Страница 30 из 45
Джек вскочил на ноги и изо всех сил помчался по направлению к коттеджу. Они, видимо, перепугались, что он не сможет выйти из транса, и поэтому вынесли его на открытый воздух.
Подойдя к коттеджу, он громко постучал в дверь. Но никто не ответил, и вокруг не наблюдалось никаких признаков жизни. Должно быть, они отправились за помощью или, может быть… Джек почувствовал, как необъяснимый страх снова окутывает его. Что же случилось прошлой ночью?
Он поспешил обратно в гостиницу. Когда он собирался навести справки в конторе, его вдруг кто-то ударил в подреберье, да так, что Джек едва удержался на ногах. Он повернулся, вскипая от негодования, и увидел перед собой хрипло посмеивающегося седоватого джентльмена.
– Не ожидал увидеть меня, мой мальчик? Ну, сознавайся, не ожидал? – выпалил человек.
– Как, дядя Джордж? А я думал, что вы совсем далеко, где-то в Италии.
– А! Но я там не был. Вчера вечером прибыл в Дувр. Решил заехать на автомашине в город и навестить тебя. И что же я обнаружил? Тебя не было всю ночь. Хорошенькие делишки у…
– Дядя Джордж, – прервал его Джек. – Я хочу вам рассказать совершенно необычайную историю. Боюсь, что вы можете не поверить.
И Джек поведал обо всем, что с ним произошло.
– И бог знает, что с ними стало, – закончил он.
Дядя выглядел так, будто сейчас его хватит удар.
– Кувшин, – наконец в отчаянии воскликнул он. – Голубой кувшин! Что с ним стало?
Джек уставился на него, ничего не соображая, но, когда целый поток, казалось бы, бессвязных слов обрушился на него, он начал кое-что понимать.
– Мин[2]… просто уникальный… украшение всей коллекции… стоит по меньшей мере десять тысяч фунтов стерлингов… предложение от Гугенхейма, американского миллионера… единственный в своем роде… Будь оно все проклято! Что вы сделали с моим голубым кувшином?
Джек рванулся в контору. Он должен найти Левингтона!
Молодая леди, сидевшая за столом, глянула на него довольно холодно:
– Доктор Левингтон уехал на автомашине вчера поздно вечером. Он оставил вам записку.
Джек разорвал конверт. Записка была короткой и ставила все на свои места.
«Мой дорогой юный друг!
Прекратились ли сверхъестественные явления? Не совсем, если рассматривать это в свете новых научных данных. Сердечный привет вам от Фелиции, ее больного отца и от меня. Мы отбываем в двенадцать. Вероятно, как раз вовремя.
Всегда Ваш, Эмброуз Левингтон,
Доктор, излечивающий Души».
Удивительное происшествие с сэром Артуром Кэрмайклом[3]
(Из записок покойного Эдварда Кэрстайрса, доктора медицины, знаменитого психолога)
Я вполне отдаю себе отчет, что странные и трагические события, о которых я здесь повествую, могут быть истолкованы с самых противоположных точек зрения. Однако мое собственное мнение никогда не менялось. Меня уговорили подробно описать эту историю, и я пришел к убеждению, что для науки и в самом деле очень важно, чтобы не канули в забвение эти странные и необъяснимые факты.
Мое знакомство с делом началось телеграммой от моего друга доктора Сэттла. Кроме упоминания имени Кэрмайкла, все остальное содержание телеграммы для меня было абсолютно туманным, но тем не менее я откликнулся на призыв друга и отправился поездом, отходящим в 12.20 с Паддингтонского вокзала, в Уолден в Хертфордшире.
Фамилия Кэрмайкл была мне знакома. Мне приходилось встречаться с ныне покойным сэром Уильямом Кэрмайклом Уолденским, хотя за последние одиннадцать лет я ничего о нем не слышал. У него, как я знал, был сын, ныне баронет, и сейчас ему, должно быть, исполнилось двадцать три года. Я смутно помнил ходившие тогда слухи о втором браке сэра Уильяма, но ничего определенного, кроме давнего неприятного впечатления, которое вызывала у меня новая леди Кэрмайкл, на память не приходило.
Сэттл встретил меня на станции.
– Спасибо, что приехали, – сказал он, пожимая мне руку.
– Полноте. Я понял, что-то здесь произошло по моей линии?
– И даже очень серьезное.
– Психическое расстройство? – предположил я. – С какими-то особенностями?
