Любовь и риск

Наконец Лили собралась с духом и сказала:

– Ты что-то говорил по поводу танцев?

Мэтт сдвинул на лоб шляпу, прикрыв ею глаза.

– Сначала мне надо связаться с моей командой.

Лили поначалу обиделась, но потом решила: именно «работа» обеспечивает ее безопасность. Ей просто бы хотелось…

Хотя то, что ей бы хотелось, не имеет никакого значения: после сегодняшнего вечера между ними все будет кончено. Лили стояла и ждала, когда Мэтт поговорит сначала с Мэнни, а затем с Далом.

– Оставайся в машине. Да, я знаю… ты можешь поговорить через окно, если хочешь, но не выходи из машины.

– О чем шла речь? – спросила Лили, когда Мэтт закончил.

Он посмотрел на нее. Видение того, чем они занимались всего несколько минут назад, промелькнуло перед мысленным взором Лили, и ей захотелось спросить Мэтта: «Тебя научили так целоваться в школе телохранителей?»

– Парочка других водителей подошли к нему, чтобы поболтать, но я приказал ему оставаться в машине.

– Должно быть, это очень скучная работа, – заметила Лили, когда они стали подниматься по лестнице. Каждый раз, когда их тела соприкасались, она вздрагивала.

– Я знал, что скучная, но все же пошел в этот бизнес. Я не возражаю, чтобы Дал поболтал с другими шоферами, но он должен оставаться в машине. Дал – хороший работник. Умный, надежный, открытый. Ты не должна за него волноваться.

– Я думаю вовсе не о Дале, – ответила Лили, взяв Мэтта под руку. Он бросил на нее быстрый взгляд и промолчал.

Они дошли по широким ступеням до верхней площадки, где играл оркестр.

Восточный зал был небольшим по размерам, его высокие стеклянные двери выходили на открытую галерею. Лирическая музыка, главным образом струнная, звучала в ночи как радостное биение сердца, а свет был приглушенным и нежным, создавая прекрасное настроение для любовного романа.

И чем больше было запретного, тем лучше. А в окружавшем их полумраке было что-то интимное – не говоря уже о рискованном, – чему невозможно было сопротивляться.

Мэнни стоял там, где они оставили его. Завидев Лили, он кивнул и улыбнулся робкой ласковой улыбкой. Это заставило ее подумать, что она будет скучать по Мэнни и Далу тоже.

Лили хотела присоединиться к танцующим сразу около стеклянной двери, но Мэтт увел ее. На ее вопросительный взгляд он ответил:

– Я не хочу, чтобы вы стояли у окон вечером. При свете неона вы будете хорошей мишенью.

– Я об этом никогда не задумывалась. – Лили устало вздохнула. – Господи, Мэтт, как мне надоело чувствовать себя такой беспомощной.

– Дайте себе отдых. Вы – дизайнер по туфлям. Никто не ждет от вас, что вы знаете, как избежать нападения.

Мэтт был прав, и его слова заставили Лили почувствовать себя немного лучше.

– И все же я вам очень благодарна за то, что вы охраняете меня.

– Со всем моим удовольствием. Вы все еще хотите танцевать?

– Такая чудная ночь, – сказала Лили. – Глупо не насладиться ею.

У Мэтта был такой вид, словно он хотел что-то сказать Лили. Однако вместо этого он заключил ее в свои объятия.

Посмотрев через его плечо, Лили обратила внимание, что Мэнни заметил их. Он нахмурился и отвел взгляд.

«Да. Неприятно».

– У меня такое чувство, будто я должен что-то сказать, – с растерянным видом сказал Мэтт, обратив внимание на слегка нахмурившееся лицо Лили.

– Мы оба взрослые, оба знаем, чего хотим, и оба знаем, что завтра я уезжаю. – Лили посмотрела Мэтту в глаза. – Что тут говорить?

– Тогда мне все ясно.

– Меня очень влечет к вам, – добавила Лили. – Я думаю, что в этом нет ничего плохого, как, впрочем, и в том, что мы делаем.

