. Но задача эта, очевидно, “устарела”. Теперь Шпрингер и Бауэр ставят “новую”, более занятную, задачу: “создать”, “организовать” нацию,
Впрочем, логика обязывает: принявший национальную автономию должен принять и эту “новую” задачу, но принять последнюю – это значит сойти с классовой позиции, стать на путь национализма.
Культурно-национальная автономия Шпрингера и Бауэра есть утонченный вид национализма.
И это отнюдь не случайность, что национальная программа австрийских с.-д. обязывает заботиться о “сохранении и развитии национальных особенностей народов”. Подумайте только: “сохранить” такие “национальные особенности” закавказских татар, как самобичевание в праздник “Шахсей-Вахсей”! “Развить” такие “национальные особенности” грузин, как “право мести!1…
Такому пункту место в завзятой буржуазно-националистической программе, и если он оказался в программе австрийских с.-д., то потому, что национальная автономия терпит такие пункты, она не противоречит им.
Но, непригодная для настоящего, национальная автономия еще более непригодна для будущего, социалистического общества.
Пророчество Бауэра о “расчленении человечества на национально-отграниченные общества” опровергается всем ходом развития современного человечества, Национальные перегородки не укрепляются, а разрушаются и падают, Маркс еще в сороковых годах говорил, что “национальная обособленность и противоположность интересов различных народов уже теперь все более и более исчезают”, что “господство пролетариата еще более ускорит их исчезновение”, Дальнейшее развитие человечества, с его гигантским ростом капиталистического производства, с его перетасовкой национальностей и объединением людей на все более обширных территориях, – решительно подтверждает мысль Маркса,