Страница 7 из 13
– Ну что? – спросил по телефону пожилой лысый мужчина. – Не взяли Вихря?
– Нет, я вам, как только что-то про них узнаю, сразу сообщу. Так что, Василий Иванович, не волнуйтесь, я вам обязательно позвоню.
– Хорошо. – Пожилой, не прощаясь, отключил сотовый. – Ну, зятек, затеял ты игру в догонялки. Ладно, Анка сучкой оказалась. Но ты об Оленьке-то не думаешь, выходит? Да еще, говорят, в наемные убийцы пошел. Хотя это еще бабушка надвое сказала. А вот побежал ты, Витька, конечно, зря…
– Дедушка, – подошла к нему красивая стройная девочка лет шестнадцати, – можно я на пляж пойду?
– С кем?
– Таня идет, Костя и еще девчонки и ребята.
– Ладно. Но чтоб до семи была дома. И не курить, – строго предупредил он. – Бабушка обнюхает, и если дымком пахнет, я те ремня всыплю и на возраст не посмотрю.
– Дедушка, я же тогда просто попробовала. И сама вам сказала, а ты теперь…
– Где раз, там и второй бывает. Дурное дело нехитрое и тянет к себе. Все взрослыми быть желаете… Деньги есть?
– Да менты даже выйти на них не могут, – покачал головой плотный черноусый мужчина. – А ты, Остап, наверное, опасаешься…
– Да хорош тебе, Ухо, – усмехнулся Тарасюк. – Просто Анка малость боится.
– Не пойму я, на кой хрен она тебе сдалась? Тем более с девчонкой. Ведь ее можно…
– Все узнаешь со временем, а пока, Кирилл, держи меня в курсе.
– Я так и думал, что-то ты затеял, Остап.
– Все путем будет.
– А где Анка?
– Хрен ее знает. По магазинам, наверное, шляется.
– А доченька твоя приемная где?
– У папаши Анкиного. Ты прав, она лучше мамани выглядит. Но у меня планы другие.
Ярославская область, Рыбинский район
– Твою мать! – Осторожно высунув руку с наполненным жидкостью пакетом, Виктор разжал пальцы. – Три часа стояли. Хорошо, что за нами машины нет. А то интересно получается – едет впереди фура, а из-под брезента рука с пакетом. Падает на асфальт и вдребезги. Но куда ссать-то? Жрать хочется, – вздохнул он. – Может, все-таки по банке консервов…
– След дадим, – перебил его Борис. – Ящик вскрывать придется, и банок хватать не будет. Вот сахарку…
– И так задница слиплась. Они про какой-то колхоз базарили.
– Видишь пять мешков в углу сзади? Какой-то бабе будут завозить.
– Так, может, там и вылезем?
– До Углича поедем. Там другая область рядом, и нас наверняка не ждут. Конечно, сообщение получили, но не ждут и посты не ставят. А в другую область уйдем, дышать намного легче будет. Конечно, когда в федеральный попадем, поаккуратнее быть придется. Но сейчас главное – из Ярославской губернии выбраться. А ты говорил, что от Углича до Тверской недалеко. Так что будем ехать до Углича.
– Нам сейчас налево, – сказал сидевшему за рулем Александру Саныч, – и по дороге прямо.
– Надолго?
– Ну уж как водится, – засмеялся Саныч, – без обеда не отпустят. Часик посидим, душ примем, у них в саду есть. Устал я что-то. Все-таки уже пятьдесят пять, и болезни одолевать начали. Вот вернемся, буду тебе напарника искать. Я больше не ездок.
– Сейчас будут мешки снимать, – проговорил Борис. – Прячемся получше.
– А если он раздобрится и за консервами и коньяком полезет? – спросил Виктор.
– Надеюсь, нет.
– А если да?
– Если увидят, будем бить.
– Свернули на Поляну. Двигать за ними? – спросил сидящий в «восьмерке» длинноволосый парень.
– Мимо пройди, – услышал он. – Воды спроси у кого-нибудь или позвонить. В общем, закати в деревню.
Ярославль
– Что? – переспросил по телефону сотрудник управления.
– Да ничего такого не было, – услышал он голос начальника оперативной части колонии. – Бомжа одного поймали с одеждой. С веревки снял, часть продал и уснул. Но это…
– Стоп. Конкретнее. Что именно пропало?
– Двое джинсов и рубашка. И бомж говорит, что у него полуботинки забрали.
– Размер обуви бомжа?
