Страница 13 из 28
А, вот и ты, сынок! Похоже, ты мог бы ходить за картами до утра! И «Уайт рок» принес? Принес, ну-ну! Я уж и не надеялся. На, держи четвертак, можешь купить себе акцию «Дженерал Моторс», да выбери, какая получше.
Наконец-то, джентльмены, у нас новые карты, теперь, слава богу, можно приниматься за игру. Я только за одну минутку кончу анекдот, который нам рассказывал Мак Макмак. И вы увидите, что ради него стоило повременить с покером.
Я уже говорил, - что! вы поняли, в какой обстановке рассказывался анекдот,- что мы с Джо Минчином заседали в этом Комитете по Американизации, и я вижу, ему спор насчет противозачаточных средств надоел не меньше, чем мне. Подсел я к нему в уголок и говорю: «До чего же им нравится тянуть волынку! А по-моему, сказал свое мнение - и хватит».
«Ясное дело, - говорит. - Вот что, Лоу, а вы ведь, кажется, еще не видели мою хижину на озере Майшипагонтилакит, а?»
«Нет, - говорю, - не видел, но слышал, другой такой славной хижины нет во всем штате».
«Ну, - говорит,- может, это вы и хватили, но масса архитекторов и даже преподобный Элмер Гентри, который бывал за границей, - все находят, что она не так уж плоха. Вот что, Лоу, - говорит, - в следующую субботу я собираюсь отправиться туда на рыбалку, теперь уж тепло, а что, если и вам поехать с нами?»
Вот ведь какой это человек, м-р Минчин, богач, выколачивает, я в точности знаю, чистеньких шестьдесят, а то и семьдесят тысяч в год, а ведь такой простой, без претензий, и совсем не воображает, что он чем-то лучше нас с вами. Конечно, говорю, буду до смерти рад поехать, если только жена отпустит, - и вот я поехал с Джо и его компанией, хотя, должен признаться, жена подняла такую бучу, что ой-ой-ой.
Незачем перечислять, кто был еще в этой компании,- я ведь только расскажу вам анекдот, который слышал от Мака Макмака, и мы примемся опять за игру. Разве что упомянуть, - кроме Джо Минчина и меня, были там Верджил Гэнч, один из самых влиятельных бизнесменов Зенита, в его руках вся угольная и лесная промышленность, и он такой замечательный оратор, и Депью ле-Ви, адвокат, очень изысканный господин, окончил Сити-Колледж в Нью-Йорке, - одно с ним плохо, такой он имеет зуб на евреев, что хоть кому надоест своими разговорами о них, - и Мак Макмак -
Но если уж говорить о тонких штучках, так это одна из самых тонких.
Когда Мак еще только открыл свою контору, его коллеги называли себя «владельцами похоронных бюро», но с тех пор (в душе у Мака, всегда такого веселого и жизнерадостного, есть очень серьезные и идеалистические струны), с тех пор - он доказал мне это с помощью статистики - 51,7% из его коллег настаивают, чтоб их называли «организаторы последнего обряда».
И Мак первым в Зените стал строить изящные крематории - хотя нет, ведущие специалисты называют их, кажется, апартаменты для покойников. Я их видел - нет, слава богу, не потому, что в нашей маленькой семье стряслась какая-нибудь ужасная катастрофа: перед открытием Мак устроил прием, и мы убедились, до чего же все в таком месте может быть прелестно и в то же время удобно.
Послушайте, это была просто бонбоньерка! Какое утешение войти сюда бедной семье, которая хоронит любимца. Главная часовня похожа на элегантную гостиную в частном доме, большая комната с уютным камином и простыми, но милыми картинками - пейзажи, котята и тому подобное, много пальм, две канарейки в позолоченных клетках, большие мягкие кресла, две тахты, обитые парчой, - такие длинные, что на них можно растянуться, - хотя, конечно, спать в таком месте не захочется, - и маленький холл, где семья, которую постигла утрата, может сидеть почти в полном уединении; ей-богу, этот холл обставлен не хуже будуара, на столе свежие номера «Вог», «Уэстерн крисчен адвокат», «Хиропрактик», «Абрамс метод куотерли» и еще много серьезных, но интересных журналов и потом - трогательная вещь, это сам Мак придумал - аккуратная стопка носовых платков для родственников, совсем бесплатно.
