Похищенная

Он схватил ее за плечи и заставил взглянуть прямо в глаза, уже не беспокоясь о том, что звякнули цепи.

– Мы все погибнем, Тэсс! Ты понимаешь меня?

Он не хотел говорить ей, что уже видит здесь кровь, крики, страдания. Он не мог сказать, что если ей будет угрожать опасность, то он скорее сам убьет ее собственной рукой, прежде чем позволит другому мужчине коснуться ее.

– Без тебя я никуда не пойду! – упрямо твердила Тэсс, будто не слыша его.

– Ты должна, Тэсс!

– А ты пойдешь со мной? – спросила она, как ребенок.

– Перестань, Тэсс! Я – мужчина!

– Ну и что из того?

– Я – все еще твой муж!

– А я – все еще твоя жена! – спорила Тэсс.

– Тсс!

Ворон через плечо глянул на охранников. Один из них поднял голову и прислушался, но потом снова вернулся к игре в кости.

– Не кричи, Тэсс. Они тебя услышат.

– Мне все равно! – яростно зашептала Тэсс. – Я найду способ, как избавить тебя от цепей. Мы уйдем отсюда все вместе: ты, я и маленькая Небо.

Ворон снова протянул руку за водой. Тэсс придерживала баул, чтобы ему было удобнее пить.

– Экива, ты – сумасшедшая. Ты умрешь здесь, вдали от дома, и девчонка погибнет. На войне она никому не нужна.

– Я не могу бросить тебя, Ворон. Ну как ты не понимаешь? Я слишком многим тебе обязана.

– Ты ничем мне не обязана. Я отнял тебя у твоего народа, у твоих близких.

– Ты можешь притворяться и говорить даже, что я тебе не нужна. Но я знаю, что это не так.

Тэсс наклонилась и крепко поцеловала его.

Губы ее были нежными и сладкими. Ворон прикрыл глаза. И когда Тэсс попыталась отстраниться, он крепче притянул ее к себе. Еще на мгновение, еще…

Он слышал, как она вздохнула, когда он целовал ее отчаянно и страстно.

Эта Огненная Женщина – колдунья. Она имеет над ним власть. Она сказала, что нужна ему. Да, это так. Она нужна ему гораздо больше, чем может себе представить. Наверное, это и есть его любовь. Только Ворону было страшно признаться себе в этом. Признаться в любви к кому-то значило для Ворона стать слабым, зависимым. Сейчас не время для чувств и не место. И все же он не мог с собой совладать. Он уже не мог жить без нее. Он страстно желал ее даже сейчас, закованный в цепи.

Тэсс легонько отстранилась.

– Мне надо идти, – шепнула она. – Пока они меня не заметили.

Она быстро чмокнула его в щеку. Простой родственный поцелуй жены.

– Я приду к тебе завтра вечером. Береги себя. Пожалуйста.

– Постой! Слушай меня! – остановил он ее. – Если начнется бой, беги, Тэсс! Помни, что я сказал тебе. Обещай мне. Если французы атакуют нас, они без разбора перебьют здесь всех. Кровь потечет рекой.

– Я вытащу тебя отсюда. Я что-нибудь придумаю, – твердила свое Тэсс.

Уже уходя, Тэсс еще раз оглянулась и махнула ему рукой. Он не мог ответить ей тем же. Через мгновение она скрылась в густых зарослях.

Тэсс пробиралась по лесу и молила Бога, чтобы ее никто не заметил. Марти предупредила, что она должна быть очень осторожна. Нельзя забывать, что они – среди солдат и никто не придет ей на помощь. Солдатский лагерь – опасное место для женщины.

Бежать по лесу в темноте было трудно, и Тэсс перешла на самый край вырубки, чтобы не сбиться с дороги. Казалось, лагерь растянулся на несколько миль. Она знала, что фургон Марти не очень далеко. Оставалось только найти его.

Вот он наконец! Тэсс взбежала по лесенке вверх и откинула полог.

Марти не спала. Она сидела в глубине фургона у огня. Тэсс поискала глазами. Маленькая Небо мирно спала, растянувшись на подстилке и раскинув ручонки. На высоком стуле рядом с Марти сидела миловидная светловолосая женщина.

– Ну! – спросила Марти. – Ты нашла своего мужчину?

Своего мужчину. Это звучало странно. Но Марти права. Ворон – ее мужчина, ее муж. По крайней мере – сейчас.

– Да, я нашла его там, где ты сказала, на самом переднем крае вырубки. Он в цепях. Спасибо тебе, Марти, за помощь.

