Страница 4 из 45
Мысленно сказав себе, что своё завсегда сумею найти и возвернуть, я приблизился к решётке и почесал изогнутым концом фомки за ухом. Дерево было старым, но отнюдь не трухлявым. Время, казалось, его только закалило. Хмыкнув, я прошёл сквозь решётку и, шлёпая босыми ногами по полу, направился в сторону ближайшей бочки, поигрывая монтировкой.
Подобрался к цели вплотную, поддел крышку инструментом, резко нажал. Крышка поддалась легко и, откинув её, я, сложив руки лодочкой, зачерпнул заветную влагу. Винцо оказалось слабеньким и немного кисловатым, но это не важно - бедное горло требовало срочного вливания жидкости. Если бы выбор зависел от меня, я бы ублажил его пивком, но, как говориться, за неимением… Не чай, и на том спасибо.
Вволю напившись, я утёр рот рукавом и громко выдохнул.
- Эй, друг, как ты выбрался? - Донесся из занятой камеры удивлённый возглас. - Слушай, дай попить! Мне кроме дурацкого чая и риса сюда ничего не носят!
Я сочувственно покачал головой.
- Да, от чая ничего хорошего не жди, - подойдя к решётке и тщетно пытаясь разглядеть своего собеседника, протянул я. - За что лямку тянешь, любезный? Спёр чего, али сдушегубствовал?
- Если бы, - вздохнули за решёткой, - за любовь сижу.
- Что, насильник?
- Да какой я тебе насильник?! - Взвился субъект. - Я жертва обстоятельств! Ну, подумаешь, на меня девка здешнего хозяина запала! Я же ничего такого не хотел! Да и не успел, если быть точным! Как через стену перебрался - сразу сцапали, будто ждали!
- И теперь сидишь, значит? - Хмыкнул я.
- Сидеть мне недолго осталось, - обречённо донеслось из камеры. - Обещались на днях меня того…
- Через что?
- Что через что?
- Ну того, через что? Вешать будут или башку рубить?
- Резать.
- Вены?
- Хуже - хозяйство.
- Так тебя кастрировать собрались?!
- Ага. Говорят, блудником меньше будет. - Мрачно усмехнулся заключенный и тут же сорвался на крик:
- А я не блудник! Я просто мимо проходил, а тут эта своими прелестями трясёт да глазки строит! Вот я и повёлся!
- То есть, ты не местный, - заключил я.
- Я путешествую с Великой Миссией! - Высокопарно произнёс узник.
- Представь себе, я тоже, - пробормотал я, после чего запустил руку через решётку, ухватил своего собеседника предположительно за рукав и перетащил прямо сквозь деревянные планки.
Паренёк лет шестнадцати еле удержался на ногах от моего рывка. Его довольно смазливое лицо, с хитрющими узкими зенками и следами недавних побоев, выглядело донельзя ошарашенным. Длинные чёрные волосы были собраны на затылке в растрепавшийся пучок. Одет же он был в тёмно-синий короткий халат с рукавами, перехваченный широким жёлтым поясом, серые мешковатые штаны до колен и популярные здесь деревянные сандалии.
- Ч-что ты сейчас сделал? - Нервно заозиравшись по сторонам, спросил он.
- Ну, ты ведь сам попить просил, а никакой подходящей ёмкости, чтобы её в твою клетку протиснуть я здесь не наблюдаю.
- Да, точно, - с интересом разглядывая меня, кивнул он.
Затем, видимо налюбовавшись моей персоной, он кинулся к бочонку и опустил в него голову. В этой позе он простоял не менее двух минут, и я начал опасаться, не утоп ли он там на радостях, но при моём приближении он вынырнул и громко втянул в себя воздух. Постоял, отдышался, после чего снова повернулся ко мне.
- Ты чародей! - Обвиняюще тыкнув в меня пальцем, произнёс он.
- Что так заметно? - Притворно ужаснулся я.
- Как ты сюда попал? Ведь всем замеченным в чародействе запрещено попирать своими ногами земли Повелителя Драконов!
- Это почему запрещено? - Возмутился я.
- Понятия не имею, - пожал плечами малолетний узник. - Несколько лет назад вышел указ, гласящий, что все чародеи, обнаруженные в Краю Драконов, должны быть схвачены и переданы местным мандаринам.
- Кому-кому? - Переспросил я, полагая, что не расслышал.
