Страница 10 из 68
Хэвиленд остановился, чтобы подождать Розлин. Она подравнялась с ним и застыла. Оба представляли поразительно красивую картину. Заходящее солнце превращало волосы девушки в золотое пламя, и бросало на ее нежное личико почти неземной отблеск.
У Дру перехватило дыхание. Сейчас он сознавал, что Хэвиленд, как всякий мужчина, тоже поражен и очарован. А будь он сам истинным джентльменом, немедленно ушел бы, чтобы не мешать романтическому свиданию.
И все же Дру не мог заставить себя отвернуться.
Немного запыхавшись от спешки, Розлин встала перед Хэвилендом и очень обрадовалась, когда граф одарил ее приветливой улыбкой.
– Я искал вас, чтобы попрощаться, мисс Розлин, но не смог найти.
– К сожалению, сегодня у меня много дел.
– Прошу вас, примите мою благодарность за чудесный вечер, – объявил он с безупречной учтивостью, достойной его положения, и склонился над ее рукой. – Должно быть, крайне нелегко устроить такой пышный праздник.
К собственной досаде, Розлин почувствовала, что краснеет.
– Я рада, что вы пришли, милорд.
– Я тоже. Жаль, что приходится уходить так рано, но мне через час нужно быть в Лондоне.
Розлин отчего-то немного обиделась, когда он выпустил ее руку.
– Кажется, вы говорили, что вас ждут родственники?
– Как ни обидно, но это так, – грустно усмехнулся граф. – Бабушка устраивает поэтический вечер, и потребовала моего присутствия. Я терпеть не могу литературные потуги графоманов, но вынужден согласиться. – Граф поколебался, задумчиво рассматривая ее, и наконец, спросил: – Очевидно, вас подобные светские обязанности не тяготят, поэтому не согласитесь ли мне помочь? Вам уже известно, что на следующей неделе я тоже устраиваю бал?
– Да. Мы с сестрами получили приглашения.
– Может, посоветуете мне, как лучше все устроить? Весь свет, включая моих августейших родственников, ожидает моего провала. И мне очень хотелось бы доказать, что они не правы.
– Буду счастлива сделать все, что смогу, милорд.
– В таком случае до завтра, мисс Розлин, – снова поклонился Хэвиленд.
Девушка с улыбкой наблюдала, как он сбежал с террасы и направился к своему дому. Ей хотелось обхватить себя руками и беззаботно закружиться, выплескивая радость. Ничего, она поможет мятежному лорду Хэвиленду посрамить своих хулителей!
Все еще улыбаясь, она направилась к входу в зал, но случайно бросила взгляд на боковую дверь и застыла. Там, в тени, стоял герцог Арден, небрежно прислонившись к косяку.
Улыбка Розлин мгновенно померкла.
– И долго вы подсматриваете за мной, ваша светлость?
– Достаточно долго, чтобы стать свидетелем вашего свидания с Хэвилендом. Я видел, как вы последовали за ним, и мне стало любопытно: заранее вы назначили встречу, или это вышло случайно?
Розлин надменно вздернула подбородок.
– Вам никто не говорил, что истинному джентльмену не к лицу подслушивать и подсматривать?
– А вам никто не объяснял, что истинной леди не к лицу гоняться за джентльменом? – Выступив из тени, Арден с сожалением прищелкнул языком. – Столь непристойное поведение! Я думал о вас лучше, мисс Розлин.
Его сардоническая ухмылка бесила Розлин, но она все же умудрилась сладко улыбнуться:
– Если вы подслушали наш разговор, значит, знаете, что никакого свидания не было. Я просто хотела попрощаться с другом, прежде чем он уйдет.
– А мне показалось, что Хэвиленд больше, чем просто друг.
– Он также наш ближайший сосед и человек, которого я уважаю и которым восхищаюсь, – холодно объяснила она, хотя не понимала, с чего это должна оправдываться перед этим наглецом.
– И вы намерены помочь ему устроить бал?
– Конечно!
Арден надвинулся на нее, и Розлин очень захотелось отступить, но она решила держаться до конца.
