Страница 19 из 23
– Как обычно, только двойное.
– А что «как обычно»?
Лэйси пожала плечами.
– Ты все продолжаешь притворяться. Ну, да… Мне следовало бы знать. Двойное виски. Неразбавленное. – Лэйси дождалась, пока ей подадут напиток, и затем снова заговорила: – Ну, давай же, Кайли, расскажи все. Я смогу подыграть тебе.
Кайли смотрела на свою мать и ничего не могла понять.
– Я не притворяюсь. Меня действительно сбила машина, и я страдаю от заболевания, которое называется ретроградной амнезией.
Лэйси лишь отмахнулась.
– Ладно. Но скажи мне хотя бы, кто на этот раз?
Кайли удивленно захлопала ресницами.
– Кто? Только мой муж. – Лэйси щелкнула пальцами.
– Правильно. Твой муж. Как же я сразу не догадалась! Но все слишком запутано. Ну, и как же его зовут?
– Николо Данте.
– Данте? – Лэйси резко распрямилась, ее глаза округлились от удивления. – Николо Данте? Ты совсем потеряла рассудок? Неужели ты думаешь, что сможешь обвести вокруг пальца кого-нибудь из Данте?
– Но я же говорю тебе, – устало повторила Кайли. – Я не притворяюсь.
Лэйси поставила бокал на кофейный столик, с такой силой грохнув дном о столешницу, что хрусталь пронзительно зазвенел.
– Что ж, я не желаю принимать в этом участие.
Она схватилась за сумочку и хотела встать, но Кайли остановила ее.
– Ответь мне только на один вопрос. – Она схватила папку и, с шумом открыв ее, достала какие-то страницы. – Ты знаешь эти имена? Я на самом деле обобрала всех этих людей?
С подчеркнутой неохотой Лэйси отложила сумочку в сторону и взяла в руки листы бумаги, которые ей протянула дочь. Пробежав глазами по строчкам, женщина побледнела.
– И о чем ты только думаешь? Как можно оставлять следы?
– Я хочу знать, правда это или нет.
Лэйси быстро вернула бумаги дочери.
– Я понятия не имею, чего ты добиваешься, но не желаю иметь к этому никакого отношения. Я надеюсь, ты сожжешь документы. А пока все! – Лэйси протянула руку. – Отдай мне ожерелье, и я уйду.
Кайли стало совсем не по себе. Опять это ожерелье! Она аккуратно сложила бумаги вчетверо и положила в карман:
– Какое ожерелье?
– Прекрати паясничать! – Голос Лэйси стал таким пронзительным, что мог резать металл. – Ожерелье из огненных бриллиантов, что принадлежало твоему деду Кэмерону.
– Так, значит, это ожерелье действительно существовало? – Кайли замерла на месте.
– Конечно, – раздраженно воскликнула мать. – Где оно?
– Понятия не имею. – Кайли начала истерически хохотать. – Может быть, когда ко мне вернется память, я вспомню.
– Кулон. – Лэйси сменила гнев на милость, впрочем, скорее это было коварство. – Если у тебя нет ожерелья, значит, есть ключ от сейфа, в котором оно хранится, и, скорее всего, он в кулоне.
Рука Кайли скользнула под блузку, и пальцы инстинктивно сжали серебряное сердечко.
Она вспомнила, как больно ей было, когда Николо сообщил, что у нее с матерью плохие отношения. Она позавидовала тогда дружной семье Данте. Сейчас Кайли многое дала бы за то, чтобы быть сиротой.
– Я не знаю, как открыть кулон.
– О, может быть, ты ненадолго забудешь про свою амнезию? – Лэйси сделала несколько шагов в сторону Кайли. – Дай мне кулон! Я открою его, если ты не в состоянии.
– Я тебе ничего не дам.
– Какая же ты дурочка! – Лэйси смотрела на дочь со злой иронией. – Неужели ты думаешь, что я не позаботилась обо всем еще тогда, когда мы задумали проделку с рудником Данте? Где твои мозги? Я лучше знаю, что именно нужно сейчас делать, хотя твоя амнезия – тоже неплохой поворот.
– Это не…
– Я твоя мать, Кайли. Ты не сможешь меня одурачить. Отдай мне ключ, или, клянусь, я отберу его силой. Не хочу оказаться где-нибудь поблизости, когда Данте обнаружат, что ты симулируешь амнезию.
– Слишком поздно. – В комнату вошел Николо. Брутус был у ноги хозяина. – Боюсь, Данте удалось выяснить кое-что значительно раньше, чем вы предполагали.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Николо понадобилась вся сила воли, чтобы сдерживать свой гнев. Обе женщины повернулись к нему, и он увидел, что их лица очень похожи друг на друга. Но в выражении лица старшей он разглядел алчность, коварство и самолюбование.
