Страница 26 из 102
Поддержка Израиля объяснялась надеждой советского руководства превратить еврейское государство, многие граждане которого имели российские корни, в свой форпост на Ближнем Востоке. Иные пути проникновения на стратегически важный Ближний Восток были для СССР в те годы закрыты: арабский мир всецело ориентировался на Великобританию. В Израиле же к Советскому Союзу, спасшему евреев от окончательного уничтожения, и лично к Сталину относились восторженно.
И все же расчеты на то, что Израиль станет проводником советского влияния в регионе, не оправдались. Ведущие израильские политики заняли проамериканскую позицию. Это объяснялось как их демократическими взглядами, так и финансовой поддержкой, которую оказывали Израилю США и американские еврейские организации. Израиль рассчитывал на массовую иммиграцию евреев, а советское руководство категорически не соглашалось разрешить свободный выезд советским евреям.
Уже с 1949 г. отношения между СССР и Израилем стали быстро ухудшаться.
Часть V
ПОСЛЕДНИЙ БОЙ ИМПЕРИИ: СУЭЦКИЙ КРИЗИС 1956 г
Наследники Рузвельта особыми талантами не отличались. Ограниченный администратор Трумэн и сменивший его генерал Эйзенхауэр, имевший в военной карьере поровну поражений и побед, добытых благодаря подавляющему превосходству, имели общую черту характера. Оба в политической практике склонялись более к реакциям, чем к акциям. Они не разглядели того, что создал предшественник. Вторая мировая война разрушила империи Англии и Франции. В 1945 г. их форма еще сохранялась, по уже в качестве мыльного пузыря. Стоило дунуть, и «мировой прилавок» переходил в безраздельную собственность США. Рузвельт хотел этого и он этого добился, по наследники не увидели, что мир открыт для американской экспансии, или, если угодно, развития с перспективой неуклонного роста па сто ближайших лет.
Вместо того чтобы проткнуть прозрачную оболочку пузырей, преемники обратили взгляд на появившуюся в темпом углу ринга фигуру нового партнера. Да простит меня родная страна, но это действительно было так. Наш боксер покачивался от усталости, накопившейся за 1941–1945 гг., и стоял так, что помешать экспансии океанской цивилизации, а тем более начать свою с темпом, превосходящим американский, был не в состоянии. Советские идеи, предлагаемые на экспорт, были красивы, по миром воспринимались как журавль в небе, в сравнении с синицей в руках, которую сулили американцы. Их товары проникнув на колониальные рынки, могли обеспечить небольшой, но быстрый прирост жизненного уровня. А советская идея требовала для воплощения времени и труда. Самый элементарный исторический опыт должен был показать эстафете хозяев Белого дома, что между идеей и полным желудком люди обычно выбирают второе. И, значит, Америка победит без боя. Но, чтобы не бояться чужих мыслей, надо иметь хоть какие-то свои, а их не было.
Взгляд американского тяжеловеса с безыдейной головой обратился на только переводящего дух идейного партнера, вес которого относился к суперлегкому. Вместо того чтобы собирать бесхозные сокровища, янки затеяли драку с прохожим, увидевшим самоцветы на мостовой и попытавшимся поднять пару камней. Легковес оказался выносливым, драка затягивалась, а россыпь каменьев под покровом тонкой мыльной пленки так и лежала на асфальте.
Парадокс, но империи, которым Рузвельт подписал смертный приговор, выжили. Идя вразрез прежней политике, новые хозяева Вашингтона даже сделали их союзниками. Вместо того чтобы раз и навсегда пригвоздить приговоренных посредством экономического закабаления, предложенного соратником Рузвельта — Маршаллом, их отпустили на волю. Европейцы, умело сыграв на конъюнктуре «холодной войны», вместо данников стали партнерами. В середине 50-х англичане и французы ожили настолько, что занялись укреплением оболочки оставшегося объема пузырей, создавая новые ребра жесткости. За неимением лучшего остатки империй защищались с помощью оружия.
