Страница 251 из 340
Фрис взяла сигарету из общей пачки, лежащей посреди салона, и поинтересовалась:
— В Транс–Экваториальной Африке расстрел считается педагогическим приемом?
— Нет, я про миссионерскую практику, — пояснил военфельдшер, — Ты не задумывалась, почему в большинстве архаичных племен вообще не бывает сексуальных неврозов?
— Им просто не до того, — предположила шведка, — Жизнь тяжелая.
— А почему этого практически нет в Меганезии в возрастной группе 25 лет и младше?
— А этого нет? – уточнила Юн Чун.
— Практически нет, — повторил он, — Исключения только у иммигрантов и жителей тех земель, которые присоединены значительно позже Алюминиевой революии.
— Объясни, — предложила Фрис.
— Легко. Сексуальное поведение у детей естественным путем формируется так же, как любое другое поведение. Они подражают взрослым, смотрят, что получилось, и затем корректируют свои действия. Но классическая педагогика торпедирует это дело.
— А с какого возраста детям не рано формировать сексуальность? – спросила китаянка.
— С момента рождения, как и любое другое. Сенситивность, моторика, коммуникация, анализ, все это начинает формироваться, едва младенец открыл глаза. Как только дети способны держать в руках инструменты, они начинают подражать рабочим операциям взрослых. Они еще не понимают, когда, куда и зачем нужно забивать гвозди, но уже делают это – иногда очень некстати, но это необходимые издержки обучения. Точно также, дети играют во что угодно, включая и сексуально–гендерные элементы. Им это необходимо, чтобы развить соответствующие навыки.
Китаянка несколько озадаченно почесала подбородок.
— Извини, Керк, но это ерунда. Как можно получить навыки сексуального поведения до полового созревания. Это… Как бы сказать…
— Технически невозможно, — договорила Фрис, — Эти штуки еще не работают.
— Девчонки, а вы в детстве не играли в куклы? – спросил он, — Я имею в виду, действия, которые повторяют операции матери при обращении с младенцем? Качать, кормить…
— Да. Потому что это как раз технически возможно, — ответила шведка.
— Ты в 5 лет могла бы родить ребенка и кормить его грудью? Ну, ты монстр…
— Стоп–стоп, я имитировала только кормление. Я в 5 лет имела слабое представление о том, как ребенок рождается, и мне нечего было имитировать.
— А если бы ты имела такое представление? – спросил он.
— Тогда, конечно. Ты правильно сказал: дети подражают всему, что видят у взрослых.
— Мой племянник часто имитирует, как дедушка напивается шнапсом, — вставил Олаф.
— Отличный пример, — сказал Керк, — При этом твой племянник не знаком с алкоголем?
— Только визуально, — сказал швед, — Ему, вообще–то, 4 года. Рановато будет.
Военфельдшер торжественно побарабанил ладонями по пластику пульта.
— Теперь, внимание, вопрос: если дети видят, как взрослые занимаются сексом (а они, разумеется, подглядывают, они же дети), то они будут это имитировать, или нет?
— Лучше, чтобы не подглядывали, — ответила Юн Чун, — и чтобы не имитировали.
— А что плохого, если они будут имитировать?
— Это же понятно! – китаянка удивленно подняла брови, — Им рано, не так ли?
— А в астронавтов им играть не рано? — вмешался Рон.
— Но это же разные вещи! — возразила Юн Чун.
— Why?! – хором спросили Рон и Керк.
Юн Чун с надеждой посмотрела на Фрис, но та лишь пожала плечами. Олаф слегка помассировал ладонью затылок и предположил:
— А вдруг у них раз — и получится по настоящему? Привет, ранний внезапный залет!
— Во–первых, это по–любому может произойти, — заметил Рон, — Во–вторых, в школе их заранее учат контрацепции, а в–третьих, есть пре–стоппер. Прикинь, Олаф, подростки всегда получают мелкие травмы. Байк, кайт, потасовки. Не держать же их в 4 стенах.
— Логично, — согласился швед, — просто с сексом это как–то не принято… Керк, а когда реальный секс считается нормой, в смысле медицины? В каком возрасте?