И священник должен стоять в отгороженном уголке, вроде старинного портшеза, так кажется, их называли, а не говорить последнее слово об усопшем прямо у гроба, задевая чувства всех собравшихся. И гроб, с помощью небольшого контактного ролика, въезжает в часовню-гостиную словно по волшебству, сам; как объяснил мне Мак, это вызывает трепет и ощущение таинства.
Да, друзья, ничего не забыли, чтобы смягчить скорбь и усовершенствовать этот старый печальный обряд.
И уж поверьте, Мак устроил первоклассный прием в честь открытия этих апартаментов для покойников. Сначала мы осмотрели часовню и расписались в Книге посетителей - такой опрятный том в переплете из телячьей кожи, - и квартет ХАМЛ спел несколько подходящих песенок: «Куда ты от нас улетаешь, ласточка?» и «Поднимая бокал, посмотри мне в глаза». А потом преподобный Отто Хикенлупер из Центральной методистской церкви сделал несколько очень интересных и глубокомысленных замечаний о том, что наука и современная американская техника могут притупить неизбежную боль утраты, а потом подали апельсиновый шербет и французские пирожные разных сортов.
Первоклассно организованное дело, что ни говорите, и…
А расходы?
Мак сам мне сказал, что эти апартаменты для покойников окупились меньше чем за семнадцать месяцев!
Многие хотели взять на себя похороны преподобного д-ра Эффлина, которого убила служанка, но заказ получил Мак, хотя цены у него и выше: вдова оценила элегантность его часовни-гостиной. Вот как он поставил дело!
И наконец, в нашей компании был не кто-нибудь, а профессор Уиннемакского университета. Вот как!
Все мы, даже Джо Минчин, чувствовали, что он, пожалуй, на голову выше нас, но, господь с вами, посмотреть на него, так никогда не подумаешь - такой же простой, общительный, свойский парень, как любой из нас.
Этот профессор Барут, преподаватель промышленной социологии в Университете, никогда не читал лекций по старинке.
По его словам, он сам предложил, чтоб на лекции уходила только половина учебного времени, потому что у него предмет такой: ему надо показать студентам, что крупнейшие в Америке промышленные корпорации могут лучше маленьких фирм заботиться о рабочих, предотвращать несчастные случаи и справляться с анархистами и забастовками, - предмет, говорю, у него такой, что он живет душа в душу с управляющими больших предприятий: ему надо поддерживать с ними контакт и привлекать их к выступлениям в Университете.
Парень что надо. Член Ротарианского клуба и Американской Лиги Безопасности; состоял в Клане - пока тот не стал непопулярен, - и в ордене Лосей, и в обществе Чудаков и Телеграфистов, может спеть хорошую песенку или станцевать блэк-ботом, и, знаете, он один почти стоит всей этой университетской шайки старых ворчунов.
Да, сэр, он показал, каким современным и передовым может быть профессор. На вид это просто биржевой маклер!
Так мы все и собрались - Джо Минчин, профессор Барут, Верджил Гэнч, Мак Макмак, Депью ле-Ви, адвокат, и ваш покорный слуга, который благодарит вас за заказ и готов к услугам. Вот так мы и выбрались все вместе, и мне привелось услышать этот анекдот, который рассказал нам Мак, и я должен поскорей его кончить, чтоб мы могли опять взяться за игру.
Вот он, этот анекдот. Я уж сказал: если кто из вас, ребята, его слышал, остановите меня сразу.
Кажется, и англичанин, и ирландец, и еврей - все они были коммивояжеры или что-то в этом роде. Ну, кто б они там ни были, случилось так, что они плыли на пароходе по Тихому океану, произошло кораблекрушение, и их прибило к необитаемому острову. Когда эти трое ступили на берег, они увидели, что никто больше не спасся, кроме них и еще одной девушки, на которую они заглядывались на борту.
Знаете, никогда не забуду, как на нас посмотрел Мак, когда дошел до этого места.
Он не сказал ничего сального. Само собой, ведь у Мака похоронное бюро, и не пристало ему выражаться вульгарно, но этот парень - сущий комик по природе. Выступай он в водевилях, он бы сэра Гарри Лодера за пояс заткнул. Вы прямо-таки чувствовали - эти трое без ума от девушки -