Брутус потрусил к гостье, чтобы обнюхать ее, и та поспешно отступила.
– Ты просила, чтобы я рассказал тебе правду, Кайли. – Николо скинул с себя пиджак и швырнул его на ближайший стул. – Я не предполагал, что узнаю ее от тебя.
– Нет, Николо! – Щеки Кайли горели. – Ты неправильно понял наш разговор.
Жестом Николо прервал ее.
– Хватит разыгрывать комедию, Кайли. У меня все в порядке и со слухом и с головой. Я понял каждое слово, которое произнесла твоя… мать?
Николо вскинул бровь и посмотрел в сторону незваной гостьи, ожидая подтверждения своей догадки.
– Лэйси О'Дел, – холодно представилась та, протянула руку и хотела сделать несколько шагов, но остановилась, услышав неодобрительный рык собаки. – Зовите меня просто Лэйси, – собравшись с духом, сказала она.
Ослабив туго стянутый узел галстука, Николо снова обратился к Кайли:
– Я понял все. Ты симулировала амнезию, чтобы получить долю нашего алмазного рудника.
– Я предупреждала тебя. – Лэйси посмотрела сначала на Кайли, потом на Николо. Холодный блеск бледно-голубых глаз пронзил его, как кинжал. – Полагаю, вы Николо Данте, муж Кайли?
– Это она вам сказала?
Лэйси на минуту пришла в замешательство, затем на лице ее появилось разочарование.
– Еще одна ложь?
Николо стянул галстук и отбросил его.
– На сей раз это была моя ложь.
Кайли тихо ахнула.
– Этого не может быть. – Она смотрела на него умоляющим взглядом. – Все что угодно, только не это.
Николо молча смотрел ей в глаза и просто ждал. Кайли потупила взор, признавая свой проигрыш.
– Мы не женаты? – Ее глаза потемнели от боли. – Все эти романтические свидания, о которых ты мне рассказывал, свадьба – все выдумка? – Николо не ответил. Кайли поднесла дрожащую руку к губам. – Все ложь? Поездка по городу. «Данте эксклюзив». О боже, и Десеос! И прекрасные романтические ночи. Это была просто игра?
– Судя по всему, лгал не только я, не так ли, Кайли? Мы оба зарезервировали себе уютное местечко в аду.
– Нет! Я не верю тебе.
Заметив в глазах Лэйси нездоровый интерес к этой теме, Николо прервал Кайли. Он не хотел вспоминать о том, каким глупцом был. Особенно не хотел вспоминать Десеос.
– Достаточно. Я оценил твои драматические способности. Можешь считать, что свой «Оскар» ты уже заслужила. Я даже поверил в то, что у тебя амнезия. Правда, всего на несколько недель.
Лэйси громко вздохнула.
– Узнаю свою дочь, – сказала она с подчеркнутой симпатией. – Один обман за другим.
Николо повернулся к ней:
– Вполне достойна своей матери?
Лэйси гордо вздернула подбородок.
– Вовсе нет. Вы слышали нашу беседу, а поэтому уже знаете – я хочу помочь ей, так как кое-что проделала бы лучше.
– Очень благородно с вашей стороны, – сухо заметил Николо. – Я, конечно, был бы значительно меньше впечатлен, если бы не услышал, что вы могли бы придумать кое-что получше, чем просто сделать этих Данте. Аплодирую вашему уму и чувству самосохранения.
– Спасибо. – Лэйси, ничуть не смущаясь, подмигнула Нику.
Он снял запонки, положил их в карман и завернул рукава рубашки. Проделывая эти нехитрые операции, Николо продолжал изучать Лэйси.
– Любопытно, а как вы обошлись с другими?
– С другими?
Движения ее стали медленнее. Она нервно провела языком по пересохшей губе. Эта маленькая деталь до боли напомнила ему первую встречу с Кайли. Тогда, в «Ле Премьер», она тоже облизнула губу перед тем, как солгать. Это был верный знак.
– Я имею в виду тех мужчин, которых вы обманули за все эти годы.
Взгляд Лэйси стал ледяным.
– Не думаю, что мне нравится такой поворот нашей беседы, а потому, если не возражаете, я не буду отвечать на ваш вопрос. – Энергично покачивая бедрами, она подошла к дивану, взяла в руки свою сумочку и обратилась к дочери: – Если мне не изменяет память, ты хотела что-то отдать.