- Мандаринам. Это высшие чиновники Повелителя Драконов! И что они с ними делают никому не известно.
Значит, меня схватили, чтобы передать каким-то там мандаринам. Что-то нынешнее путешествие у меня с самого начала не заладилось. Сначала недолёт этот, потом оказывается, что здесь магов не жалуют, причём, как я понял, всех без исключения, вне зависимости от цветовой принадлежности. Эх, дикая страна - дикие нравы!
- А сам то ты, жертва любви, кто будешь?
Прежде чем ответить, паренёк поднял подбородок и расправил плечи. Внушительнее выглядеть он не стал, но представился, видимо, по всем правилам местного этикета:
- Я монах из храма Грозовых Туч Ёсай Цинбо приветствую тебя э-э… чужеземец!
- Эзи. Странник Эзи.
- Необычное у тебя имя. Я на твоём месте не стал бы себя так называть
- Оно с древнего диалекта переводится как перезрелый плод. - Уловив мой непонимающий взгляд, объяснил Ёсай.
- Действительно? - Недоверчиво хмыкнул я.
На старо луазском, моё сокращённое имя обозначало горе. А полное (Эзенгрин то бишь) - горе врагам моим. У папаши было чудное чувство юмора! Слава предкам, старо луазский вот уже пару тысяч лет, как мёртвый язык.
- Что теперь будем делать? - Спросил монах.
На монаха, как раз, он был похож меньше всего - его роже критически не хватало смирения и одухотворённости.
- А что теперь? - Пожал плечами я. - Я пойду по своим делам, а ты к себе в клетку возвращайся. У тебя, вон, скоро серьёзная операция намечается.
- То есть как? - Опешил Ёсай.
- А в чём дело? - Невинно поинтересовался я. - Ты пить просил? Я тебя напоил? Чего тебе ещё надо?
- Но мой… - Монашек залился румянцем, прикрыв ладонями пах. - Ты не можешь меня здесь оставить!
- Ты думаешь?
- Разумеется! Без меня, у тебя никаких шансов отсюда выбраться!
- Я выбрался из клетки. Остальное - тоже не проблема.
Ёсай ненадолго задумался, а затем на его физиономии появилась плутоватая ухмылка.
- Тебе ведь что-то у нас нужно, не так ли? Думаешь, сможешь спокойно путешествовать по этой земле, не зная местных законов, обычаев и правил?
- Никогда подобной ерундой не интересовался, - усмехнулся я.
Конечно же, я слукавил. Управляя страной такими вещами просто невозможно не интересоваться, но тогда я был как бы по ту сторону всех законов и правил. Сейчас же, проводник из местных мне действительно мог пригодиться.
- Да и какая от тебя может быть польза? Ты же, небось, и страны то не знаешь.
- Это я не знаю?! - Возмутился Ёсай.
- Ну… ты ведь монах. Разве вам не положено сидеть в своём монастыре, молиться и думать о всяком возвышенном?
- Я странствующий монах! Мне положено бродить всюду в поисках Истины! Это моя Великая Миссия!
- Неужели? - Я недоверчиво покосился на потрёпанного паренька. - И что это за Истина?
- Понятия не имею, - пожал плечами тот, - учитель сказал, что когда я её найду, то обязательно узнаю. Да и зачем мне понадобилось бы её искать, если бы она была всем известна?
- Логично. - Согласился я. - Значит, ты хочешь помочь мне в моём поиске?
- Конечно! - Засиял как свежеотчеканенный золотой, Ёсай. - А что ты ищешь? Тоже Истину?
- Нет, это было бы слишком невероятное совпадение. Мне нужно повидать одного местного гуру.
-Я знаю многих гуру! - С энтузиазмом подхватил монашек. - Сам с некоторыми знаком, который тебе нужен?
Похоже, чтобы избежать позорной экзекуции, парень был готов на всё. Ну… если не на всё, то на многое. Что и говорить, причина более чем объективная. Не люблю людей набивающихся в спутники, по каким то своим малопонятным целям. Нет к таким доверия, потому нет и спокойствия - приходится постоянно следить, кабы не отчебучили чего за спиной. А это очень отвлекает от основной задачи!
- Его зовут Сяо.
- Сяо? - Удивлённо переспросил Ёсай и надолго задумался. - Нет, это невозможно, - наконец заявил он, - я кое-что слышал о Сяо, но он фигурировал только в старых легендах! Это не настоящий человек, а всего лишь миф!