— Для мальчиков–северян в 14, для южан в 13. Для девочек: 13 и 12. Это все в среднем. Разброс плюс–минус 2 года. Есть случаи естественных родов в возрасте 9 лет. Лучше всего определять не по возрасту, а визуально: по вторичных половым признакам.
— Но человек в таком возрасте еще психически не готов! — возразила Юн Чун.
— Если ему не давать в это играть, то он никогда не будет готов, — ответил Керк, — ни в каком возрасте. И секс сольется с хроническим неврозом. Европейская педагогика, это превращения детей в untermensches, в управляемых и безвольных недочеловеков.
— Керк, на счет untermensches, это тебя занесло, — заметила Фрис.
— Нет, гло, — он покачал головой, — Это не меня занесло. Это европейцев занесло. Если полноценным людям прикажут собраться в 2 стада по миллиону, взять пушки и начать убивать друг друга, то они выполнят? Европейцы каждый раз выполняют, ты знаешь.
— Мы, шведы, с момента Парламентской революции 1933 года забили на это говно!
— Я знаю, — ответил он, — Но давай ты сама скажешь: у вас нет этой проблемы?
— Есть, — сказала она, — Но далеко не в той степени, как ты говоришь.
— ОК, меня занесло. Горячая исландская кровь. Типа, извини.
Фрис хлопнула его ладонью по плечу.
— Ладно. Обижаться на исландских дикарей? Вот еще, не хватало…
— Юн, а в Туманности Андромеды, со скольких лет люди be–friend? – встряла Пума.
— Дружат? — китаянка улыбнулась, — С самого детства. Это же здорово, верно?
— Здорово! — согласилась африканка, — Мальчики и девочки вместе, не отдельно?
— Да… — несколько менее уверенно ответила Юн Чун.
— А с какого возраста они вместе do–job?
— По Ефремову, как можно раньше. Ответственный труд в команде развивает людей.
Пума серьезно кивнула, подняла вверх обе ладони, подвигала пальцами и пояснила:
— Мальчики и девочки, подростки do–job вместе. Друзья. Одна команда. Сделали ОК. Поели. Отдохнули. Поиграли в мяч. Потом стали make–love. Их будут за это ругать?
— Ну… — Юн Чун замялась, — А почему они занялись сексом, а не чем–то другим?
— Другое, которое do–job, уже ОК, — напомнила Пума, — Так их будут ругать за секс?
— Нет, но… Как тебе объяснить?
— У них с этим проблемы? – предположила африканка, — disfunction?
— Нет… Но они воспитаны так, что….
— Знаю, — перебила Пума, — Их учили: бог из книжки миссионера накажет за make–love.
— Нет! Ничего подобного!
— Тогда объясни. Я не понимаю.
Китаянка вздохнула и задумалась в поисках достойного ответа.
В этот момент, Олаф, выпучив глаза и тыкая пальцем куда–то вперед, воскликнул:
— Vilken jevla skitstovel fur helvette!
— По ходу, это не чертов сапог с говном, — ответил ему Рон, — по ходу, это «Наутилус».
Объект, удививший шведа, представлял собой огромный шлейф тонкой водяной пыли, белое, радужно–блестящее облако веретенообразной формы, вытянувшееся прямо над морем на милю с юга на север. Только потом стало возможным рассмотреть маленькое сине–зеленое пятнышко, почти сливающееся по цвету с поверхностью воды. Керк чуть повернул штурвал и «InCub» стал плавно разворачиваться влево, к югу, ложась на курс, параллельный курсу «Наутилуса». Еще немного, и стал виден сам атомный крейсер. Он был похож на огромную перевернутую ложку, роль черенка для которой выполнял тот длинный шлейф тумана, который вылетал из–под корпуса. Солнце клонилось к закату, поэтому справа от крейсера по волнам бежала его гигантская тень, и было видно, что корабль не идет по морю, а скользит на высоте нескольких метров. Когда курс флайки совпал с курсом «Наутилуса», стала понятна скорость этого скольжения. На пилотском спидометре высвечивалось «219 knots / 405 km–h», и флайка очень медленно догоняла крейсер. Разница скоростей была узлов 10–15, не больше.