Страница 13 из 23
О школе своего учителя Хакуина Суйво говорил так: "Единственный из последователей, кто ухватил все духовные сокровища в доме Хакуина, - это Торэй. Единственный, кто проник в самые глубины учения Хакуина, - это Дайкю".
Суйво также утверждал: "Даже дзэнские монахи, свободно путешествовавшие по всей стране, пребывали в растерянности, когда они встречали Хакуина. Почему так происходило? Да потому, что "кусты ежевики вздымаются до самого неба, колючая проволока окутывает землю", так что они не могли ни подойти, ни удалиться. Вот почему они убирали свои флаги и барабаны, вот почему снимали доспехи и сдавались. Ни одна из прочих дзэнских общин не обладает такими кустами; вот почему монахи проходили мимо них, и больше им не удастся никого обмануть. Полагаю, это правильно".
Когда Суйво лежал на смертном одре, помощники попросили его написать прощальное стихотворение. Суйво отругал их. Когда же они повторили свою просьбу, он взял кисть и написал:
Закрыв глаза, Суйво скончался.
Наставник, осененный непостижимым знамением
Вначале Торэй постигал дзэн под руководством наставника Когэцу. Потом последовали годы тяжелого ученичества у Хакуина.
Получив хорошую подготовку у Когэцу, Торэй под покровительством Хакуина вскоре обрел пробуждение. За несколько лет он полностью постиг сокровенное учение Хакуина.
К несчастью, напряжение было слишком велико и подорвало телесные силы Торэя, и он тяжело заболел. Никакие медицинские средства не помогали, и Торэй подумал про себя: "Пусть я постиг все, что касается истока и методов дзэн, какую пользу это принесет остальным, если мне придется умереть?"
И он написал сочинение "Неиссякаемый светильник дзэн". Показав книгу Хакуину, он сказал: "Если здесь есть что-нибудь достойное внимания, я хотел бы передать ее будущим поколениям. Если же это - пустая болтовня, я немедленно брошу ее в огонь".
Хакуин просмотрел написанное и ответил: "Книга послужит лекарством, которое откроет глаза будущим поколениям".
И тогда Торэй покинул Хакуина; он отправился в Киото, где жил тихо, лечился и был готов принять уготованное ему, будь то жизнь или смерть.
Однажды, потеряв сознание, Торэй вдруг постиг весь жизненный путь Хакуина. И с этого момента он неожиданно стал поправляться.
Исполненный радости, Торэй написал Хакуину письмо, в котором рассказал, что с ним приключилось. Великий наставник призвал Торэя обратно и сделал его своим преемником.
После выздоровления Торэй и Хакуин вместе трудились над созданием программы дзэнского обучения. Большая часть работы по составлению подробного плана экзаменов, несомненно, была выполнена Торэем. В конце жизни Хакуина, когда силы его таяли на глазах, Торэй неустанно учил и вдохновлял всю общину. Многие из последних учеников Хакуина остались незрелыми; выдающимися же стали только те, кого привел к высшей гармонии Торэй.
Природа Будды в этой жизни
Однажды наставник Торэй выступал с проповедью Дхармы в Сага, что в гористых окрестностях Киото. Стояла глубокая зима, и на дворе была такая стужа, что все собравшиеся поеживались от холода.
Торэй разбушевался: "Те из вас, кого удручает холод, должны немедленно вернуться к мирской жизни! Как вы сможете постичь дзэн? Почему бы вам не поискать его в своем сердце? Рыба плавает в водных глубинах, но при этом не знает, что ее со всех сторон окружает вода; высшая истина совсем рядом с людьми, но люди не ведают о ней".
Среди слушавших находился молодой последователь школы Изучения сознания по имени Накадзава Дони, которому в последующем суждено было распространить учение школы на востоке страны. Услышав эти слова наставника Торэя, он тут же пробудился. "Раскрывать смысл Учения означает не сосредотачивать сознание на внешнем, - говорил он позднее и добавлял: - Вот что называется "обрести природу Будды в этом самом теле"".
