Железный рассвет

— Похоже, работает, — сообщил Джамиль, указав на панель управления. — Он на автономном питании от маховика, который я запускаю прямо сейчас. Все внутрь. На каком уровне ищем? — спросил он у Среды.

— Четвертом, — пробормотала она.

Не жди пощады от РеМастированных. Они будут давать любые формальные обещания, но смысловые неоднозначности сделают их ничего не стоящими.

Важное замечание: U.Франц Бергман — оппозиционер. Перед прибытием Хойст на Септагон он и его партнерша были готовы к измене. Хойст удерживает его при помощи загрузочной информации его партнерши. Предложение биологического восстановления совместно с загрузочной записью является рычагом воздействия.

Твой старый имплантат приспособлен к московской спецификации системы, и потому ты получила это сообщение. К сожалению, по причине несовместимости протоколов я не могу контактировать напрямую с остальными. Пожалуйста, скопируй и передай это сообщение Мартину Спрингфилду, Рашели Мансур и Фрэнку Джонсону через твой септагоновский интерфейс.

Лифт с визгом затормозил.

— Теперь куда? — потребовала ответа Поршия.

— Куда?

Двери открылись в темноту. Воздух был холодным, туманным и зловонным из-за давно мумифицированных в этом месте тел.

— А можно немного света?

Сзади вспыхнул яркий свет фонарика, разбросав длинные тени по стенкам извилистого прохода. Среда осторожно вышла из лифта, выдыхая пар в морозный воздух.

— Сюда.

Попытка воссоздания пути, которым она проходила много лет назад, давалась с трудом. Среда двигалась медленно, бешено вращая кольца пальцами, копируя и передавая названным адресатам сообщение Германа. Трудно сказать, когда оно будет принято, но с помощью рассылочных алгоритмов, используемых имплантатами в развитых мирах, можно было направить почту в рамках персональной сети любому, чье оборудование было совместимо с ними, — не исключено, даже кому-то из РеМастированных, если они имели системы, приспособленные для работы в примитивных мирах.

Замерзшее ковровое покрытие трескалось под ногами. Пульс участился, и Среда обернулась, почти ожидая услышать скрежет когтей. Поршия, Джамиль и Франц — невероятный триптих коварного зла — следовали за ней. Они уже почти дошли до туалета.

— Здесь, — произнесла Среда упавшим голосом.

— Вам не следует идти туда. — Франц остановился.

— С чего вдруг? — поинтересовалась Поршия.

— Там тело, думаю, — сглотнула Среда.

— Джамиль, проверь!

Джамиль с фонариком протиснулся вперед. Поршия включила свой, немногим больше карандаша. Около минуты слышались глухие удары, потом голос:

— Девчонка права. Вижу… э-э… замороженного мертвеца… и больше ничего.

— Объясни. — Поршия уставилась на Среду.

— Он… я… — Среда непроизвольно вздрогнула. — Упомянутые бумаги я оставила двумя палубами ниже, через три сегмента.

— Джамиль, идем, — позвала Поршия. — А тебе бы лучше не тратить попусту наше время, — сурово обратилась она к Среде.

Девушка повела их обратно к лифту, который стонал и ныл, опуская их на два уровня ниже, к нутру станции. Гравитация здесь была повыше, но не такой, как ей помнилось: возможно, из-за какого-то нарушения переходов между различными секциями противовращения, даже сверхпроводящие магнитные подшипники оказались не способны воспрепятствовать атмосферной турбуленции при длительной потери энергии.

«Новое сообщение», — прочла Среда, когда лифт затормозил.

Сообщение получено. Мы поняли. Посылаешь информацию через коммуникаторы хаба? Используй любые средства. Мартин.

Дверная брешь с темными очертаниями. Внезапно в голове Среды проросло непрошеное семя плана действий.

— Кажется, я спрятала их в одном из шкафов. Дадите фонарик? — попросила она.

— Держи. — Поршия передала ей свой световой карандаш.

— Давайте посмотрим, вспомню ли где… — Среда шагнула в комнату, сердце бешено забилось, ладони вспотели. У нее есть лишь единственный шанс.

