Страница 7 из 8
— Это приказ, — сказал Вадим. — Ты остался мне должен за своё враньё. Вот и расплачивайся.
Аарвек смотрел на него испытующе.
— Почему ты не хочешь оставить меня при себе навсегда? Ведь как ни крути, а я — твоя законная добыча. Значит — ты мой хозяин. — Дьявол мгновение помолчал и повторил с удовольствием: — Мой.
Человек отрицательно качнул головой.
— Я слишком дорожу своей свободой, чтобы променять её на рабство. И не имеет значения, кто будет рабом, а кто — хозяином. Невольниками станем оба.
Дьявол усмехнулся.
— Решатель… Ты всё-таки самый настоящий Решатель, Вадим. Только чокнутый.
— Чем анализировать мою скромную персону, подумай, как оповестишь Шеол, что пищевые кубики при желании каждый может делать себе сам. Да и не только их.
— В каком смысле? — недоумённо посмотрел на него дьявол.
— Не верится мне что-то в абсолютное истощение пищевых ресурсов твоей планеты, — сказал Вадим. — Тогда бы у вас и воды не было, и нормального воздуха… Энергоносителей тоже не было бы… А ведь у вас в этих областях всё в порядке?
— Да, — кивнул дьявол. — Таких перебоев с отоплением или освещением как у вас, в Шеоле никогда не было. И с транспортом тоже никакой напряжёнки.
— Аарвек, так не бывает, чтобы один какой-нибудь ресурс истощился до полного отсутствия, а все остальные были в норме. Они всегда взаимосвязаны, и если кризис начинается в какой-то одной области, то неизбежно будут сложности и в другой.
Человек откинулся на спинку дивана. Немного помолчал.
— И ещё, Аарвек… Если у дьяволов такой узкий пищевой диапазон, что любая инопланетная пища становится для вас ядом, то Вершители не смогли бы закупать продукты за границей. Прости за грубость сравнения, но в зоопарках, когда покупают какого-нибудь иноземного зверя, то животных с широким пищевым диапазоном приучают к диете из местных продуктов. Одно всегда можно заменить другим. Но бывают животные, для которых замена пищи невозможна. Тогда вместе с животным приходится покупать и корм. Как ты понимаешь, покупают его не абы где, а только в той местности, в которой животное обитало изначально.
Дьявол кивнул.
— Согласен. Но тогда получается… — вслух договорить он не решился. Но мысли уже было не остановить.
Вершители нарочно придумали пищевой кризис. Разыграли спектакль, который позволил им превратить свою власть в абсолютную.
Раньше, очень и очень давно, в Шеоле были фермы, а в городских магазинах продавали сырьё, из которого каждый сам готовил себе такую еду, какую хотел. Теперь упоминания об этом остались только в самых старинных романах, и современные читатели даже не всегда понимают, о чём идёт речь.
А ещё в Шеоле не осталось деревень. Зато появились спецзоны, любая попытка приблизиться к которым каралась смертью.
— Чтоб их всех Светом сожгло, — тоскливо сказал Аарвек вслух. — Подонки…
— Для подлости страшнее всего огласка, — ответил Вадим.
— Да, — согласился дьявол. — Сделать статейку обо всём этом и запустить её в информсеть несложно, только кто её будет читать? Инопланетникам наши дела без интереса, а в Шеоле никто не поверит.
— Так уж и никто?
— Дьяволов десять, не больше, может и задумаются, а все остальные плюнут и забудут.
— Десять задумавшихся — это очень много, — возразил Вадим. — Десять людей, способных думать. Скольких людей из твоих знакомых ты сможешь назвать думающими?
Дьявол не ответил. Первым думающим людем в его жизни стал Вадим.
Аарвек соскользнул с кресла, сел на пятки рядом с диваном. Осторожно прикоснулся к Вадиму кончиками пальцев и тут же отдёрнул руку, опустил голову.
— Два часа… — сказал он тихо. — Осталось всего лишь два часа. Я успею обезболить твою девушку. А после вернусь в Шеол. И мы никогда больше не увидимся.
— Случайная встреча быстро забудется, — ответил Вадим. — Я всего лишь один людь из множества, точно такой же как и все. В их толпе я незаметен.
Дьявол отрицательно качнул головой.