На лице Мэтта, сменяя друг друга, отразились беспокойство и злость, надежда и желание.

– Я совсем запутался, – сказал он наконец.

– Это не то, что хотелось бы услышать девушке. Все, что от вас требуется, – это поцеловать меня. – Лили прошептала ему прямо в ухо: – Мне это нравится.

Дрожь прошла по его телу, мускулы напряглись, и он снова повел ее в танце. Они танцевали минут пятнадцать – двадцать, и Лили позволила себе полностью расслабиться в объятиях Мэтта. Ей нравилось чувствовать его тепло, прикосновение его рук. Ей нравилось смотреть, как тени играют на его лице, делая его таинственным, сексуальным и сильным.

Он по-хозяйски держал ее в своих объятиях. Лили пробежала пальцами по мускулам его рук и доверчиво прижалась к нему. Она не замечала присутствия других людей в зале, хотя вместе с ними танцевали многие парочки. Музыка стала аккомпанементом к биению ее сердца и ритму дыхания.

Лили больше не могла выносить такую мучительную близость. Если она прижмется к нему хоть одной секундой дольше, ей придется затащить его в ближайший темный угол.

– Я хочу прямо сейчас вернуться в отель, – решительно произнесла она.

Мэтт посмотрел Лили в глаза, пытаясь угадать, правильно ли он понял ее. Между ними существовала невидимая связь, полная ожидания и неопределенности.

Наконец он согласно кивнул и вывел Лили из круга танцующих.

– Мы уходим. Подгони машину, – скомандовал он, связываясь с Далом.

Тот, должно быть, сказал что-то смешное, потому что на лице Мэтта появилась улыбка.

– Дал сейчас подъедет. Идем.

Мэтт накинул на Лили пелерину и повел к стеклянной двери. По дороге Лили поблагодарила хозяев и попрощалась с друзьями. Мэнни вместе с другим охранником встретил их у двери.

– Хорошо провели время? – спросил он, хитро блеснув глазами.

Мэтт поджал губы и промолчал.

Обеспокоенная, Лили смотрела на мужчин. Ей не было дела до того, что подумает о них команда Мэтта, и хотя где-то в душе она чувствовала вину, ей хотелось сказать, чтобы Мэнни не совал нос в чужие дела.

Но сейчас для этого не было ни времени, ни места.

– Пошли, – резким тоном скомандовал Мэтт.

И снова Лили оказалась на улице в окружении широкоплечих телохранителей. Вечер был прохладным, и она плотнее запахнула на себе пелерину и шла легким шагом, хотя и ругала себя за то, что поступает так легкомысленно и нервничает, как девчонка, идущая на первое свидание.

Возможно, ничего больше не произойдет между ней и Мэттом, особенно сейчас, когда Мэнни дал им почувствовать свое неодобрение, но ночь только начиналась. Глупо это или нет, но ей ничего так не хотелось, как снять с Мэтта костюм и ощутить его на себе.

– Разве ваша машина не должна уже стоять у входа? – спросил охранник.

Этот вопрос прервал мысли Лили, а Мэнни, который шел впереди нее, резко остановился. Она наткнулась на его спину и вздрогнула.

– Нет машины! – рявкнул Мэнни и сделал какое-то быстрое движение. Лили заметила блеск металла в его руке.

Понимая, что произошло что-то плохое – ужасно плохое, – она повернулась к Мэтту, когда Мэнни издал короткий хриплый звук и стал заваливаться на нее.

Лили зашаталась под его весом, пытаясь удержать его.

Она бы наверняка упала, если бы Мэтт не подхватил ее и не отодвинул в сторону.

Мэнни снова зашатался, а затем упал на землю, а Мэтт выскочил вперед и прикрыл Лили своим телом.

– Пригнись! – закричал он.

Охваченная ужасом, Лили пригнулась, видя, как Мэнни, стоя на коленях, хватает руками воздух, качаясь из стороны в сторону. Даже при тусклом свете она смогла увидеть темные пятна на его руках. Это была кровь.