Страница 83 из 124
Что же до того, как ее вынудили повторно пройти тот же антироссийский путь, то тут надо иметь в виду одну особенность британской дипломатии. Есть у нее одна многовековая, филигранно отточенная, но не перестающая от этого быть подлой «традиция». А именно: если на крутых переломах истории британская дипломатия начинает тоном Кассандры вещать о причинах будущих войн, как бы предупреждая все человечество о будущей опасности, но именно в эти же переломные времена подписывает важные международные документы, закрепляющие эту реальную опасность, как факт международных отношений на обозримый период будущего (лет 20–25), — это означает, что она уже спланировала новую войну, но столь же заранее готовит себе алиби, одновременно интернационализируя будущую ответственность за войну, т. е. растворяя свою личную в «интернациональной».
Ни одно государство мира не умеет так делать, причем до сих пор США, например, единственное, что могут, так это требовать международной резолюции, дающей право на бомбардировки Ирака или Югославии, — на большее у Белого дома ума просто не хватает. Но ведь только по факту, а не на перспективу. А вот Великобритания умеет это делать на перспективу, причем и дальнюю тоже. Совершенно сознательно следуя этой «традиции», в основе которой старый принцип Ф. Бэкона (что всегда надо иметь поводы для того, чтобы начать войну), еще 25 марта 1919 г. премьер-министр Великобритании Ллойд Джордж направил недавно открывшейся Версальской «мирной» конференции меморандум под названием «Некоторые соображения для сведения участников конференции перед тем, как будут выработаны окончательные условия». В нем, в частности, говорилось: «Вы можете лишить Германию ее колоний, превратить ее вооруженные силы в простую полицию, низвести ее военно-морской флот на уровень пятистепенной державы, однако, если в конце концов Германия почувствует, что с ней несправедливо обошлись при заключении мирного договора 1919 г., она найдет средства, чтобы добиться у своих победителей возмещения… Несправедливость и высокомерие, проявленные в час триумфа, никогда не будут забыты и прощены.
По этим соображениям я решительно выступаю против передачи большего количества немцев из Германии под власть других государств, и нужно воспрепятствовать этому, насколько это практически возможно.
Яне могу не усмотреть причину будущей войны в том, что германский народ, который проявил себя как одна из самых энергичных и сильных наций мира, будет окружен рядом небольших государств. Народы многих из них никогда раньше не могли создать стабильных правительств для самих себя, а теперь в каждое из этих государств попадет масса немцев, требующих воссоединения со своей Родиной» Это, между прочим, напрямую относилось к Чехословакии и Польше.
Меморандум завершается вполне категоричным выводом, что такая политика должна «рано или поздно привести к новой войне на востоке Европы».
Однако же если бы «британский лев» не подписал от имени Великобритании Версальский «мирный» договор, если бы он прямо сказал, что все именно так и было предусмотрено в опубликованном еще за 29 лет до его выступления Плане Перманентной мировой войны, а все версальские решения, между прочим, чуть ли не под копирку повторяли положения этого плана, особенно в части, касающейся Германии, если бы он признал тот факт, что еще только начиная Первую мировую войну Великобритания уже думала о Второй мировой войне, то тогда еще был бы хоть какой-нибудь шанс на то, чтобы ему поверить. Но Ллойд Джордж тогда всего этого не сказал и не признал — за всю свою жизнь он вообще всего лишь один раз проговорился о целях Плана Перманентной мировой войны, о главной его цели — когда, услышав давно ожидавшуюся им весть о свержении царя Николая II, радостно воскликнул: «Цель войны достигнута».
