Страница 77 из 137
Перезвездили. И отправили на святое дело. Кстати, по дороге Брандлер заскочил в Варшаву к польским коммунистам – похвастаться, мол, у нас настоящая революция будет! И так ему поляки в рот глядели, что
Брандлера понесло. И разошелся: а у нас 15 дивизий с оружием, 380 партизанских групп, 7 тысяч красных офицеров. Узнал бы Суворов, непременно самым крупным шрифтом на самом видном месте прописал про мощь коммунистов и коварство товарища Сталина.
Но когда Брандлер с московскими подарками приехал на родную неметчину, его ждал тяжелый удар. Злой генерал Мюллер в Саксонии привел войска в боеготовность и вероломно отправил их улицы патрулировать. И никакой революции. Брандлер рвет и мечет: я ж в
Москве товарищам обещал! Ладно. Созовем конференцию фабзавкомов – и объявим все… саксонскую забастовку. А там, авось, выльется во все… саксонскую революцию. А та в свою очередь выльется во всегерманскую. Авось. Но собранная конференция, во-первых, произошла в здании, как бы невзначай оцепленном правительственными войсками, а во-вторых, делегаты в такой нервозной обстановке сами не горели желанием бастовать и не приняли постановления даже о забастовке.
"Увы мне!" – возопил Брандлер и свернул всю революцию. Но не перевелись еще в Германии тупоголовые коммунисты. Из дальнего
Гамбурга вылез Тельман и сказал: "А я буржуев не боюсь!". И поднял своих подопечных на уличные бои. Провоевал три дня в октябре (с 23 по 25 включительно). С тех пор его долго не видели. Вот и все.
Революция Nо 2: вариант НСДАП. Осенью 1923 года баварские власти в лице комиссара Карла Густава и начальника баварского гарнизона повздорили с центральным правительством. Повздорили и решили обсудить свои баварские проблемы в пивной с боссами местной буржуазии и бюрократии. Вот об этой-то встрече и прознал Адольф
Гитлер со своей НСДАП. Он лично вломился с парой десятков штурмовиков в пивнушку, пальнул в воздух и объявил правительства
Баварии, а заодно и всей Германии, низложенными. Потом, отведя в соседнюю комнату Густава, кинулся к нему с предложением учинить революцию. Густав от Адольфа отбоярился и, наобещав с три короба, вышел вон, в ту же ночь развесив портреты фюрера с надписью "Их разыскивает…" на каждом перекрестке. Просидев в пивной до утра и так и не дождавшись Густава назад, Адольф с горя двинулся с демонстрацией своих соратников в центр города, но, повстречав полицию, был обстрелян из наганов и бежал, после чего всех их повязали. Вот и все.
Казалось бы, все просто: в стране свирепствует инфляция, Антанта вымогает репарации, правый путч Каппа еле-еле подавили в позапрошлом году, а следом прижали и отличившихся на его подавлении рабочих, посему коммунисты в конце октября хотели захватить власть в Саксонии и Тюрингии, двух областях на востоке Германии, где их позиции были наиболее сильны. У них это не получилось, да и стране такие переживания не понравились. Тем временем национал-социалист Адольф
Гитлер решил в начале ноября воспользоваться неспокойной после коммунистического облома ситуацией со своими корыстными целями, и под лозунгом "Замочу коммуняк", в Баварии, наиболее реакционной области, расположенной на юге Германии, вылез на свою авантюру порекламироваться. И тех, и других с изящной легкостью раздавил социал- демократ Эберт, после чего снова началась тишь да гладь да
Божья благодать.
Но если использовать суворовские пассажи о том, что все социалисты одним миром мазаны, то получается, что на самом деле все это был заговор социалистов и социалистов против-социалистов.
Держитесь, братие, то ли еще будет. С Суворовым не соскучишься.
Теперь он кричит, что "семьдесят лет Коммунистические историки нам говорили: это просто цепь странных необъяснимых совпадений. Бывает же такое: мы решили брать власть, и он решил. В один день. Ну ладно.
Пусть будет так. Поверим. Но был у меня хороший учитель – исполняющий обязанности резидента ГРУ в Женеве, матерый волк разведки Валерий Петрович Калинин… Так вот он меня учил: если совпадений больше двух…" (с.59-60) – сливай воду. Если учитель был хороший, значит с учеником ему крупно не повезло. Неважный ему достался ученичок. Прямо скажем – не ахти.