– Если я могу применить свои таланты, чтобы дать ему несколько советов, значит, так и будет. В молодости Хэвиленд покинул дом, в поисках приключений, и семья так его и не простила. Да и теперь его не принимают в высших кругах, но он пытается исправить положение и выполнить обязательства, накладываемые на него титулом.
– Вы, кажется, стремитесь завоевать его расположение, – протянул Арден.
– Возможно, – легко согласилась Розлин, – и что из этого? Я уже говорила, ваша светлость, что мои дела вас не касаются.
– Если не считать истории с тем балом, две недели назад, – возразил он. – Я все еще жду объяснений.
Розлин сразу вспомнила угрозу герцога все рассказать Маркусу.
– В обычных обстоятельствах, – продолжал Арден, – ваша неосмотрительность меня бы не беспокоила. Но в этом случае пришлось бы многим поплатиться, если бы нас застали вместе. И мне пришлось бы жениться на вас, чтобы загладить вину.
Розлин широко распахнула глаза, но тут же прищурилась и понимающе кивнула:
– Так вот почему вы так злы на меня! Боялись, что придется идти к алтарю?!
– В общем, да, – сухо усмехнулся он. – Я хотел, чтобы вы стали моей содержанкой, милочка. Жена – это совсем другое дело.
Розлин невольно улыбнулась.
– И все же вряд ли только я заслуживаю осуждения, ваша светлость. Насколько я припоминаю, именно вы предложили мне денег. Я вовсе не искала вашего внимания.
– Вы должны были остановить меня до того, как я вас поцеловал.
– А вы должны были поверить в мою искренность, когда я отклонила предложение стать вашей любовницей.
Губы Ардена дернулись:
– Полагаю, я должен просить у вас прошения.
Ее улыбка была исполнена сожаления.
– Конечно, вы были вправе посчитать меня женщиной легкого поведения.
– Естественно, – сухо бросил Арден. – Тем более что ежегодный бал поклонников Киприды устраивается специально с целью проведения подобных переговоров между куртизанками и их возможными покровителями. К тому же я увидел вас в обществе Фанни Ирвин. И поверьте, никак не ожидал обнаружить столь девственную невинность.
– Слава Богу, ничего страшного не произошло, так что можете поздравить себя с благополучным исходом. Вы в полной безопасности.
– А вам не приходило в голову, что я могу заботиться о вашей безопасности?
– Нет, – удивилась Розлин. – С чего бы это?
– Вы рисковали своей репутацией и, возможно, честью. Что, если кому-нибудь действительно пришло бы в голову взять вас силой? Будь я человеком, который не слушает отказов и просьб, вы могли бы потерять невинность!
– Уверяю, ваша светлость, я усвоила урок.
Розлин задумалась. Если герцог поймет, почему она поехала на тот бал…
Она глубоко вздохнула, готовая к откровенному объяснению.
– Если хотите знать, я просила Фанни сопровождать меня на бал, чтобы понаблюдать, как она ведет себя с покровителями. У нее блистательный талант влюблять в себя мужчин, и я надеялась выведать ее секреты. – Увидев изумленно-скептический взгляд герцога, которого, не без оснований считала надменным и высокомерным, она покраснела от смущения, но смело продолжала: – Видите ли, я хочу, чтобы будущий муж влюбился в меня, а лучший способ добиться этого – наблюдать за куртизанками.
– Боюсь, я не понимаю, – медленно произнес герцог.
– Но должны же вы признать, что джентльмены влюбляются в любовниц куда чаще, чем в законных жен!
– Не стану оспаривать, но что из того?
– Я часто задавалась вопросом, почему так бывает. Каким образом женщины, подобные Фанни, пробуждают страсть в мужчинах? Должно быть, они наделены неким важным знанием, которое не дано благородным дамам. Знанием, которое Фанни обещала передать мне.
Арден потрясенно уставился на нее.
– Значит, вы замышляете поймать мужчину.
Розлин даже растерялась от его презрительного тона.
– Я хочу найти любовь в браке, – поправила она, – и вовсе не собираюсь ловить мужа.
– И, полагаю, вы уже наметили в мужья Хэвиленда?
– Ну… да… – призналась Розлин.
– Итак, вы намереваетесь поставить ему капкан. Весьма бесчувственно с вашей стороны. Подумать только, а ведь я считал вас невинной. Не расчетливой интриганкой.