В итоге из тезисов его меморандума получились аргументы для будущей программы будущей нацистской партии, условия для возникновения которой также были подготовлены Великобританией задолго до начала даже Первой мировой войны. Естественно, что нацисты и особенно сам Гитлер не замедлили воспользоваться столь великолепно сформулированными самим британским премьер-министром тезисами. Более того, за все время своего существования в качестве фюрера сначала нацистской партии, а затем и Германии, Гитлер не смог выдумать ничего лучше, чем эти самые тезисы Ллойд Джорджа. Хуже того, Великобритания периодически подсказывала Гитлеру «новые повороты» в старых тезисах в поисках «немедленного исправления самых вопиющих несправедливостей» (слова лорда Ротермира. — A.M.). Но даже при таких обстоятельствах Гитлера хватало только на зондажные переговоры с Чехословакией, которые он пытался вести осенью 1936 г. и вплоть до начала февраля 1937 г. И вдруг, в начале февраля 1937 г. он взял да и прервал этот зондаж — якобы получив предупреждение из СССР о возможном скором смещении Сталина. Что же произошло в действительности, уже рассказано на предыдущих страницах этой книги.
Здесь особенно важно подчеркнуть — это самое «вдруг» в мгновение ока превращает «версию Шелленберга» в абсолютное ничто уже только в силу самого факта, что означает, что Адольф ничего не планировал, а соответственно, ничего не планировали и в нацистских спецслужбах.
Почему именно из этой «искры» должно было возгореться пожарище именно Англией ожидавшейся не позднее 1938 г. войны? Да потому, что при истекшем Договоре от 1926 г. о ненападении и нейтралитете между СССР и Германией СССР по-прежнему формально оставался связанным обязательством оказать военную помощь Чехословакии в соответствии с Договором от 1935 г. А Германия Гитлера свободна от обязательства не нападать на Советский Союз.
Кому же наиболее выгодно было бы сохранение живой германофильствующей высокопоставленной агентуры в высшей советской военной иерархии? Только Германии, потому что германский вермахт даже после захвата Чехословакии еще не был тем самым мобильным, вышколенным, прекрасно обученным и оснащенным вермахтом, который известен по истории Второй мировой войны. Тогда его могла раздавить даже чехословацкая армия, имевшая 42–45 дивизий, а уж при поддержке СССР от гитлеровской Германии ничего не осталось бы, даже мокрого места.
Кому же в таком случае особенно мешала эта германофильствующая высокопоставленная агентура? Только Великобритании (о резонах Сталина — разговор отдельный), потому что германофильствующая военная верхушка СССР (да еще и с потугами на «мировую революцию») плюс русофильствовавшая военная верхушка Германии стремились к военно-геополитическому альянсу Берлин — Москва на основе военных диктатур с немедленным подсоединением к нему Рима и особенно Токио. И тогда верная смерть как для самой Великобритании, так и для ее империи, и вообще для всего англосаксонского Запада. А если, как предполагали в Лондоне, к этому «квартету» подсоединятся еще Мадрид и Лиссабон (т. е. Франко и Салазар), то тогда практически мгновенная смерть. Потому как в сферу деятельности этого секстета диктатур попало бы практически 100 % основных морских и железнодорожных коммуникаций, связывавших метрополию с ее колониями, особенно в Азии, без которых Англия — всего лишь Туманный Альбион. И то обстоятельство, что не Гитлер, а министр иностранных дел Великобритании лорд Галифакс от имени своего государства выразил готовность присоединиться к разросшейся к тому моменту до тройственного союза Берлин — Рим — Токио оси, совершенно однозначно свидетельствует, что Галифакс использовал зеркальную копию основополагающего замысла «двойного-тройного» заговора. Все это означает, что в Лондоне полностью были в курсе истинных замыслов заговорщиков, иначе использование именно зеркальной копии было бы невозможно! Цель же была только одна — «доброй старой» Англии нужна была война, война на Востоке Европы, война между Германией и СССР. Но вот влезать в нее Великобритании не хотелось — не для того ведь Гитлера привели к власти. Поэтому-то прозорливый Сталин еще в 1935 г. при подписании Договора о взаимопомощи с Чехословакией статьей 2-й обусловил предоставление советской военной помощи Праге тем, что то же самое, но в опережение действий СССР сделает Франция, что, в свою очередь, автоматически означало, что в силу своих союзных с Францией отношений ей, Великобритании, придется также автоматически лезть в драку, причем на стороне СССР. Но этого-то Лондон и не хотел.