Преждевременное признание
Рёдзай поначалу изучал дзэн у наставника Когэцу. Потом он последовал за Хакуином, под руководством которого обрел пробуждение.
Когда Рёдзай пришел к Хакуину, великий учитель сразу же разглядел в нем необычайные способности. Рёдзай провел у Хакуина несколько лет и в конце концов получил признание в качестве наставника. Таким образом, Рёдзай стал первым из многих учителей, подготовленных великим наставником Хакуином.
В последующем, однако, Хакуин говорил: "Я слишком рано дал Рёдзаю печать подтверждения. По этой причине он сейчас не в состоянии управлять вещами. Если бы я подождал еще три года, прежде чем дать ему разрешение на преподавание, в целом мире никто не мог бы критиковать его".
Хакуина спросили, по какой же причине он поспешил дать Рёдзаю разрешение. Глубоко вздохнув, наставник сказал: "В то время я думал только о том, насколько трудно найти такого человека. Я не понимал, что разрешать преподавать еще слишком рано".
Великий труд
Гасан отправился в странствия, когда ему было всего шестнадцать. Вступив в дзэнскую обитель, он через девяносто дней напряженного труда пережил начальный опыт просветления. После этого он начал метаться от одного учителя к другому, посетив всего свыше тридцати человек. Никто из них ничем не мог помочь ему, и тогда он вернулся к своему первому наставнику Гэссэну.
Гэссэн признал мастерство Гасана и предложил ему закончить странствия. В то время Гасан и сам полагал, что полностью овладел дзэн.
Время от времени Гасан слышал о школе дзэнского наставника Хакуина, но желания встретиться с великим учителем у него не возникало.
Однажды, тем не менее, он подумал: "Из всех учителей страны, которых я видел, ни один не смог мне ни на что указать. Хакуин - единственный, чьи методы мне неизвестны".
И Гасан загорелся желанием увидеть Хакуина. О своем намерении он рассказал Гэссэну. "Зачем тебе обязательно встречаться с Хакуином?" - спросил Гэссэн. Гасан вновь решил, что учитель прав, и остался.
Прошел еще год, и до Гасана дошли вести, что Хакуина пригласили в столицу Эдо, чтобы выступить с проповедями на тему классического сочинения "Записи Голубой скалы". Он решил: "Пока я не повидаюсь со старым наставником, не смогу быть великим человеком".
И хотя Гэссэн вновь попытался было отговорить его, Гасан был непреклонен. Он отправился прямо в Эдо. сгорая от нетерпения увидеться с великим наставником Хакуином.
Когда Гасан рассказал о своем опыте пробуждения, Хакуин взорвался: "От какого шарлатана ты явился, чтобы дурачить меня подобной ерундой!" И прогнал его прочь.
Но Гасан не сдавался. После того как его вышвыривали трижды, он по-прежнему считал себя подлинно пробужденным, и что Хакуин специально пытается сломить его.
В один из дней, когда проповедь уже близилась к концу, Гасан подумал про себя: "Хакуин - действительно величайший в мире наставник. Но если так, почему он произвольно отвергает людей? У него должна быть какая-то причина".
И тогда Гасан извинился перед Хакуином за свою грубость и попросил наставления. Хакуин сказал ему: "Ты не созрел. Тебе суждено провести всю жизнь, цепляясь за внешнюю оболочку дзэн. Даже если ты бойкий на язык, это не придаст тебе никаких сил, когда ты приблизишься к берегу рождения и смерти. Если хочешь, чтобы каждый день твоей жизни приносил тебе удовлетворение, ты должен слышать звук хлопков одной руки".
Позднее Гасан говорил уже своим собственным ученикам: "Почти двадцать лет своей жизни я провел в путешествиях по всей стране, я учился более чем у тридцати учителей. Я считал себя настолько проницательным, что ни один из них не мог совладать со мной. В конце концов я встретился с почтенным Хакуином; трижды меня вышвыривали вон, и тогда я обнаружил, что способности мои совершенно бесполезны. И тогда я стал искренним последователем Хакуина.