Страница 20 из 137
Суворову приводит. Так кто же этот оппонент?
А этот оппонент и есть Виктор Суворов собственной персоной. На странице 76- й своего ледокольного творения он лично прямо так и заявляет – "крупно повезло". Что же это, он здесь врет или там? Или он два раза прав, просто наш избирательный защитник демократии дошел до плюрализма мнений в одной своей разнесчастной головушке?
Вслед за этим добрый Суворов предлагает Сталину в той ситуации отправить Красную Армию защищать польские границы "как свои собственные". Это он хорошо придумал. Жаль, его тогда в Кремле не было, а то бы, глядишь, и отправил. Добрый-то он, конечно, добрый.
Но глупый. Потому что, кто бы в Польшу эту самую Красную Армию пустил бы? Да поляки с разделов Польши XVIII-XIX веков русских, мягко говоря, недооценивают. Еще с XVIII века насмотрелись нашего брата. Говорят, больше не надо. А тут им такое счастье привалило. Да стоило товарищу Сталину полякам такое понастойчивее еще пару раз предложить, они бы сразу к своему западному соседу – фюреру со всеми своими потрохами запродались. Они, в общем-то, и так на своего ближнего западного соседа без особой вражды глядели ‹Кстати, первый
"начальник государства", а позже – избранный президентом Польши Юзеф
Пилсудский долгое время служил у немцев и был ярым германофилом.
Причем настроен он был не антисоветски, а антирусски: например, он был причастен к подготовке покушения на Александра III. Когда Юзеф
Пилсудский умер, его заветы стали беречься даже более верно и ревностно, чем при нем самом.›. А тут уж, хоть, как говорится, хрен редьки не слаще, но все же не немцы их восстания в 1830-1831 и 1863-
1864 годах подавляли.
‹Между прочим, здесь есть вот какой нюанс: в инициировании разделов Польши отличились и добрые пруссаки (хотя первыми захватили кусок Речи Посполитой не они и не Россия, а Австрия (Ципс – в 1771 г.); пруссаки же принимали активнейшее участие в экзекуциях польских бунтовщиков в 1794, 1848-1849 и 1863-1864 гг. Но про это западнолюбивые поляки предпочитали и теперь предпочитают не вспоминать, как, кстати, и современные чехи про Мюнхен: очень в
Евросоюз хочется, пусть даже на самую маленькую должность с самым низким окладом.›
Кстати, вот еще что. Конечно, служивым нашим географию, возможно, и не преподают, но, если подойти к глобусу и розовым суворовским ногтем провести на его круглом боку линию старой и новой советской границы, можно с легкостью заприметить, что в результате присоединения западных Украины и Белоруссии к СССР протяженность его западных границ сократилась приблизительно на 100 километров. Стало быть, меньшую границу мы приобрели взамен большей, да еще и территории под сопротивление агрессору в придачу отхватили. Как следствие всего этого, суворые разглагольствования по поводу
"объяснения первого" можно считать крайне неубедительными, каковыми они, собственно, и являются.
"Объяснение второе: ударив топором в спину Польше в момент ее отчаянной борьбы против фашистов, мы – пытались оттянуть момент начала советско- германской войны… Это объяснение из цикла…"
(с.38[38]) сам придумал, сам вписал, сам раскритиковал. Откуда вы его выкопали? Только не ссылайтесь опять на "Отдельную Большую
Тему". Это большой раритет, и доступен он не всем, а только избранным писателям-разоблачителям с многолетним стажем. Между прочим, цитируемый Суворовым английский историк Лиддел Гарт пишет, что разгром польских войск был предрешен еще до того, как 17 сентября русские пересекли восточную границу Польши" ‹Лиддел Гарт Б.
X. Стратегия непрямых действий. М., 1957. i 117.›. Где же оно, наше коварное зверство? А от "первого объяснения" "второе объяснение" отличается лишь тем, что на сей раз дедушка Сталин не топит упирающегося польского пана в тазике с кровью, а с кряхтением хряпает его топором. Вот и вся разница ‹Есть, правда, еще один не сразу бросающийся в глаза момент: данным вариантом Суворов играет на струне национальной гордости своего самого многочисленного европейского читателя – поляков. Ведь прочтя это, можно подумать, что, не будь советского удара по ляхам, они под вопли "еще Польска не згинела" запросто погнали бы немцев на запад, к "линии Мажино".›.
