Страница 98 из 124
И хотя известно, что Орлов обладал неплохими журналистскими задатками, такая исключительная продуманность и осторожность содержания статей и книги оставляют впечатление тщательной заблаговременной работы, тем более что любые, очень осторожные выражения на английском языке связаны с очень тонким знанием самого языка. Орлов, в отличие от Кривицкого, английский язык знал, но не настолько, чтобы столь густо пересыпать текст своих статей и книги слишком осторожными выражениями на английском языке, которые, подчеркиваю, требуют глубокого знания самого языка. В таком случае сразу же возникает вопрос — а с какой стати Орлов заблаговременно уселся писать свои мемуары и на каком таком основании он был уверен: а) в том, что их непременно опубликуют; б) в том, что такой выход из тени нелегальщины ни к каким серьезным последствиям не приведет? Кто вдохновил его, в общем-то очень осторожного профессионала, на такие вызывающие «подвиги»?
Как это ни парадоксально прозвучит, но истинное направление поиска указывает наименее интересная и наиболее неточная глава его книги, которая была посвящена «делу Тухачевского». Особенно же заключение этой главы, в котором он написал загадочную по состоянию на 1953 г. фразу: «Когда станут известны все факты, связанные с делом Тухачевского, мир поймет: Сталин знал, что делает».
Указывает, потому как если сопоставить с тем, что он же опубликовал уже 23 апреля 1956 г., то на естественный в таком случае вопрос о том, «кто и что предопределили, что настал тот момент, когда должны стать известными все факты, связанные с делом Тухачевского», ответ оказывается автоматически предопределен: претворявшая в жизнь предначертания плана «Операция Лиотэ» британская разведка!
Таким образом, Орлов, хотя и крайне осторожно, но и в статьях, и в книге «Тайная история сталинских преступлений», а также в 1956 г. в статье от 23 апреля как минимум дважды признал, что военно-политический заговор во главе с Тухачевским действительно существовал.
Судьба тебя халвою угощает?
Не ешь: смертельный яд в халве у ней!
Чего ради понадобилось британской разведке в канун третьего тысячелетия доказывать и так очевидное, тем более вонючим пером какого-то беглого предателя по фамилии Резун, он же «Виктор Суворов».
Впрочем, что хотели — понятно, и чуть ниже подробно расскажем. Британская разведка настолько вошла «в тему» под названием «дело Тухачевского», что вечно желая как лучше для себя, в итоге делает как всегда. Это о книжонке Резуна «Очищение», где он лихо, с помощью британской разведки, четко и ясно показал, что же ей было точно известно об истинном характере взаимоотношений Тухачевского с германским рейхсвером.
Сначала несколько слов об очередной «продукции фабрики МИ-6 по производству авторов пропагандистских легенд имени маршала Лиотэ».
Перебегая к англичанам, этот незаслуженно широко известный под псевдонимом Виктор Суворов («победитель победителя»?) В. Б. Резун, судя по всему, до сих пор не слишком и осознает, сколь же мерзко судьба обошлась с ним. Факт предательства и побега к англичанам — это «всасывание», т. е. первая фаза операции «Виктор Суворов» в рамках «Операция Лиотэ». Затем Резуна «отдистиллировали», т. е. напрочь отшибли способность самостоятельно, без заботливо подсовываемых ему из МИ-6 тезисов мыслить и анализировать, доведя его тем самым до степени хорошей дрессированности. Ну а затем, как указано в плане «Операция Лиотэ», наступает финальная стадия — «излияние», и всему миру был явлен «излитый» из Управления психологической войны МИ-6 некто «Виктор Суворов».
Пускай и с серьезным опозданием, но мы обязаны честно признать, что в главном операция «Виктор Суворов», осуществлявшаяся МИ-6 в рамках глобального плана «Операция Лиотэ», англичанам удалась. Судя по всему, они заблаговременно знали о весьма специфическом интересе «Суворова» к определенной исторической теме — обстоятельства начала Второй мировой войны XX века, о его увлечении коллекционированием книг по этой тематике, а также об уже имевших место в его сознании попытках «переосмысления ряда общеизвестных фактов с нетрадиционных позиций». К сожалению, «кротов» в ТРУ, да и не только там, у западных спецслужб хватало, особенно у ЦРУ и МИ-6.
