Страница 55 из 91
Дмитрий Иванович, твёрдо убеждённый в том, что экономическое благосостояние России невозможно без развития всех отраслей промышленности, не раз развивал свой взгляд на значение для промышленности "массового производства", - приёмы же такого производства, чем оно шире и чем изделие сложнее, требует тем большей точности в изготовлении отдельных частей - отсюда необходимость точных калибров, точной резьбы винтов и т.д. Всё же это связано с методами точного измерения.
Тогда зарождалась электротехника, и электроизмерительные приборы получали торговое и промышленное значение. Для них необходима была такая же выверка, такой же надзор, такое установление точных эталонов, как и для всяких иных торговых мер.
Дмитрий Иванович разъяснял иногда и разницу работы исследовательской и научной лаборатории и работы метрологической. В лаборатории главная забота - открыть, подметить новый факт, новое явление, установить сперва лишь так сказать нагрубо его законы. Задача же метрологии - довести до высшей степени точности и совершенства необходимые методы измерений и измерить неизменные физические постоянные, входящие в упомянутые законы...» («Собрание трудов академика А.Н.Крылова», т.1, ч.1, Издательство Академии Наук СССР, М.-Л., 1951).
В 1901 году А.Н.Крылов получил предложение адмирала С.О.Макарова принять участие в полярном плавании ледокола «Ермак», после чего Крылов обратился к Менделееву и получил от последнего точные приборы, необходимые Крылову для «магнитных наблюдений» во время плавания.
Чтобы воспользоваться этой возможностью проведения натурных испытаний, А.Н.Крылову пришлось подать специальный рапорт в Морской технический комитет, «чтобы участие в экспедиции "Ермака"» рассматривалось не как отпуск, а как служебная командировка, направленная на решение задач кораблестроения.
В своих «Воспоминаниях» А.Н.Крылов писал: «31 марта (12 апреля) 1904 г. броненосец «Петропавловск» под флагом командующего флотом вице-адмирала Макарова подорвался на мине заграждения, произошла детонация или мин, или пороховых погребов, и броненосец потонул, опрокинувшись при этом. Адмирал Макаров погиб. Распространился слух, что эта гибель была мною предсказана, но что не были приняты указанные мною меры к её предотвращению. Этот слух, как обыкновенно бывает, не имел под собою оснований — повреждения броненоща от детонации пороха были так велики, что никакими мерами спасти его было невозможно».
Н.В.Скритский («Самые знаменитые кораблестроители России», М., «Вече», 2002) отмечает: «После гибели Макарова Крылов выступал с лекциями о его деятельности, писал статьи, отмечая заслуги моряка перед отечеством, обвинил в печати Морское ведомство в том, что оно не использовало предложенных средств для увеличения живучести кораблей.
В частности, на основе идей Макарова Крылов ещё в 1902 году предложил ряд мероприятий для выравнивания крена судна, получившего пробоину. Задолго до русско-японской войны Крылов подготовил таблицы непотопляемости, позволяющие определить, какие отсеки необходимо заполнять, чтобы уменьшить крен в случае данного повреждения. Однако ни таблицы, ни другие предложения Макарова и Крылова о необходимых изменениях в конструкции кораблей не были приняты своевременно, хотя Крылов и представил свои таблицы как председателю Морского технического комитета, так и командованию флота в Порт-Артуре ещё в 1903 году».
Океанограф и полярный исследователь, вице-адмирал (с 1896 года) Степан Осипович Макаров выступал (вместе с Д.И.Менделеевым и А.И.Воейковым) за осуществление мечты М.И.Ломоносова об использовании Россией Северного морского пути. С этой целью им был представлен проект, по которому был построен первый в мире ледокол «Ермак» и на нём совершён первый ледовый поход к Шпицбергену и Новой Земле.
С деятельностью Степана Осиповича Макарова будущий академик А.Н.Крылов был знаком до мельчайших подробностей, и вся работа последнего в области непотопляемости корабля проистекала на основе, заложенной Макаровым, о чём сам Крылов говорил неоднократно. Один из своих докладов по теории непотопляемости судов А.Н.Крылов заключил словами: «Всё, что я вам здесь изложил, принадлежит не мне, а целиком взято из ряда статей "Морского сборника", охватывающих 30 лет.. .Его превосходительство Степан Осипович — вот кто истинный основатель учения о непотопляемости судов».
В архиве академика А.Н.Крылова сохранилось 26 его писем С.О.Макарову и 22 письма Макарова Крылову.
1 января 1900 года А.Н.Крылов был назначен заведующим опытовым бассейном, в этот же день вице-адмирал С.О.Макаров был назначен главным командиром Кронштадтского порта и военным губернатором г.Кронштадта. По случаю назначения Крылова заведующим Бассейном адмирал Макаров в письме на его имя отмечал: «Вы в это живое дело внесёте правильное основание, и работы Бассейна потеряют их теперешний случайный характер... Желаю вам полного успеха во всём, прошу верить моему глубокому уважению».
Уже через две недели после этих назначений Макаров посетил Бассейн и предложил провести в нём испытания модели ледокола «Ермак» для получения зависимости между углом дифферента модели и приложенной вертикальной силой.
В этом бассейне Крылов и Макаров провели множество экспериментов с моделями различных кораблей.
В 1901 году Крылов «по предложению адмирала С.О.Макарова» участвовал в рейсе «Ермака», научным итогом которого стала книга «Ермак во льдах». Готовя к печати эту книгу, С.О.Макаров обращался по каждому возникающему у него в связи с этим трудом вопросу к научному авторитету А.Н.Крылова. Книга эта была подарена Д.И.Менделееву.
Академику А.Н.Крылову принадлежит также заслуга создания теории судоподъёма, то есть нового раздела теории корабля, объектом которой являются затонувшие суда. Толчком к созданию теории судоподъёма явилась гибель в Севастопольской бухте линейного корабля «Императрица Мария» в октябре 1916 года, позднее А.Н.Крыловым была сформулирована общая теория судоподъёма, которая легла в основу деятельности ЭПРОН (экспедиции подводных работ особого назначения).
Эта организация была создана при ОГПУ уже в советское время в 1923 году для подъёма затонувших судов и выполнения аварийно-спасательных работ, но эта служба вела свою историю от Кронштадтской водолазной школы, основанной в 1882 году.
А.Н.Крылов получил приглашение возглавить эту спасательную службу, но в ответном письме, сославшись на своё частое отсутствие в связи с зарубежными командировками, он согласился быть постоянным консультантом этой службы.
За исключительные заслуги в подъёме затонувших кораблей и судов на Чёрном и Азовском морях ЭПРОН в 1929 году был награждён орденом Трудового Красного Знамени.
В начале Великой Отечественной войны ЭПРОН был передан ВМФ, затем преобразован в аварийно-спасательную службу ВМФ. Она за годы войны оказала помощь 745 судам, сняла с мели 840, подняла 1920 кораблей, судов и катеров общим водоизмещением свыше 1 миллиона тонн (см. Малую Советскую Энциклопедию и Военный Энциклопедический Словарь).
Эта деятельность была возобновлена в наше время, когда для консервации ядерного реактора затонувшей на большой глубине подводной лодки «Комсомолец» была создана специальная глубоководная служба, которая после выполнения работ была подчинена Министерству по чрезвычайным ситуациям, а последствия этого решения ныне видны. Необходимость же существования подобных служб на всех флотах России особенно ярко проявилась в дни трагедии подводной лодки «Курск», члены экипажа которой остались без помощи.