Страница 13 из 24
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Как только совещание закончилось, Джок и Розалин направились к самолету. Они поднялись на борт и уселись в кресла. Выдержав небольшую паузу, Розалин произнесла:
– Мне жаль, Джок.
– Жаль? – переспросил он, прекрасно понимая, о чем она говорит.
– Ты вообще хоть кому-нибудь доверяешь?
Джок помедлил, потом пожал плечами.
– Своей сестре Ане.
– Как часто вы видитесь?
Сначала выражение его лица было безразличным, потом в его глазах отразилось страдание.
– Когда у меня есть время слетать в Вердонию.
– Значит, ты очень одинок. Ана находится на расстоянии тысячи миль от тебя. Она замужем за принцем и ведет сказочную жизнь. Ты принадлежишь к другому кругу. Вы больше не противостоите миру вместе.
– Это так.
В голосе Джока слышалась печаль и невыносимое одиночество. У него нет ни одного друга, ни одного близкого человека. Он самолично лишил себя общения с людьми, потому что не доверяет им. Розалин было жаль его, хотя он сам выбрал такую долю. Она тоже одна, но у нее есть друзья, соседи, работники ранчо и Клэр. Да и бабушка оставила ее только год назад.
Разница между нами в том, что я доверяю всем, кто входит в круг моего общения, а он – никому.
– У нас проблема, Джок, и я не знаю, как ее решить.
Он удивленно посмотрел на нее.
– Какая проблема?
– Если я беременна, то тебе придется научиться доверять если не мне, то хотя бы своему ребенку. В противном случае ваши с ним отношения будут такими же, как твои отношения с отцом.
Не произнеся больше ни слова, Розалин закрыла глаза и притворилась, что спит. Ей очень хотелось заснуть, но никак не получалось, хотя прошлую ночь она провела почти без сна.
Скоро мы прилетим в Даллас, но пока не стоит об этом думать. Я могу еще немного позволить себе побыть любовницей Джока.
В какой-то момент Розалин все же заснула. Разбудило ее легкое прикосновение Джока. Ей захотелось прильнуть к нему и поцеловать его, но она сдержалась.
– Проснись, Рыжик, нам нужно поговорить.
Застонав, Розалин заставила себя открыть глаза. Джок сидел рядом с ней на корточках, наклонившись так низко, что их губы почти соприкасались. Она посмотрела в его темные глаза.
– Мы уже прилетели? – спросила Розалин сонным голосом. – Неужели я снова заснула?
– Мы только что приземлились. – Джок улыбнулся, и резкие черты его лица смягчились. Потом он внезапно посерьезнел, и на его лбу появились морщины. – Нам нужно поговорить.
Розалин перевела кресло в вертикальное положение, вынуждая Джока немного от нее отстраниться. Это дало ей возможность привести свои мысли в порядок и сосредоточиться.
– О чем будем говорить? А то она не знает!
– Я прикажу своей секретарше Мэгги соединять тебя со мной по телефону в любое время. Звони мне, не колеблясь, если что-то понадобится.
– Даже в случае нежелательной беременности?
Джок усмехнулся.
– В этом случае ты должна позвонить мне сразу же, как узнаешь.
Люк самолета открылся, и внутрь ворвался жаркий, влажный воздух Далласа. На взлетно-посадочной полосе уже стоял лимузин и еще один автомобиль. Пять минут спустя Розалин сидела в машине, сжимая в руках свою потертую шляпу.
Прощаясь, Джок наклонился к Розалин, посмотрел ей в лицо, потом перевел взгляд на ее живот и вдруг с жадностью поцеловал ее.
– Я буду ждать твоего звонка, – сказал он и направился к лимузину.
Глаза Розалин жгли слезы. Она смотрела вслед уезжающему лимузину, и в ее душе все переворачивалось.
Что со мной происходит? Мне следует радоваться уходу Джока! Неужели мне так нужны проблемы?
Однако ничто не могло заставить Розалин прекратить мечтать. Ей очень хотелось быть рядом с Джоком, держать на руках их ребенка, как две капли воды похожего на отца, жить в доме, наполненном смехом и радостью.
Розалин надвинула на глаза шляпу, откинулась на сиденье и расплакалась.