Тем временем мы забрали мой багаж, уселись в двухколесный экипаж и покатили к Уолдену, находившемуся в трех милях от станции. Несколько минут он молчал, так и не ответив на мои вопросы. Потом внезапно взорвался:
– Совершенно непостижимый случай! Молодой человек двадцати трех лет, вполне нормальный во всех отношениях. Весьма привлекательный юноша, без излишнего самомнения, может, не слишком блестяще образованный, в общем, типичный представитель молодого поколения английского высшего общества. Однажды вечером он лег спать в полном здравии, а на следующее утро его нашли вблизи деревни в полуидиотском состоянии, не узнающим своих родных и близких.
– О! – сказал я с воодушевлением. Случай обещал быть интересным. – Полная потеря памяти? И это произошло…
– Вчера утром. Девятого августа.
– И ничто этому не предшествовало? Я имею в виду – какое-нибудь потрясение, которое могло бы вызвать такое состояние?
– Абсолютно ничего не произошло.
У меня внезапно зародилось подозрение.
– А не скрываете ли вы чего-нибудь?
– Н-нет.
Его колебание усилило мои подозрения.
– Я должен знать все.
– Это никак не связано с самим Артуром. Вся суть в доме.
– В доме? – переспросил я с удивлением.
– Вам ведь приходилось иметь дело с подобными вещами, не так ли, Кэрстайрс? Вы обследовали так называемые заколдованные дома. Каково ваше мнение об этом?
– В девяти случаях из десяти – мошенничество, – ответил я. – Но десятый – реальность. Я обнаружил феномен, абсолютно необъяснимый с обычной материалистической точки зрения. Я убежденный оккультист.
Сэттл кивнул. Мы уже повернули к воротам парка. Он мне указал рукой на белый особняк у подножия холма.
– Вот этот дом, – сказал он. – И что-то в нем происходит сверхъестественно-ужасное. Мы все это ощущаем. Я совсем не суеверный человек.
– В какой форме это происходит? – спросил я.
Он смотрел прямо перед собой:
– Я думаю, лучше вам заранее ничего не знать. Вы понимаете, если вы приехали сюда настроенным беспристрастно, ничего не зная об этом, – вы ощутите это тоже… ну…
– Да, – согласился я, – пожалуй, так лучше. Но я был бы весьма признателен, если бы вы рассказали мне немного больше о самой семье.
– Сэр Уильям, – начал Сэттл, – был женат дважды. Артур – ребенок от его первой жены. Девять лет назад он вновь женился, и в нынешней леди Кэрмайкл есть что-то таинственное. Она лишь наполовину англичанка, и, я подозреваю, в ее жилах течет азиатская кровь.
Он остановился.
– Сэттл, – сказал я, – вам не нравится леди Кэрмайкл.
Он откровенно это подтвердил:
– Да, не нравится. Мне всегда казалось, что от нее исходит что-то зловещее. Ну, продолжим, от второй жены сэр Уильям имел другого ребенка, тоже мальчика, которому теперь восемь лет. Сэр Уильям умер три года назад, и Артур унаследовал его титул и поместье. Мачеха и его сводный брат продолжали жить с ним в Уолдене. Имение, должен вам сказать, сильно разорено. Почти весь доход сэра Артура уходит на его содержание. Весь свой ежегодный доход, какие-то несколько сот фунтов, сэр Уильям оставил своей жене, но, к счастью, Артур всегда превосходно ладил со своей мачехой и даже радовался, что они живут вместе. Теперь…
– Да?
– Два месяца назад Артур был помолвлен с очаровательной девушкой, мисс Филлис Паттерсон. – Понизив голос, Сэттл добавил с волнением: – Они должны были пожениться в следующем месяце. Она сейчас находится здесь… Вы можете себе представить ее горе…
Я молча склонил голову.
Мы подъехали к дому. По правую сторону от нас мягко распростерся зеленый луг. И вдруг я увидел очаровательную картину. Молодая девушка медленно шла по траве к особняку. Она была без шляпы, и солнечный свет усиливал сияние ее великолепных золотых волос. Она несла большую корзину роз, и красивый серый персидский кот влюбленно крутился вокруг ее ног.
2
Период царствования китайской династии Мин (1368–1644), характеризующийся расцветом искусств, живописи, художественных ремесел.
3
The Strange Case of Sir Arthur Carmichael. – The Hound of Death. – London: Collins, 1933.