Страница 8 из 194
— Это я виноват…
Император прервал его нетерпеливым жестом.
— А ты после моей смерти не проживёшь и месяц. Такова грубая реальность, мой друг.
— Да, — ответил Вейдер.
— Пока мы замкнуты друг на друге, — медленно продолжил император, — никто не гарантирует нам, что то, что было, не повторится…
— Если б меня не замыкало на сыне!..
— Замолчи, — голос Палпатина прозвучал негромко. — Отрицательный опыт — тоже опыт. Главное, чтобы выводы, сделанные из него, помогли тебе в дальнейшем. И главное, — он поднял голову и усмехнулся своему ученику, — чтобы опыт этот не закончился фатально.
Тёмный лорд медленно кивнул.
— Проблему ты обозначил, — сказал Палпатин, ещё плотней закутываясь в балахон и почти подбирая под себя ноги. — Хотелось бы верить, что она имеет решение… — он встрепенулся, прислушался, улыбнулся. — О, — сказал он, — моя девочка сюда едет. Далеко, конечно, но уже рвёт сюда лапки… Переволновалась… — он внезапно хихикнул. — Ты знаешь, Вейдер, откуда она едет и куда я её посылал?
— Куда, повелитель?
— На Татуин. Убивать твоего сына.
Промежуток тупого молчания.
— Да, да, — кивнул император. — Это когда они все вместе пошли освобождать своего драгоценного Соло. Я приказал ей подсуетиться и убрать сопляка… Но у неё не вышло.
Промежуток тупого молчания закончился. Вейдер расхохотался.
— Какие же мы с вами два идиота, мой повелитель…
— Это есть… — император ещё глубже закутался в хламиду. — Холодно тут, Вейдер, — пожаловался он. — Кто строит такие большие и такие холодные тронные залы?
Вейдер повернулся к учителю, а потом немного неловко, ибо действовал одной рукой, отстегнул от своей амуниции плащ и одной рукой же накрыл им императора.
— Так лучше, учитель?
Палпатин усмехнулся, закутываясь в тяжёлое полотно:
— Намного…
Они снова подлили тишину. Император согревался. Вейдер его не торопил.
— Меня всегда интересовали выходы из безвыходных положений, — задумчиво произнёс император, в то время как его поза медленно расслаблялась от приливающего тепла. — В моей юности для меня это были чрезвычайно интересные логические задачки. Но никогда ещё от их решения не зависела моя жизнь. И жизнь моего ученика… Нет-нет, Вейдер. Я тебе скажу точно: пять лет мы с тобой ещё протянем. Катастрофа случится не завтра… Хотя… как знать… Вылез же из своей татуинской щели наш старый друг Кеноби… Постой-постой, — император привстал в кресле, — ты говоришь: ментальный контакт? У него с твоим сыном — ментальный контакт?
— Да, повелитель, — немного озадаченно ответил Повелитель ситхов. — Я в этом почти уверен. Его ощущения и мысли… Мальчишка видит это именно так. Но я могу проверить.
— Проверь, — кивнул Палпатин. — И как можно быстрее. Нам надо это точно выяснить. Если есть вход оттуда, то будет и вход туда.
— Но, насколько я понял, сам Люк не может контролировать этот канал. Он не может вызвать Кеноби. Старый хрыч является ему сам, когда пожелает.
— Старый хрыч, — эхом ответил император. — Или ещё кто-то… Ну, Вейдер, — хмыкнул Палпатин, — не мне тебе говорить, что твой сын и себя контролировать не может. Не то что — канал с миром Силы… Между прочим, это тоже часть комбинации. Люка до девятнадцати лет не учили ещё и для того, чтобы в сознательном возрасте манипулировать им, как придётся. Парень в этом деле совсем новичок, он и то, что лазерный меч к себе может подвинуть, уже принимает как чудо. А призрак Кеноби вообще… Но в нём есть, есть твой скепсис. И желание жить своими мозгами. И своими чувствами. На этом надо сыграть.
— А Лея?
Император засмеялся.
— Они с Марой прекрасную пару составят. Надо поручить моей девочке эту ненормальную. Они, конечно, сцепятся, но твоя дочка на Мару весь свой пыл истратит, нам будет легче… А она-то тебе как?
— Кошмар, — только и ответил Вейдер. — Я почти не жалею, что мы взорвали Альдераан.