Джок уселся на заднее сиденье лимузина и заставил себя отвернуться и не смотреть вслед автомобилю, увозящему Розалин.
Какого черта я переживаю? Нужно радоваться тому, что мы никогда больше не увидимся. Если Розалин останется со мной, проблем не оберешься.
Кроме того, если она все же от меня забеременела, начнется настоящий кошмар.
Однако Джок так и не смог прекратить мечтать. Ему хотелось просыпаться рядом с Розалин, держать на руках их ребенка, как две капли воды похожего на мать, жить в доме, наполненном радостью и смехом.
Джок всю жизнь боялся ответственности, связанной с браком. Он убедил себя в нежелании жениться и заводить детей. Однако теперь все изменилось.
Лимузин подъезжал к зданию компании Арно. Дом из стекла и бетона внезапно показался Джоку холодным, надменным и неприступным, словно цитадель какого-то сказочного мага.
Но ведь к такой жизни я и привык. Пора забыть о рыжеволосой владелице ранчо. Мне нужен покой.
Впрочем, Джок так и не перестал думать о возможности быть рядом с Розалин.
Несколько недель спустя, стоя в ванной комнате, Розалин в третий раз перечитывала инструкцию, прилагаемую к тесту для диагностики беременности. Наконец, выполнив все предписания и рекомендации, она нетерпеливо принялась ждать результатов.
В установленное время сработал таймер. Розалин взглянула на полоску теста, и ее ноги подкосились. Она прислонилась к раковине.
Я беременна!
Раньше, когда Розалин думала о возможных последствиях ночи, проведенной с Джоком, на нее накатывал страх, но сейчас никакой паники не было и в помине.
Розалин нахмурилась. Она провела рукой по животу.
У меня будет ребенок от Джока! Какое счастье, что судьба подарила мне возможность стать матерью! У меня снова появится семья!
Почувствовав себя невероятно счастливой, Розалин расплакалась. Это были слезы благодарности.
– Розалин! – раздался откуда-то снизу голос Клэр. – Иди сюда скорее!
Выбежав из ванной комнаты, Розалин бросилась вниз по лестнице. Пробежав по коридору, она влетела в гостиную, споткнулась о край ковра и чуть не упала. Вздрогнув, она прижала руку к животу. Пора прекращать ребячество! Теперь она отвечает не только за себя, но и за малыша.
Подошла Клэр.
– Что произошло? – спросила Розалин. – Ты поранилась?
– Скотный двор, – выдохнула экономка. – Пожар на скотном дворе!
Следующие несколько часов стали одними из самых неприятных в жизни Розалин. Благодаря оперативности работников ранчо удалось спасти лошадей и коров, однако, несмотря на все попытки, здания полностью сгорели. Вымотанные, измазанные сажей и пропахшие гарью, Розалин, Клэр и работники долго стояли и смотрели на пепелище. Потом Клэр принялась разносить усталым людям воду и бутерброды, а Розалин отвел в сторону ее старший помощник.
– Я думаю, вам нужно кое-кому позвонить.
Розалин нахмурилась. Она была в замешательстве.
– О чем ты говоришь? Кому мне звонить?
– После падежа коров я все списал на неудачу, такое нередко случается. Потом пропали телята. Не обязательно, что их украли. Да дело даже не в этом, Розалин. Скотный двор подожгли. Кто-то пытается заставить вас сдаться. Я полагаю, вы догадываетесь, кто это, и примете соответствующие меры.
Розалин уставилась на старшего помощника, не веря услышанному.
– Нет, по-моему, ты ошибаешься!
– Ошибки быть не может. На месте пожара сильно пахло бензином. – Он вытер лицо рукавом рубашки, оставляя на лбу грязную полосу. – К счастью, мы спасли скот. В следующий раз нам может и не повезти.
– Кто мог такое сделать?
– Я знаю только одного человека, который хочет прибрать к рукам вашу землю.
Розалин покачала головой, отказываясь поверить.
– Нет, это точно не Джок!
Конечно, он хотел завладеть моей собственностью, но никогда не опустился бы до поджога. Человек, с которым я провела восхитительную ночь, не может так поступить. Неужели он способен на такую жестокость, ведь он знает: я могу носить его ребенка.