Идеи рыночного либерализма, брошенные в мир Рузвельтом, проросли. Колониальные народы более не желали экономической сатрапии метрополий, и сами начали крушить империи. Самое странное, что при Трумэне янки бросились помогать сохранению пузырей, неся идеологические и финансовые потери. Отрезвление пришло лишь после Кореи, да и то не сразу и не ко всем. А до конфликта на полуострове американцы пособляли французам в попытке «припугнуть» Индокитай, закрывали глаза на создание английской эрзац-системы неоимперии в виде Британского содружества наций, и все это лишь для того, чтобы в Европе американские партнеры смотрелись повнушительнее. Вышло все с точностью до наоборот. Втянутые в мировые игры западноевропейские сателлиты США тратили мощь за тысячи километров от Старого Света, решая свои проблемки, предоставляя американцам защищать родной континент от ими же придуманной опасности с Востока.
Суэцкий канал. Он существует на территории Египта больше 130 лет, соединяя Средиземное и Красное море и позволяя кратчайшим путем попасть из Индийского в Атлантический океан. Канал строился акционерами — Египтом и Францией вместе. Его открыли в 1849 г.; потом египетские акции скупила Британия. Во время мировых войн судоходство по каналу регулировали англичане, но между Британией и Египтом был подписан договор, по которому англичане обязывались вывести свои войска через 20 лет. И этот срок подошел.
Роль канала для старых империй. В середине 50-х в организмах традиционных империй — Франции и Британии — еще теплилась жизнь. Работали важнейшие артерии, обеспечивающие их существование. Главной среди них по праву считалась аорта Суэцкого канала. Именно ее пульсация гарантировала возможности англичан и французов решать свои проблемы в регионах, лежавших, по меткому выражению Редьярда Киплинга, «к востоку от Суэца». Контроль над струящимся сквозь египетские, пески каналом гарантировал быстрый подвоз индустриальной крови — нефти — для Великобритании и Франции. Вдобавок обе нации собирали мзду с остальных пользователей, включая и американцев, ибо акции канала делились поровну между Парижем и Лондоном. В обеих столицах оправданно полагали, что пока канал под контролем, еще не все потеряно.
Ситуацию невольно осложнили сами англичане. Еще при жизни Рузвельта у мореплавателей истек срок мандатного пребывания в роли колониальных владельцев Ближнего Востока. И хотя шла Вторая мировая воина, из Вашингтона союзника попросили не задерживаться. Обиженные англичане стали собираться, но при этом организовали отход таким образом, чтобы за ними остались проблемы, исключающие возможность эксплуатации региона новыми хозяевами. Пакостили англичане мастерски и, когда в 1948 г. их последние солдаты взошли на корабли, за их спинами уже разгоралась война, тлеющая до наших дней без малейшей надежды на конец этого процесса.
Переворот Насера. Арабо-израильский конфликта 1948–1949 гг. косвенно ударил по его организаторам. Проиграв первую войну против Израиля, арабская коалиция озадачилась поиском причин поражения. Особенно остро поиск виноватых протекал в Египте. Ответ нашла группа армейских офицеров среднего звена, которая сочла главным виновником расстройства арабских планов короля Фарука. В 1952 г. заговорщики осуществили переворот и отправили неудачливого венценосца на заслуженный отдых в Италию. Страну возглавил лидер путчистов Гамаль Абдель Насер. Египет ждали серьезные перемены. Глава национального правительства принялся осовременивать свою страну. Но модернизация стоила денег, а оставившие свою экс-колонию англичане позаботились, чтобы египетские доходы поступали, в основном, в Лондон.
Первые шаги Насера. Насер мечтал не о мире, а о реванше за поражение в войне 1948–1949 гг. Победа сделала бы его признанным лидером всех арабов. Поэтому египетский президент потребовал, чтобы Израиль отдал больше половины своей территории. Не только подписание мира, но даже переговоры на основе таких требований были невозможны.