– Сейчас, – растерянно отозвался опер, и москвич услышал его голос: «Размер обуви бомжа! Быстро!»
– И размеры Вихрева и Вулича, – добавил москвич.
– Да они на меня наехали, – кивнул на парней Русак. – И как последнего…
– Слушай сюда, гнида, – процедил Запорожец, – ты, делопут хренов, что капканы мочишь? На азиков пашешь, падла! – Он плюнул отшатнувшемуся Русаку в лицо. – Охренел совсем. Иди отсюда. И запомни, сучонок: если с головы той бабы хоть волосок упадет, тебя раком поставят. Что за публика пошла – не важно как, лишь бы бабок срубить, на всякие подлянки пишутся.
– Да я же для общака хотел, – пробормотал Русак.
– Сдерни, я сказал! – закричал Запорожец. Русак быстро вышел. – Короче, вот что, бабу эту не трогать и присматривать, чтоб никто на нее не наехал. Афган молодец, вон какой капкан отмочил. Да и мужик ее воевал и покалечен. Я, мужики, в детском доме рос и все мечтал, что воякой стану. – Он усмехнулся. – До первого попадания в ментовку. Там враз отучили погоны любить. А что у нас с вокзалом? – посмотрел он на плотного плешивого мужчину.
– Значит, это они были, – говорил по телефону москвич. – Четыре дня рядом с зоной. Дерзкое и в то же время умное решение. Перекрыть все выезды из области. Особое внимание в направлении Ярославля. Хотя Вулич снова может пойти своим путем. А ведь он может в Тутаев пройти. Наверняка там у него есть знакомые. Надо проверить всех, кто воевал в Афганистане или Чечне.
– Что?
– Выполнять! – Он повысил голос. – Не могли они далеко уйти. Транспорт, надеюсь, весь проверяли?
– Выехали они, – сообщил по телефону парень в «восьмерке».
– Уходи, – услышал он. – Дальше поведут другие.
– Наконец-то, – сказал Вихрь. – Уже три часа. Ништяк, на улице не очень палит, а то бы спеклись тут на хрен.
– В ванну бы сейчас, – мечтательно проговорил Вулич. – И пивка холодного. А потом поесть картошечки с…
– Хорош, Афган, – остановил его Вихрь, – а то не выдержу.
Вулич подошел к заднему борту и посмотрел в щель. Покачал головой.
– Ты чего? – спросил Вихрев.
– Ведут машину. Я эту «восьмерку» несколько раз видел. Сейчас разворачивается. Ведет «КАМАЗ» кто-то.
– Скорей бы вылезти из этой колымаги, – вздохнул Вихрев.
– Все-таки лучше, чем в автозаке.
– Согласен.
– Я «восьмерку» раза четыре видел. Все время сзади ехала. Потом отстала.
– «Восьмерка»? – спросил Вихрев. – Я видел, и от деревни за нами ехала. Ну-ка, – он подошел к Вуличу, – точно. Во, «девятка» догнала, встали. Похоже, передал.
– Значит, кому-то нужен товар. – Перебравшись назад, Вулич посмотрел на десять ящиков коньяка и пожал плечами. – Может, денег у водителей много?
– А не нас пасут?
– Не думаю. Ведут «КАМАЗ». Интересно, почему?
– Вроде отстал. – Александр посмотрел в зеркальце заднего вида.
– Ты про что это? – покосился на него Саныч.
– За нами долго, то отставая, то снова появляясь, ехала «восьмерка».
– Я ее тоже заметил. Но ничего подозрительного не увидел. Когда мы в деревню свернули, их не было. Но ты молодец, что увидел.
– Думаешь, Саныч, случайно?
– За мной однажды из Волгограда «девяносто девятая» ехала, я весь извелся. Рыбу мороженую вез на очень приличную сумму. И деньги с собой были немалые. А он, оказывается, услышал, что через Тулу поеду, и устроился сзади. Это я узнал, когда на посту гаишникам стукнул и те его при мне тормознули. Смеху было! – улыбнулся Саныч.
Ярославская область, Юдино
– Где-то тут они, – заявил начальник оперативной части. – Сумели забрать одежду, и Вихрев обувь сменил. У него сорок второй, а у Вулича сорок третий. Ловко придумали гады. Но выбраться они не могли. Обыскать каждый угол, чердак и любое место, где могут укрыться двое. И очень тщательно все проверяйте. Где-то здесь они сидят, в поселке.