Страница 10 из 17
Профессор задумался, а затем продолжал:
— Вероятно, потому, что в луче — только малейшая частица истинного мира. К видимому мы привыкаем, считаем его единственно сущим. Но в темноте человек подсознательно ощущает рядом с собой множество иных форм бытия. Да, да! Не удивляйтесь. Ведь вы физик. То, что мы видим, — это лишь ничтожная частица электромагнитного спектра. А бесчисленное множество других излучений, а гравитация, магнитные поля, поле ядра, психическое поле, биополя разных степеней, а необъятное количество тех сил или проявлений материи, о которых мы понятия не имеем? Вы понимаете, насколько ограничен человек, имея так мало чувств? Правда, благодаря мозгу человек мыслит абстрактно, может синтезировать, допускать нечто сверх ощущений. Но все же природа смехотворно мало уделила нам возможностей для познания мира и самих себя. Человек несчастен потому, что видит свет. Парадокс? Нет. Лучше бы он видел темноту — нескончаемый океан темноты, прячущий в себе удивительные тайны. И вот представьте себе — случайно или не случайно, — люди получат возможность видеть, ощущать все то, что скрыто от нас темнотой! Я говорю не о технических возможностях усиливать наши чувства. Это делается уже теперь. Приборы, счетные машины, все прочее. Нет! Я имею в виду проникновение в такие сферы, где бессильны наши обычные органы чувств. Возможно, здесь придется переделывать наш организм, нашу физическую структуру…
Профессор черной тенью остановился перед моим креслом.
— Почему люди так беспокоятся о себе? И почему до обидного мало думают о смысле бытия, о своем назначении в мире? О, если бы они поняли, что ничем не отличаются от животного, когда занимаются только личным благоустройством! Миллионолетиями природа вела живой мир к созданию человека. А результат? Человек! Он рождается на свет с открытыми глазами — ясными, как темнота, — да, да! Именно темнота межзвездных просторов. Человек призван разгадать великую мудрость мира. Но вместо этого — никчемный, мещанский практицизм, жизнь, лишенная цели…
Я терпеливо, внимательно слушал излияния профессора. Да, он был во многом прав. Почему же они разошлись с Морисом?
Тенк резко обернулся ко мне.
— Вы не считаете, что я ушел в сторону?
— Нет, нет!
— Да, я не уклонился от главного. Веду к тому же. Итак, необходимо расширить возможности познания мира. Раздвинуть узенькую тропинку, оставленную нам природой. Еще с детства я думал над этим. А в университете начал упорно готовиться к борьбе. Я вам расскажу о результате — оставим звенья неудач и ошибок. Не ошибусь, если буду утверждать: мое открытие возвеличит человека! Но какого человека? Современный мир в хаосе противоречий. И я — на перекрестке. Какой путь избрать? Я избрал ожидание. Но об этом — потом… Я начал с проникновения в твердое вещество. Вы понимаете, о чем идет речь? Не о том, чтобы вещество расступалось перед нами, как, скажем, воздух или жидкость. Нет, я думал о том, чтобы твердое тело проводило через твердое без взаимодействия. Теоретически это казалось несложным. Что такое твердое вещество? Это агрегатное состояние, для которого характерно более или менее устойчивое положение атомов или молекул. Молекулярная структура твердого вещества относительно неизменна и компактна. Отталкивающая сила электростатических полей атома создает эффект непроницаемости, твердости. В этом же плане действуют силы молекулярного и ядерного сцепления. Но фактически элементарные частицы, из которых состоит вещество, локализованы в ничтожных по объему масштабах пространства: между ними относительно такие же расстояния, как между планетами. Я испытал первый путь — надо было ликвидировать отталкивающую силу электростатических полей атома. Долгие годы поиска, неудач. разочарований. Наконец несколько лет назад пришел успех.
— Вы хотите сказать, что решили проблему проникновения в твердое вещество? — удивленно спросил я.
