Скажи мне все

– Ты все сделал правильно.

– Я рад. – Он бросил на нее быстрый взгляд и занялся салфетками. Митч так тщательно сервировал стол, словно для него это было жизненно важным. – Что ты стоишь, Лилиан? Помогай. Достань хлеб, он вон в том шкафчике…

– Вообще-то это мой дом, – сварливо напомнила она, вытаскивая из шкафа хлеб в пластиковой упаковке.

– Прости.

– Не знала, что ты научился готовить.

– Готовить – это слишком сильно сказано. Садись… – Митч водрузил в середину стола керамическую вазочку с чайной розой на коротком стебле.

Лили удивленно приподняла брови.

– У нас что, праздник? – поинтересовалась она тусклым голосом.

– Можно и так сказать, – Митч схватил с разделочного стола прихватку и отвернулся к плите. – Садись, Лили, – снова настойчиво сказал он.

Она села, наблюдая, как он ловко выкладывает поджаристые кусочки на плоское блюдо, а потом украшает рыбу зеленью. Митч поставил блюдо на середину стола, открыл бутылку вина, снял и повесил на спинку стула полотенце. Сквозь полуприкрытые ресницы Лили наблюдала за ним.

– Почему ты так на меня смотришь? – не глядя на девушку, осведомился он, усаживаясь за стол напротив Лили. Голос его звучал глухо.

– Как?

Митч поднял голову, и их глаза встретились.

– Настороженно. Я совсем не опасен для тебя.

– Я придерживаюсь иного мнения…

– Ведь мы же друзья, Лили. – В голосе его прозвучали фальшивые нотки, и девушка поморщилась.

– Вряд ли нас можно назвать друзьями.

– Но мы можем все вернуть… Ведь мы можем, Лили?!

– Нет, Митч, не думаю, что это возможно. Нельзя войти в одну реку дважды…

– Тогда… Тогда мы можем построить что-нибудь другое, – тихо и упрямо сказал он.

Где построить? На пепелище? – хотела спросить она. Но почему-то не решилась.

– Ешь, а то все остынет, – сухо сказал Митч.

Она повиновалась, и некоторое время они молчали, делая вид, что поглощены едой. Лили бросила на Митча быстрый взгляд, который он перехватил.

– Хочешь что-то спросить?

– С чего ты взял?

– Помнится, раньше я всегда угадывал, о чем ты думаешь. Ну или почти всегда.

– Я этого не помню, – солгала она, но Митч не стал уличать ее в неискренности.

– Ты можешь спросить меня о чем угодно, Лилиан.

Она открыла рот, чтобы заявить, что не собирается этого делать, но вместо этого выпалила:

– В общем, ты не носишь кольцо, и я подумала… Ты развелся?

– Чтобы развестись, сначала нужно жениться.

– А разве ты не женился? – снова услышала она свой голос, прежде чем успела взять себя в руки.

Митч насупился.

– Тебе Саймон сказал? – после паузы поинтересовался он.

– Нет, мы не говорили о тебе.

– О моей… несостоявшейся женитьбе знал только Саймон, да и то вышло совершенно случайно.

– Наверное, все-таки не только он.

Митч молчал, продолжая с тем же задумчивым видом рассматривать Лили. Невольно занервничав, она отложила вилку и нож.

– Спасибо, все было очень вкусно, но…

– Знаю-знаю: мне уже пора… – Митч поднялся. – Ты меня проводишь?

– Да, конечно… – Лили тоже поднялась.

Она шла за ним на небольшом расстоянии. В дверях Митч замешкался, а потом повернулся к Лили. Их глаза встретились. И в этот момент время остановилось, а воздух загустел до состояния желе. Не в силах даже шевельнуться, девушка бессильно наблюдала, как Митч протягивает к ней руку. Но когда горячая и немного шершавая ладонь коснулась ее щеки, Лили показалось, что ее приподняла невидимая и могущественная сила и швырнула прямо в Митча. Он легко подхватил ее, стиснул в объятиях. Первое прикосновение его губ заставило Лили дернуться и глухо застонать. Ее глаза закрылись сами собой. А Митч только нежно водил губами по ее полураскрытым губам, заставляя вздрагивать от легких щекочущих прикосновений. Но этого ей было мало!

– Митч… – прошептала она.

– Открой глаза!

Ее веки дрогнули и поднялись.