Где, где же здесь "совпадения"! К тому же "странные, необъяснимые"! И уж тем более "цепь"! И где обещанное "В один день"!
У КПГ – 25 октября, у НСДАП – 8 ноября. Где? А? Даже месяцы разные.
Не говоря уж о противоположных концах страны. И потом, где же "вы, и, наш бледно-лысый друг, нашли "коммунистических историков", несущих подобную чушь? На самом деле они как один, строго диалектически, утверждают, что социалистическая революция в Германии провалилась по причине слабой подготовленности, а на волне прокатившейся вслед за ее подавлением реакции и антикоммунизма произошло крайне правое выступление путчистов в Мюнхене. А вообще – очень ловкий прием: приписать оппоненту совершенно маразматическое высказывание и с грохотом по нему проехаться. Исключительно сталинистский, выученный Суворовым еще здесь, до предательства.
Молодец. Хвалю. Усвоил. А мораль сей басни такова: никакую реально могущую воплотиться в жизнь экспансию Советской России в первые годы ее существования Суворову доказать не удалось ‹А вообще экспансионизм был. Только уж слишком утопический.›: ни в 1918 году, когда воюющая на четырех – по числу сторон света
– фронтах Красная Армия должна была установить коммунизм в Европе; ни в 1919 году, когда бумажная индусская революция, с якобы почти уже брошенными на ее поддержку сорока миллионами красных конников, почти разразилась; ни в 1920 году, когда начался ужасающий поход против мировой цивилизации карманной орды Тухачевского, который имел наглость означенную цивилизацию в лице польской армии из России погнать; ни в
1923 году, когда рассеялись, как дым, розовые мечты Коминтерна о социалистической революции в Веймарской Германии.
И его построения не спасают ни сенсационные догадки о директиве из Москвы "Пивной путч разрешаю тчк Сталин", ни трогательные картинки поразившейся недюжинным Вовочкиным интеллектом "Анны
Ивановны".
Глава 4.
Что будет после передышки?
Чем больше в сочинении воды, тем оно глубже.
(Народ)
Снова материала катастрофически мало. Берем по пунктам.
1
Суворов авторитетно утверждает, что после провала политики военного коммунизма у ВКП(б) было "два пути: а) бесплодные попытки штурма продолжать; б) штурм прекратить, подписать перемирие, хорошо подготовиться и штурм повторить" (с.64). Причем за "бесплодные попытки" ратовал разжалованный Суворовым Троцкий, а за более мудрый второй путь – Ленин и его Сталин. Идея новаторская, смелая, но слегка сумасшедшая. Все дело в том, что по вопросу о, так сказать,
"передышке" оные мыслители высказывали прямо-таки противоположные мнения.
"Великий Ленин" в ходе войны с Польшей активно торопил Красную
Армию, затерроризировав заместителя Троцкого Э.М.Склянского своими записками: "Если с военной точки зрения это возможно (Врангеля без и этого побьем), то с политической архиважно добить Польшу…"; "Надо нажать: во что бы то ни стало взять Варшаву в течение 3-5 дней…";
"Немцы пишут, что Красная Армия близко от Грауденца. Нельзя ли там налечь и вовсе отрезать Польшу от Данцига?"; "поголовно (после сбора хлеба) брать в войско всех взрослых мужчин" ‹Вот и выйдет тогда вместо армии "войско". Если не воинство.›; "Мобилизовать поголовно всех белорусских крестьян. Тогда вздуют поляков без Буденного…"
‹Соколов Б.В. "Михаил Тухачевский: жизнь и смерть "Красного маршала". с.151.›. А Троцкий в это время говорил, что с поляками лучше помириться, пока Красная Армия на пике успеха, чтобы побольше взять по мирному договору. А революция в Польше – дохлый трюк. Сразу после отката "орд Тухачевского" на Восток в то время, пока у активистов зрели идеи реванша, он заявлял, что "повторение уже совершенной ошибки обойдется в десять раз дороже и что я не подчиняюсь намечавшемуся решению, а буду. апеллировать к партии.