Тэсс поставила корзинку на пол.

– Ну и хорошо. Слава Богу, что тебя не поймали, – прогудела Марти своим басом. – Учти, если тебя поймают, я откажусь от тебя. Я скажу, что ты сбежала от меня. Я не собираюсь из-за тебя рисковать своей толстой задницей. И не хочу подставлять отца. – Она показала пальцем на пухленькую блондинку: – Это – Роза, знакомьтесь. Роза, это – Тэсс.

Роза кивнула головой.

Было темно, и Тэсс не сразу определила, сколько ей лет. Но когда Роза повернулась и отсвет огня упал на ее лицо, Тэсс стало ясно, что они – ровесницы.

– Марти рассказала мне про вас, – сказала она. – Я не могу поверить, что вас украли индейцы и не сняли с вас скальп. Это просто удивительно!

Тэсс присела у огня и молчала. Что сказать, она не знала. Ей не хотелось обсуждать это с незнакомкой.

Ее выручила Марти.

– Роза здесь работает прачкой, стирает белье. Только вот в ее бадье никогда не бывает воды, – сказала она и почему-то расхохоталась.

Вслед за ней рассмеялась и Роза. У нее был звучный, грудной и чувственный смех.

– Я здесь на службе у короля! Так же, как офицеры, – объяснила она.

Тэсс ничего не понимала. О чем это они?

Тэсс пристально посмотрела на Розу. На ней было темно-синее платье с большим вырезом на груди. Не очень-то скромное платье для армейского лагеря. О какой службе она говорит? Они с Марти сшили для Тэсс длинную юбку из грубого холста, который Тэсс нашла среди тряпок в фургоне. А Роза, кажется, вовсе не заботится о том, чтобы выглядеть скромно. Платье едва прикрывало щиколотки, а в талии было туго перетянуто тисненым кожаным поясом.

Тэсс с любопытством разглядывала Розу, стараясь понять, на что намекали обе женщины. Что имела в виду Марти, когда сказала, что бадья Розы для стирки белья всегда сухая. Как можно стирать без воды? И зачем войскам таскать за собой прачку? Разве офицеры не могут сами постирать себе белье?

– А почему вы решили пойти в армию? – спросила она Розу.

– Да я ничего не решала. За меня все решила жизнь. – Она поставила пухлую ручку на стол и оперлась подбородком на кулачок, приготовясь к долгому рассказу. – Я влюбилась в одного офицера и сбежала из дома, – гордо заявила она. – Но я была дура, что не заставила его пойти со мной под венец до того, как убежать с ним. Мой любимый бросил меня и вернулся в Англию, когда срок его службы закончился. Оказалось, что у этого подлеца уже была жена и куча детей. – Она пожала плечами. – А мне некуда было деваться. Мои родные от меня отказались. Вернуться домой я не могла. А оставаться в форте Камберленд мне не хотелось. Там женщины только и делают, что болтают о пеленках и горшках. – Она сморщила носик. – А я пока детей заводить не собираюсь.

Марти тоже слушала рассказ Розы и то и дело хихикала.

– Да ладно, кончай! Лучше скажи девчонке правду. Она еще совсем невинная. Признайся, что никакая ты не прачка.

– Нет, прачка. – Роза стояла на своем. – Сегодня мне надо идти к майору. Ему надо постирать бриджи. – Она подмигнула Тэсс.

– Ну да, – кивнула Марти. – И не забудь свою бадью.

– Ни за что! – парировала Роза.

Она направилась в угол фургона и вытащила оттуда новенькую сосновую бадью. Ее доски явно не знали воды, латунные ручки сияли, словно только что начищенные.

Роза спустилась вниз. Марти и Тэсс провожали ее.

Тэсс слышала, как присвистывали солдаты, мимо которых проходила Роза.

– Эй, Рози! Как насчет небольшой постирушки? – крикнул один.

– А монеты у тебя есть, Джек? – спросила Роза.

– Пока нет. А если в долг?

– Ты же знаешь, что я тебя люблю. Но я не подаю милостыню.

Раздался взрыв смеха, и Роза гордо зашагала дальше.

Тэсс долго глядела ей вслед. Роза спокойно отшучивалась на окрики и свистки.

Тэсс посмотрела на Марти.

– Она никакая не прачка, – догадалась она. – Так ведь? Она – шлюха.

– Не надо оскорблять ее. Никто из нас себе судьбу не выбирает. За нас решает Господь.

Тэсс, смутившись, отвела взгляд.