Страница 36 из 43
Автобус остановился. Мистер Осборн побежал, боясь опоздать.
Я направился домой в глубокой задумчивости. Мистер Осборн изложил невероятную теорию, но, надо признать, в ней могло быть зерно истины.
Глава 20
РАССКАЗЫВАЕТ МАРК ИСТЕРБРУК
1
На следующее утро я позвонил Джинджер и сказал, что переезжаю завтра в Борнмут.
– Я нашел чудесный маленький отель, называется почему-то «Олений парк». Там есть два незаметных боковых выхода. Я могу легко ускользать незамеченным в Лондон и видеться с вами.
– Лучше не надо, наверное. Но должна сказать, что это было бы здорово. Мне здесь тоскливо одной. Вы себе не представляете, до какой степени. Если вам все же неудобно приехать, я бы смогла улизнуть, и мы бы где-нибудь встретились.
Я вдруг забеспокоился:
– Джинджер! Какой-то у вас голос – не такой, как всегда...
– Да нет, все в порядке. Не волнуйтесь.
– А почему такой голос?
– Просто у меня начинается небольшая ангина, только и всего.
– Джинджер!
– Поймите, Марк, кто угодно может заболеть ангиной. Я, кажется, простудилась. Или подхватила грипп.
– Грипп? Послушайте, скажите правду, что с вами? Вы здоровы или болеете?
– Да не волнуйтесь, все хорошо.
– А почему вы сказали про грипп? Что все-таки с вами?
– Понимаете... Ну, вроде меня как-то всю ломает, и вообще...
– Температура?
– Ну, может, совсем невысокая...
Я сел, и меня охватило страшное, леденящее чувство. Я испугался. И понял: хоть Джинджер ни за что не признается – ей тоже страшно.
Она снова заговорила простуженным голосом:
– Марк, без паники. Прекратите. Для паники нет никаких причин.
– Может, и нет. Но мы должны срочно принять меры. Вызовите своего врача. Сейчас же. Позвоните ему.
– Ладно. Только он будет недоволен, что я его тревожу по пустякам.
– Неважно. Вызовите. И потом звоните мне.
Я положил трубку и долго сидел, уставившись на черный, равнодушный телефон. Только не поддаваться отчаянию. В такое время года повсюду грипп. Может быть, легкая простуда. Доктор посмотрит Джинджер и, наверное, успокоит ее.
Я вспомнил Сибил в павлиньем наряде, расшитом зловещими символами. Повелительный голос Тирзы... Исчирканные мелом половицы, воющую заклинания Беллу, бьющегося у нее в руках петушка...
Вздор, какой вздор... Конечно, суеверный вздор...
Но вот аппарат – я почему-то не мог отделаться от мысли об аппарате. Машина – это уже не суеверие, это наука. Неужели такое возможно – неужели?
Миссис Дейн-Колтроп нашла меня у телефона: я так и не смог встать с места.
– Что произошло? – тотчас спросила она.
Я хотел, чтобы она меня разубедила. Но она не стала разубеждать.
– Дело скверное, – сказала она. – Да, скверное.
– Но это немыслимо, – возразил я. – Разве можно хоть на миг представить себе, будто они действительно навредили?
– А разве нет?
– И вы верите? Неужели вы верите?
– Мой дорогой Марк, – сказала миссис Дейн-Колтроп. – И вы, и Джинджер уже признали эту возможность, иначе вы вели бы себя по-иному.
– Значит, если мы поверили, то весь этот бред – реальная опасность? Реальная, возможная...
– Вы не то чтобы поверили, вы признали, что можно поверить при наличии доказательств.
– Доказательств? Каких?
– Джинджер заболела – это доказательство, – ответила миссис Дейн-Колтроп.
– Почему вы так мрачно на все смотрите? Подумаешь, обычная простуда, ничего серьезного. Почему вы убеждены, что нужно верить в худшее? – Меня вдруг разозлило, как спокойно и невозмутимо она рассуждает.