— У тебя тёмное сердце, Вадим. Его мрак виден даже из самого дальнего далека. Раньше я думал, что люди Тьмы — это легенда. Красивая и наивная сказка. Не бывает так, чтобы Тьму творили люди, потому что она — выше всех нас, несоизмеримо глубже, мудрее и совершеннее. Во Тьме никогда не бывает ни боли, ни страха. Там невозможны обман и жестокость. Тьма всегда благодатна. А люди — слишком низменные существа, чтобы напрямую с ней соприкасаться. Оказалось, что это не так. На самом деле благодать Тьмы приходит в мир совсем не извне. Истинную Тьму, всемудрую и благодатную, люди творят в своём сердце.
Вадим смотрел на него с тревогой и удивлением.
— О чём ты, Аарвек?
— Ни о чём, мой тёмный лучик, уже ни о чём. Я видел тебя, и теперь я знаю, как приходит в мир Истинная Тьма. Но очень скоро мы расстанемся и никогда больше не встретимся. Это печально. Очень печально.
Дьявол опустил голову.
Вадим сел рядом с ним на полу, заглянул в глаза.
— Аарвек…
— Я очень хочу показать тебе Шеол, — сказал дьявол. — Хрустальные водопады Таратрского ущелья и чёрную радугу над ними. Ты даже не представляешь, как много оттенков у чёрного цвета, и как они прекрасны…
Вадим осторожно прикоснулся к его крылу.
— Я не совсем понимаю, что ты называешь Истинной Тьмой, но если мы можем творить её сами, то значит сможем построить из неё мост между Землёй и Шеолом и больше не зависеть ни от телепортов, ни от ваших дурацких Вершителей.
Поверить в услышанное Аарвек попросту побоялся.
— Вадим, — проговорил он едва слышно, — ты правда хочешь увидеть меня ещё раз?
— Конечно. Ведь ты мой друг.
— Я идиот, — ответил Аарвек и засмеялся. — Самый настоящий идиот, Светом мне в рыло… До такого простого решения не додуматься. Друг… Да, Вадим, я твой друг. А ты — мой друг. Как же всё просто. Я твой, а ты мой. И никаких дурацких клятв, никакой нелепой игры в Охотника и добычу. Я твой друг, ты мой друг. И всё. Больше ничего не нужно.
Вадим смотрел на дьявола с удивлением и даже с испугом. Но мгновением спустя тоже засмеялся — настолько искренним и заразительным было веселье Аарвека.
— Великая Тьма… — тихо сказал Аарвек, отсмеявшись. — Это самая сумасшедшая командировка в моей жизни.
Человек прикоснулся к его руке.
— Спасибо тебе, Аарвек. Если бы не ты, мне никогда не хватило бы сил справиться с этим. Я бы просто-напросто не выжил. Я твой должник.
— Идиот!!! — взвыл Аарвек. Одним движением вскочил на ноги, рывком поднял Вадима. — Ты что, совсем без мозгов, если говоришь такие слова дьяволу, да ещё и Охотнику?!
— Я говорю эти слова своему другу.
Аарвек разжал пальцы, попятился.
— Ты невозможен в своём идиотизме, — вздохнул дьявол. — Да и я не лучше, если спорю с Решателем. Ты опять забрал мою душу. Уже второй раз… Только теперь почему-то норовишь отдать мне взамен свою. Зачем тебе это, Вадим?
— А по-другому дружбы и не бывает. Либо ты отдаёшь друзьям душу, либо никакой дружбы нет. И души тоже нет. Знаешь, душа такое странное вещество… Чем больше её отдаёшь, тем сильнее она становится.
Аарвек только головой покачал.
— Я не смогу принять твой дар. Пока не смогу, — торопливо добавил дьявол, увидев, как нахмурился человек. — Мне не хватит сил для такой ноши. Ведь принимая чью-то душу, надо брать на себя ответственность за неё. А из меня пока Хранитель никудышний, потому что слабый и неумелый. Но я обязательно научусь. Найду силы. — Аарвек глянул на Вадима и рассмеялся: — Зато моя душа останется у тебя. Видишь, мой Хранитель, какой я хитрый? Как истинный дьявол.
— Это всего лишь означает, что очень скоро ты вернёшься. А вот за своей душой или за моей… Тут заранее сказать ничего нельзя.
Аарвек потёр ладонями лицо.
— Человек-Хранитель… Да ещё у дьявола. С ума сойти… Кому скажи — не поверят, а поверят, так от зависти, что ты выбрал не их, собственным хвостом удавятся. Так что свою душу я у тебя обратно не заберу, даже не надейся. Всё же я Охотник, а значит должен быть злокозненным и коварным, иначе добычу никогда не заполучить. Вот я и заполучил себе Хранителя… Теперь моя душа в надёжных руках. В самых надёжных во всём бесконечном мире, потому что это руки Решателя и творца Истиной Тьмы.