Палпатин ему улыбнулся:
— Хорошие были времена, верно? И я был в своём уме, и сын твой рядом не маячил… Простая комбинация: с одной стороны Таркин с единомышленниками, с другой — мы с тобой. И принесло же туда Кеноби…
— Угу, — ответил ужас галактики лаконично. — Так что вы говорили о ментальном контакте?
— Нам надо воспользоваться этим каналом, — пояснил император. — Зацепить оттуда Кеноби. Или того, кто себя за него выдаёт.
— Смысл?
— Сначала зацепим, а потом смысл в этом искать будем, — проворчал император. Он стал совершенно домашним, что означало, что окончательно согрелся. — Энергетика из того мира велика, найти применение всегда можно… И, — он лукаво улыбнулся, — просто по-человечески, Вейдер. Если это всё же Кеноби. Ну, разве ты не хочешь просто посмотреть в бледную физиономию этого мерзавца и сказать: не вышло! Не улыбаться вам больше вашей мерзкой улыбочкой, мой дорогой учитель! Ни мне, ни сыну. Спорю, на его лице будет только одно: бежать, бежать… Ну, а если это не совсем он… Что же. Мы встретимся ещё с кем-то. И, возможно, это будет гораздо полезней… — император стал очень собран и деловит. — А знаешь ли, пока мы с тобой тут лясы точим… Шёл бы ты, Вейдер, к сыну прямо сейчас. Пока наш джедай или кто там ещё не успел испариться в мире Силы. Такие каналы, конечно, не рвут за пять минут, но что-то подсказывает мне, что наш старый знакомый сейчас усиленно пилит мостик между мирами. Останови его в его труде. Сейчас.
— Я… — Темный лорд дёрнулся, потом с досадой посмотрел на свои плечи. — Без плаща я чувствую себя…
— Так я тоже пойду, — император поднялся и легко сбросил с себя чёрный плащ ученика. Протянул ему обеими руками. — Я же не в тронном зале собираюсь жить. Апартаменты поуютней мне тоже, как-никак, построили. А гвардейцы меня проводят… Ты его всё равно одной рукой не пристегнёшь, — сказал он, глядя на попытки Вейдера восстановить свой плащ на плечах. — Пригнись. Нет, повернись спиной и встань на ступеньку ниже. Вот так, — он ловко щёлкнул застёжками. — Теперь можешь отправляться и пугать окружающих дальше. И, пожалуйста, в конце дня не забудь починиться.
— А также выпить перед сном стакан молока, — проворчал Вейдер. — Вы ещё посоветуйте мне есть по утрам манную кашу.
— Овсяную, — хмыкнул Палпатин. — Она полезней.
Они посмотрели друг на друга.
— Большую проблему надо решать по частям, — наставительно сказал император. — Иначе она придавит себя своей величиной и ты не сможешь сделать не шага. Иди к Люку и попытайся вытащить джедайскую морду на этот свет. Расскажешь о результатах. А пока, — он сделал шаг с возвышения вниз, — можешь проводить меня до двери.
Медицинский отсек
Тёмный лорд вошёл в медицинский отсек широким шагом. Бледное вскинутое на него лицо сына. Не менее бледное лицо единственного человека-медика, у которого ампула для инъекций чуть не раздавилась в ладонях. Единственно нормально реагирующие на него медицинские дроиды.
Конечно. Это же не армия, где к нему привыкли.
Перед дверями лаборатории стояли два гвардейца. Они пропустили его. Он остановился рядом с ними на минуту, чтобы сказать:
— Император требует, чтобы пока Скайуокера охраняли только люди из Алой гвардии. У парня есть особые способности. Штурмовики потому не надёжны. Для подтверждения приказа свяжитесь с императором.
Теперь он был здесь. Взгляда на сына было достаточно, чтобы понять, что мальчишка скорей психологически раздавлен, чем серьёзно пострадал.
Превосходно.
— Свободны, — сказал он медику. — Идите к себе, вы здесь долго не понадобитесь. Кыш, — приказал он дроидам.
Когда они остались одни, глаза Люка приобрели величину каждый с погибший «Сокол».
— Папа…
— Мама, — резко ответил лорд. — Говорю сразу: с твоей сестрой и её дружком всё в порядке. Они сейчас по камерам сидят.
— По камерам?!..
— А где ещё? Или мне им свою квартиру предоставить? Хорошая мысль, — хмыкнул Вейдер, садясь и разматывая плащ. — Запрём их в моей медицинской камере и пустим туда кислород. Через девять месяцев у тебя появится очаровательный племянник. Которого я, — жёстко, — заберу от счастливых родителей и буду воспитывать сам. Как тебе такой сценарий сюжета?