– Поймите, если дело складывается подобным образом, прятать голову под крыло не следует, а то может стать слишком поздно.
– По-вашему, это шаманство приводит к пагубным результатам?
– Каким-то образом они своего добиваются, – сказала миссис Дейн-Колтроп. – И надо смотреть правде в глаза. В чем-то, почти во всем, они, конечно, шарлатаны. Создают необходимую обстановку, а это для их спектаклей очень важно. Но за шарлатанством прячется нечто, безусловно, опасное.
– Вроде радиоактивных лучей, действующих на расстоянии?
– Наверное. Ведь все время делаются новые открытия, причем порой в них таится страшная угроза. И некоторые плоды новых знаний используются людьми без стыда и совести в собственных целях. А у Тирзы отец был физик, как всем известно.
– Но в чем же все-таки дело? Наверное, этот дьявольский аппарат. Надо его проверить, Может, полиция...
– Полиция не станет делать обыск на таких основаниях, тем более изымать собственность.
– А что, если я проберусь к Тирзе и разобью этот чертов ящик?
Миссис Дейн-Колтроп покачала головой:
– Вред уже причинен, и, если это так, причинен в тот самый вечер.
Я уронил голову на руки и застонал:
– Зачем я только ввязался в эту проклятую историю!
Миссис Дейн-Колтроп ответила очень твердо:
– У вас были благородные побуждения. А что сделано – то сделано. Вы узнаете больше, когда Джинджер позвонит после визита врача. Думаю, она позвонит Роуде.
Я понял намек:
– Ну, тогда я пойду.
И вдруг миссис Дейн-Колтроп воскликнула:
– Как я глупо себя веду! Шарлатанство! Поверили в бессовестный обман. Хочешь не хочешь, а мы воспринимаем его так, как того желают они.
Возможно, она была права. Но я уже ничего не мог с собой поделать.
Джинджер позвонила через два часа.
– Врач был, – сказала она. – Удивлялся чему-то, но потом решил – грипп. Сейчас все кругом болеют. Велел мне лежать, сам пришлет лекарства. Температура поднялась. Но ведь при гриппе всегда температура?
Деланый задор в голосе Джинджер не мог заглушить тоскливых ноток.
– Вы скоро поправитесь, – отвечал я уныло. – Слышите? Скоро поправитесь! Вам очень плохо?
– Ну... лихорадит, все болит, ломит ноги, руки. И сильный жар.
– Это от температуры, дорогая моя. Слушайте, я сейчас приеду. Сейчас же. И не возражайте.
– Хорошо. Я так рада, Марк, что вы приедете. Не очень-то я на поверку храбрая...
2
Я позвонил Лежену.
– Мисс Корриган заболела, – сказал я.
– Что?
– Вы же слышали. Больна. Вызывала своего врача. Он сказал, наверное, грипп. Возможно, да. А возможно, нет. Чем вы могли бы помочь? Единственное, что приходит мне в голову, – это найти какого-нибудь специалиста.
– Какого именно?
– Психиатра, психоаналитика или психолога. Специалиста по внушению, гипнозу и так далее. Ведь есть же люди, которые этим занимаются?
– Конечно, есть. Точно. Один или двое в министерстве внутренних дел. По-моему, вы совершенно правы. Скорее всего, просто грипп. Но вдруг действительно психоистерия, о ней ведь так мало известно. Послушайте, Истербрук, а вдруг это приведет к раскрытию преступления?
Я швырнул трубку. Не исключено, что мы узнали о новом психологическом оружии, но меня сейчас заботила только Джинджер. А ведь мы с ней во всем сомневались – и она, и я. Или в глубине души верили? Нет, конечно. Началось все как игра в полицейских и воров. Но, видно, это вовсе не игра.
«Белый конь» – страшная, губительная сила.