И потому отнюдь не случайно, что разработку будущего «Виктора Суворова» с британской стороны вел «журналист», аккредитованный в Женеве (Резун тогда работал в составе Женевской резидентуры ТРУ) как корреспондент британского военно-технического журнала. У многих разведок мира журналистская «крыша» — излюбленный вариант прикрытия для своих сотрудников, но у МИ-6 эта черта доведена едва ли не до гипертрофированности. Понадобился будущий «Суворов» МИ-6 не как секретоноситель — по своему рангу он мало что мог рассказать: от силы с десяток агентов сдать да рассказать о ТРУ, его системе и методах работы. Этим он вряд ли удивил бы ту же МИ-6. Цель, ради которой был спровоцирован его побег, указана прямо в преамбуле плана «Операция Лиотэ» — заблаговременная организация работы на дальнюю перспективу.
Дело в том, что к 1978 г., когда будущий «Суворов», а тогда Владимир Богданович Резун, бежал в Англию, в высшем эшелоне руководства британской разведки вызрел план решающего геополитического сражения со столь ненавистной всему Западу, а Великобритании особенно, Россией. Как уже говорилось, британская разведка, точь-в-точь копируя «почерк» внешней политики самой Великобритании, традиционно делающей ставку на принцип «Wait and See» («Выжидай и смотри»), самым что ни на есть естественнейшим образом копирует этот же принцип и в своей практической деятельности. Тем более что на то был прямой заказ правящей элиты Великобритании.
Эти был план многоцелевой, многоходовой, долговременной стратегической операции влияния планетарно-цивилизационного уровня: тотальным и всепроникащим влиянием на мировое общественное сознание, особенно в Европе, прежде всего в Восточной (в т. ч. и СССР), основанным на сфальсифицированном «переосмыслении» природы происхождения Второй мировой войны, осуществить глобальный пересмотр ее главных геополитических итогов, т. е. решений прежде всего Ялтинской конференции 1945 г., а также закрепившей их Потсдамской конференции того же года, решающим образом в пользу Запада при одновременном, столь же решающем, окончательном перекладывании всей исторической ответственности за ту невиданную в истории человечества кровавую бойню на СССР (а на самом-то деле на Россию), который, в том числе и по указанным причинам (плюс как коммунистическая угроза, а на самом деле из-за того самого «хартленда»), должен навсегда сгинуть с лица земли.
Принципиально идея не нова — Великобритания после каждой, ею же инспирированной войны пытается на кого-нибудь да спихнуть свою ответственность за эти преступления против человечества.
В XXвеке такое, естественно, имело место сразу же после Первой мировой войны. Однако, несмотря на все отчаянные попытки британских фальсификаторов, в т. ч. и из МИ-6 и их сообщников в других странах, ничего из этого не вышло, так как не было учтено одно наиважнейшее обстоятельство, о котором речь пойдет ниже.
В итоге «дискуссию» тогда на эту тему все-таки пришлось в целом прекратить, так как уже тогда было четко доказано, к тому же не российскими учеными-историками, а зарубежными, что ответственность за развязывание мировой бойни лежит целиком и полностью на кайзеровской Германии и лично на кайзере Вильгельме П. Однако самое интересное во всей той далекой истории то, что именно британские «историки в штатском» — профессиональные разведчики Роберт Уильям Сетон-Уотсон и Уикхэм Стид — собственноручно упрятали один из главнейших, прямо уличающих кайзера в развязывании войны документов в массе второстепенных документов архива германского МИДа, в отделе хранения с очень красноречивым для данного случая названием — «Оксфорд». Документ совершенно случайно был найден только в 60-х годах XX века.