Страница 36 из 40
Сосредоточенность на своих ощущениях в момент полового акта и закрытие глаз вполне характерны для большинства обычных людей. Однако у представителей консервативного типа личности закрытые глаза в момент сексуальной близости могут выражать их стремление уйти от собственной порочности. Тоже восприятие характерно для патриархальной психики и по отношению к свету в момент близости. Испытывая стыд и страх по отношению к совершаемым действиям и обнаженному телу (как собственному, так и партнера), носители традиционных ценностей часто избегают занятий сексом не только при свете, но и в полумраке.
Эмоциональная удаленность друг от друга, а также нравственная табуированность чиновников нередко проявляется в эмоциональной неспособности разговаривать в момент сексуальной близости. Оставляя за собой только сигнальную систему стонов и вздохов, люди часто не могут доставить друг другу полноценное удовольствие.
Стоны и вздохи играют важную роль в половой жизни бюрократии. Вместе с другими символами «подчинения» и «господства», они призваны взаимно показать как велико доставляемое партнерами удовольствие. Однако они часто выступают и инструментом имитации удовольствия. Причем фригидные женщины-чиновники не испытывая в сексе удовольствия, но считающие половую близость своим долгом, при помощи звуков и дыхания пытаются имитировать возбуждение и оргазм чтобы «не обижать мужа». Интересной стороной стонов, вздохов и выкриков у чиновников является их садомазохистское применение, когда, ориентируясь на физическое страдание, партнеры рассматривают учащенное дыхание и звуки как возбуждающую их демонстрацию болезненных ощущений.
Дли иерархичной, табуированной психики российских бюрократов введение члена во влагалище является актом мужского господства и женского подчинения. Воспринимаясь мужчинами в качестве формы закрепления своей власти над женщиной, а женщинами как признание первенства мужчины, половой акт на символическом уровне воспроизводит патриархально-иерархическую социальную модель. Играя важную роль в отношениях пары, он через бессознательный символизм призван закрепить в психике индивидов обоего пола естественную нерушимость старой общественно-государственной механики.
Забавной деталью сексуальной организации чиновников является их отношение к собственным половым органам. Испытывая из-за их размера, формы и наличия вообще чувство стыда, некоторые государственные управленцы стесняются показывать их своим сексуальным партнерам и как следствие избегают связанных с ними ласк.
Особую смысловую нагрузку независимо от сексуальной практики имеет для представителей бюрократии оральный и анальный секс. В гетеросексуальном анальном сексе, как и в гомосексуальном анальном сексе, у чиновников ключевой «идеей» совершаемых действий выступает бессознательное стремление причинить партнеру физическую боль или унизить его «безнравственным актом». При этом собственные, связанные с аморальностью действий, переживания активной стороны тоже носят садомазохистский характер.
Интересно, как уже было отмечено, что потребность в анальном сексе среди гетеросексуальных чиновников испытывают не только мужчины, но и женщины. Находясь под влиянием чувства вины за свое социальное поведение, они иногда даже сами выступают его инициаторами. Однако в большинстве случаев чиновники «слабого пола» не могут реализовать собственное желание из-за страха нарушить моральные табу. Поэтому роль «просителя» берет на себя мужчина, получая за акт унижения желаемую награду. Все это представляет собой некий бессознательный ритуал упрашивания, в котором наиболее четко проявляется как маскируемая потребность партнеров в анальном сексе, так и их внутренняя зажатость, часто ведущая к длительному «нет» со стороны партнерши или боязни мужчины взять на себе эту «обязательную» для его пола инициативу.
Занимаясь анальным сексом, чиновники обоего пола получают большое моральное и связанное с ним физическое удовольствие. При этом часто в момент анального акта мужчина старается не причинить женщине серьезную боль, а женщина стремится избежать неприятных ощущений, хотя в их представлении этот акт неразрывно связан с физической болью. Только в условиях обострения личных отношений партнеров, когда этот акт приобретает прямое выражение наказание, мужчина и женщина, чтобы компенсировать конфликт, не разрешая его, бессознательно или полусознательно прибегают к анальному сексу так, чтобы он действительно причинял им боль. Их эмоциональное ощущение после такого акта можно назвать положительным, на время такие действия скрывают от партнеров существующие противоречия. Однако подобная методика не ведет к формированию гармоничных отношений и не способствует развитию эмоционально более богатой сексуальной практики.
Другой стороной анального секса в гетеросексуальной паре является ситуация, когда активную роль в акте берет на себя женщина (при помощи искусственного члена), а пассивную роль - мужчина. В этой картине, в отличие от предыдущей, «виновной» стороной оказывается уже не женщина, а мужчина. Такая ситуация в целом не характерна для практики анального секса у бюрократии и скорее является исключением. Как правило, именно партнерша, женщины-чиновники в силу большего консерватизма чаще склонны к иррациональному поведению, оказывается виновна в конфликте и «несет ответственность» за это в сексуальной форме. Обращаясь в сексуальных фантазиях к анальному акту «слабый пол» бюрократии представляет, как мужчина овладевает женщиной-персонажем и, причиняя боль, наказывает ее, тем самым, снимая на время ощущение вины.
Потребность чиновников прибегать к различным формам унижения и воображаемой, а иногда настоящей физической боли основана на бессознательном переносе конфликта из личных отношений в сексуальную сферу. Выражая неспособность человека разрешать существующие противоречия, сублимация позволяет психике через подмену решения проблемы эротическим действием временно уйти от нее. При помощи такой логики поведения индивид сохраняет нетронутыми свои нравственные установки.
В гомосексуальных отношениях у традиционно-нравственных чиновников-мужчин анальный секс играет туже роль, что и при гетеросексуальной связи. Реализуя «снятие» чувства вины анальный акт также служит заменой вагинального секса, превращая одного из партнеров в «женщину». У лесбиянок среди бюрократической касты он встречается не часто и не имеет специальной роли в отношениях, являясь лишь разновидностью садомазохистского удовольствия.
Оральный секс не предполагает в отличие от анального секса в большинстве случаев обращение к физической боли даже на уровне воображения. В его эмоциональной основе у чиновников обоего пола лежит, прежде всего, потребность человека в унижении. Разделяясь в основном на кунилингус, минет и анилигус, оральный секс независимо от половой структуры пары (гетеросексуальной или гомосексуальной) практически всегда у представителей бюрократии сочетается с переживанием своего отступления от нравственных норм, пробуждая болезненное, но приятное чувство стыда и унижения.
Оральные ласки груди и различных частей тела в отличие от ласк половых органов, могут носить у чиновников не только эмоциональный, но и практический садомазохистский характер. Покусывание грудей, шлепки ягодиц, легкое удушение и многое другое способно доставить представителям государства садомазохистское удовольствие. При том, что сторона совершающая действие в таком случае выступает в роли истязателя, а не жертвы, как в случае с оральными ласками гениталий партнера.