Надо же, чтоб толстокожий британский обыватель, насмотревшийся на
Фредди Крюгера, прочувствовал всю трагичность ситуации с какими-то поляками.
"Объяснение третье: Франция и Великобритания не хотели с нами заключать договор, поэтому… Какая чепуха! Почему Франция и
Великобритания должны защищать Советский Союз, если Советский Союз провозгласив своей целью свержение демократии повсеместно, в том числе во Франции и Великобритании?" (с.38[38]). На вопрос темного английского пасечника В.Суворова отвечает министр иностранных дел
Великобритании от 1939 года лорд Галифакс: "Мы знаем, что если другие государства лишатся своей безопасности и независимости, то наша собственная безопасность и независимость окажется под угрозой.
Мы знаем, что для обеспечения международного права и порядка мы должны быть готовы драться в их защиту" ‹"Правда". 1939. 1 июля. Ну, этот Суворов и дармоед, ладно, не мог он в бытность свою в Москве в библиотечку забежать, газетку прочесть, но пусть. бы хоть из преданности к своим новым хозяевам изучил хотя бы их историю. Уж коли нашей не знает.›. Они знают. А Суворов не знает. Позор Виктору
Суворову!
"Западу, по крайней мере, было наплевать, пойдет Гитлер на Восток или нет" (с.38[38]). Да ну? Воистину? – "по крайней мере"!!! А если не брать эту самую "крайнюю меру", то получится, что Запад, больше денег любимый Суворовым, всеми своими наличными силами толкал
Гитлера на СССР. А если этот самый ефрейтор пойдет как раз не на
Восток, а, страшно сказать, на Запад? ‹Нетрудно догадаться, что в
Европе, ограниченной с севера Балтийским, а с юга Средиземным морем, у фюрера имеется лишь два пути – на Восток или на Запад. И Суворов хочет, чтобы читатель поверил в такую картину: сидит Адольф посередь
Европы и раздумывает, куда бы ему свой вермахт послать – на Восток или на Запад. А рядом сидит этот самый Запад и – ему все равно!!!›
Как Гитлер относился к демократии? Правильно! Гитлер к демократии вообще не относился. И, кстати, Запад об этом знал. Раз уж Витюха просто жить не может без красочных аллегорий, вот ему еще одна: СССР и Запад, как Том и Джерри, перекидываются большой черной гранатой с надписью "Вермахт. Не кантовать!" с горящим фитилем. И вот в чем обида-то его западных друзей заключается: и Австрию простили, и
Чехию отдали, и Польшу чуть ли не в рот запихали, а рвануло-то все равно у них в руках!!! ‹Да так, что о Франции долгое время приходилось говорить либо в прошедшем, либо в будущем времени.›
Едем дальше! "А вот странам Восточной Европы было совсем не наплевать. Если Гитлер повернет на Восток, они – первые жертвы.
Поэтому страны Восточной Европы были естественными союзниками СССР.
С ними нужно было искать союза против Гитлера. Но Сталин такого союза не искал, а в случаях, когда договоры существовали, Советский
Союз не выполнял своих союзнических обязательств (с.38[38]).
Опаньки! Колумб от истории, кажется, вот-вот найдет свой обратный путь туда, куда и без того никто не хочет. Бросим-ка ретроспективный взгляд на процесс, называемый "толстение третьего рейха":
Январь 1935 года. Присоединение Саарской области, где 90% населения высказалось за присоединение к Рейху. Гитлеру все сошло с рук.
‹После этого фюрер, почувствовав слабость умиротворителей, 9 марта 1935 объявил о существовании ВВС, а 16 марта – о намерении создать армию в 550 тысяч человек. Британцы, повозмущавшись, осведомились, согласен ли Берлин принять их министра иностранных дел сэра Джона Саймона. Французы созвали конференцию (Англия, Италия,
Франция), но говорили не о пресечении попыток нарушить существующие договоренности, а о необходимости снять напряжение. Буллок сокрушенно констатировал: "Таким языком не говорят люди, которые намерены поддержать свои протесты соответствующими действиями".