Поворачиваясь, она водила лучом фонарика по опрокинутым столам и распахнутым шкафам. Здесь. Она нагнулась, подняла с пола патрон «антитеррор» и засунула его в карман, пошарила еще пару секунд и выпрямилась.

— Ошиблась, — крикнула она. Где же портфель? Оглядевшись, заметила отблеск цвета спекшейся крови — кожа! Ага! Потянула к себе и вытащила портфель.

— Нашла, — сообщила Среда, выходя обратно в коридор.

— Давай. — Поршия протянула руку.

— А нельзя подождать до возвращения в хаб? — храбрясь, поинтересовалась Среда.

Кожаный портфель с дипломатической печатью московского правительства с одной стороны оттопыривался спрятанным информационным картриджем.

— Сейчас! — потребовала Поршия.

— Вы же давали слово. — Среда еще сильнее сжала портфель и посмотрела Поршии прямо в глаза. — Собираетесь нарушить собственное обещание?

— Нисколько. — Хойст моргнула и расслабилась. — Я — нет. — Она выглядела как женщина, пробудившаяся от беспокойного сна. — Хочешь держать при себе, пока не увидишься с друзьями? Идешь напролом? Полагаю, это именно тот портфель? И ты забрала информационный картридж?

— Да, — защищаясь, ответила Среда, еще сильнее прижимая портфель. Патрон «антитеррор» с тремя зарядами, применяемый при беспорядках, казался огромным и явно был заметен в набедренном кармане. Хотя пистолет был на виду только у Джамиля, чутье подсказывало Среде, что остальные тоже вооружены. По крайней мере пистолетами, если не чем-нибудь посерьезней. Есть такая древняя шутка: не бери тазер на артиллерийскую дуэль.

— Ну, пойдем, навестим центр управления. — Поршия улыбнулась. — Конечно, если ты попусту тратишь мое время, то заставляешь меня убить одного из твоих друзей, но ведь ты этого не хочешь, не правда ли?

— Не бери тазер на артиллерийскую дуэль, — пробормотала Штефи, выбирая между компактным автоматическим пистолетом (с терминалом наведения для стабилизационных пуль, позволяющих стрелку вести прицельный огонь через тонкие стены, дополненным терагерцевым радарным прицелом) и полупроводниковым мультиспектральным лазерным автоматом (с самоуравновешивающейся турельной платформой и ранцевым квантовым генератором, способным испарить литр воды за десять секунд). С сожалением выбрала автоматический пистолет: лазерный ранец был слишком неуклюж для узких коридоров звездолета Но ничто не мешает добавить каких-нибудь других, менее тяжеловесных, игрушек, не так ли? И, наконец, никто из зрителей особого показа военной моды одинокой женщиной впоследствии не напишет обзора.

Спустя полчаса Штефи решила, что полностью готова. Дверная консоль сообщила о нормальном давлении снаружи. «С их стороны беспечность, — подумала она, через дверь сканируя пистолетом коридор: через прицел он выглядел пустым, призрачно серым, но окрашенным искусственно в цвета. — Правильно, пошли».

Она бросилась в направлении ближайшего коридора, ведущего к командному отделению, и остановилась просканировать каюты с обеих сторон. «Нужна центральная консоль постоянного тока», — подумала она. В гнетущей тишине витала угроза. Захватчики хотели изолировать корабль и могли разгерметизировать его, но это не означало, что они не вернутся обратно. Ей надлежит уничтожить любую оставленную ими охрану, стать невидимой для их системы наблюдения и восстановить контроль над лайнером.

«Ну, и где они? — задавала себе вопрос Штефи, начиная нервничать, подходя к лестнице ядра и лифту вспомогательных каналов палубы. — Они не глупцы, где-то должны быть боевики. Они раскинули сеть слежения, поэтому наверняка знают, что я направляюсь сюда. Итак, где засада?» Умная охрана не станет рисковать, преследуя ее в лабиринте переходов и кают, которые она знает намного лучше, а просто перекроет лестничные двери между отдельными герметичными зонами и пришпилит ее, как только она сама закроет себя в узкой движущейся коробке.