– Вот так, – прошептал он, с тихим стоном впиваясь в ее рот и даря девушке поцелуй, о котором она мечтала.

Ничего не изменилось… И изменилось все! Она так же таяла от его поцелуев, но у них уже не было и не могло быть ничего общего… Кроме этой украденной сладости!

– Нет! – Она отшатнулась от него.

– Какого черта?! – прохрипел Митч, с трудом приходя в себя.

– Нет, это ошибка… – Лили с силой провела ладонью по губам, стирая след его поцелуя.

Митч сжал кулаки, но не сдвинулся с места. Его глаза загорелись мрачным огнем. Сейчас, как никогда, он был полон решимости распутать этот клубок. Он узнает все, и тогда… Он еще пока не знал, что будет «тогда». Митч резко распахнул дверь и вышел. Лили смотрела в темноту, только что поглотившую Митча. Ей едва хватило сил, чтобы запереть дверь и добраться до спальни.

17

Проснувшись утром, Лили первым делом подумала о горе грязной посуды. Она быстро приняла душ, оделась и отправилась в кухню. Но, к ее изумлению, там царила почти стерильная чистота. Неужели ночью у нее случился приступ странного лунатизма, во время которого она навела порядок?!

– Доброе утро. Как спалось? Хочешь позавтракать?

Митч!!!

– Почему ты здесь?

– А где мне еще быть? – делано удивился он.

– Это не смешно! У нас был уговор!

– А, ты об этом… Ну так я выполнил его. А утром снова приехал. Ведь у нас не было уговора, чтобы я больше не приезжал.

– Ну так будет! – неожиданно взорвалась она. – Мне надоело, что ты играешь словами, все оборачивая в свою пользу. Мне надоело, что ты лезешь в мою жизнь! Нравится тебе это или нет, но я еду к шерифу! – Лили выскочила из дома, с силой хлопнув дверью, и бросилась к машине.

Но она тщетно поворачивала ключ зажигания. Стартер даже не шелохнулся. Лили в отчаянии ударила ладонями по рулю, а потом устало уронила руки. Можно было из чистого упрямства настоять на своем, отправившись в город пешком. Если принимать во внимание упадок сил в ее измученном организме, то раньше вечера до места она не доберется. Если раньше не падет, как загнанная лошадь. Лили вернулась в дом и застала Митча в том же положении, что и десять минут назад. Лили посмотрела на невозмутимого мужчину. У нее не осталось сил даже на злость.

– Зачем ты это сделал, Митч?

Он и не подумал отпираться.

– Я нашел оптимальный выход из сложившейся ситуации.

– Выход? – переспросила Лили. – Какой выход? Из какой ситуации?

– Эта история тянется уже три года. Она не дает покою нам обоим. Я хочу выяснить отношения, покончить с прошлым. Но до сих пор это было совершенно невозможным, поскольку ты постоянно малодушно сбегаешь.

– Кто позволил тебе решать за меня?! – воскликнула она и невольно сжала кулаки.

– Этот прием иногда используют голливуд-ские режиссеры, – продолжил Митч, словно не слыша ее вопроса. – Ты не знала?

Лили молчала.

– Когда мужчина и женщина, играющие главные роли, не могут сработаться, их запирают где-нибудь… например, в трейлере. И выпускают, только когда они выяснят отношения. Выскажут претензии, выплеснут эмоции. Ну ты понимаешь…

– Нет, не понимаю, – начиная тихо свирепеть, процедила Лили. – Это не Голливуд, а мы не главные актеры! Поэтому я не хочу, чтобы ты применял тут свои… теории.

– Они не мои, я просто использую чужие наработки, – поправил Митч. – И хотя это действительно не Голливуд, проверенный способ, кажется, начинает действовать!

– Я не желаю быть подопытным кроликом! Как тебе в голову пришло, что я соглашусь на это безумство? Да ты просто… – Чувствуя, что ее заносит, Лили перевела дыхание и в этот момент услышала шум приближающегося автомобиля.

Это мог быть кто угодно: Клейтон или Джейкоб, решившие ее проведать, Брендон со своими вечными проблемами и вопросами или даже Фиби, возвратившаяся из гостей. В любом случае это было освобождение от тирании Митча! Но, выглянув в окно, Лили испытала страшное разочарование. Хью Эйкройд. А ему что здесь нужно?