— Да! — живо подхватил Тенк. — Я изобрел радоний. Удивительный препарат. Даже мои помощники не знают полной формулы. Я шел не традиционным путем. Был использован синтез современной и древней науки. О, наши предки, особенно египтяне и индийцы, многое знали. Связь времен должна быть неразрывной. Лишь на этом пути придет успех. Но к делу… Покрыв некоторым количеством радония предмет, мы меняем его свойства по отношению к обычному веществу. При соприкосновении подопытного вещества с обычным предметом его элементарные частицы свободно проходят сквозь своеобразные межзвездные пространства материи…
— Так вот почему Морис мечтал об этом! — не сдержался я. — А я считал это пустой фантазией.
— Да, — согласился ученый, — Морис знал об этом. Более того, он первый испытал препарат.
— Значит, его побег…
— Да. Он прошел сквозь стену тюрьмы. Мы его ждали в условленном месте.
— Поразительно!
— Да. Но это был не радоний, мой друг. Радоний не годится для таких целей.
— Не понимаю…
— Я объясню. Дело в том, что проницаемый человек не сможет действовать, жить, двигаться. Подумайте сами. Барабанные перепонки человека не будут колебаться от звука — ведь частицы воздуха свободно пройдут сквозь нее. Человек будет глухим. Язык не будет вызывать колебаний воздуха — человек будет немым. Человек не сможет есть, ему невозможно будет дышать. Наконец, на него будет влиять тяготение планеты — он неминуемо поглотится землей. Короче говоря, такой человек погибнет. Поняв это, испытав препарат на практике, я начал искать новые возможности. И нашел. Я давно верил в многомерность мироздания. Я задумался над микроструктурой пространства… Не понимаете? Мои гипотезы подтверждались и теорией относительности и многочисленными исследованиями мировых ученых. Вероятно, вы читали об исчезновении частиц или о рождении их из ничего?.. Читали? Отлично. Многие считают такие выводы мистическими. Чепуха! Сущая чепуха. Здесь нет ни краха закона сохранения массы и энергии, ни метафизики. Просто частицы, точнее, импульсы энергии исчезают из наших координат времени и пространства и переходят в иные измерения. Законы физики не рушатся, а неизмеримо расширяются, наши знания о мире приобретают более глубокий смысл. Вы понимаете меня, Генрих?
— Да, профессор. Но все это так необычно…
— Итак, я пошел по пути изменения микроструктуры пространства. Я расширил возможности радония, получил новый препарат — радонат. Этот препарат частично изменяет микроструктуру времени-пространства. Подопытное вещество-существо свободно проникает сквозь преграду твердого тела, но не теряет обычных качеств. Морис использовал именно радонат. Да… Но это один из путей. Открылись и другие. Еще более грандиозные. Для всего человечества. Вы не устали, Генрих?
— Я весь внимание, профессор!
— Отлично. Тогда я кратко познакомлю вас с этим новым путем. Именно он стал причиной наших расхождений с Морисом и Фридрихом. Вам знакома теория физического вакуума Поля Дирака?
— Да. Но в общих чертах…
— Я напомню. По его предположению, вакуум — это материальный фон, в который погружен наш физический мир. Вакуум — это не отсутствие материи, а, наоборот, ее бесконечный потенциальный резервуар. Как видите, современная наука подтвердила мои юношеские мечты. Из предположений Дирака возникли гипотезы о существовании античастиц и антивещества. Гипотезы начали подгверждаться экспериментально. Частицы высоких энергий выбивали в фоне Дирака так называемые дырки. Им дали название антипротонов, антинейтронов, позитронов. Высказывались предположения, что в нашей галактике или в иных системах существуют целые антисистемы с антисолнцами, антипланетами, антижизнью. И фантасты и ученые надеялись, что такие антисистемы будут открыты с помощью нейтринной астрономии — ведь они должны излучать поток антинейтрино. Обсуждались даже опасности, ожидающие космонавтов в случае их высадки на антипланеты. Но развитие знания показало, что такие представления примитивны, механистичны. Мы строили модели антимира по образу нашего физического мира. Увы, беспредельность не повторяет себя качественно. В космосе непрерывно течет бесконечно сложный, глубинный процесс эволюции. И этот процесс происходит не в одном «этаже», не в одном плане Вселенной…