Сегодня и всегда

Она сняла с себя костюм, который с такой радостью надела утром в Дюссельдорфе, натянула простую старую рубашку и мягкие вельветовые брюки, которые любила носить дома.

Когда все дела были сделаны, Дейзи достала из холодильника бутылку вина и, забравшись с ногами на тахту, уставилась в телевизор, стараясь ни о чем не думать. Нет, это не могло случиться с ней. Разве Алекс мог оставить ее? Разве…

Ну а потом она заплакала и плакала до тех пор, пока лицо не стало саднить от слез, а бутылка не опустела.

Глава 11

В понедельник утром – это был первый день новой жизни Мел – будильник, который она забыла отключить, зазвонил ровно в 6.15. И она по привычке сделала то, что делала всегда в этот момент, – позволила себе немножко понежиться в постели, наслаждаясь минутами тишины перед штормом. Эйдриан тоже следовал своей привычке: что-то пробормотал во сне и повернулся на другой бок.

Мел лежала, перебирая в уме предстоящий день: что следует сделать сегодня, что нужно было сделать вчера, что можно отложить на завтра. И только тогда, наконец, с наслаждением потянувшись на прохладных простынях, вспомнила, что ей сегодня не надо идти на работу. Она больше не работает в «Лоример», только дома. Теперь ее работа – дом, семья, дети.

Домохозяйка. Она нашла верное слово. Домохозяйка. Мать, которая сидит дома со своими детьми. Что изменилось? Первые проблески утра пробивались сквозь кремовые шторы. Вытянув руку, Мел разглядывала ее. Нет, она выглядит точно так же, как всегда. Ее рука нисколько не изменилась. Несколько заусенцев и отсутствие лака на ногтях. Что ж, теперь у нее есть время сделать маникюр, но… теперь она не может себе позволить это. Ничего, она сделает это сама. Время у нее есть. И что-нибудь испечь, да, именно испечь что-нибудь вкусненькое по рецепту из книги «Детское питание»; книга у нее уже несколько лет, а она до сих пор ни разу ею не воспользовалась. А что, если она переоценивает свои силы? Может, все-таки проще купить в магазине? Нет, она испечет сама.

Размышляя о новой жизни, Мел придвинулась поближе к Эйдриану, свернулась клубочком и затихла. Есть ли в доме хоть какой-нибудь фартук? Кажется, есть, когда-то она получила его в супермаркете в придачу к банкам консервированной фасоли. Она любила цветочный рисунок, розы, например… Настоящая мать должна иметь соответствующий фартук.

Часом позже Мел уже суетилась на кухне, вынимая двенадцать золотистых румяных кексом из формочек.

Кэрри никак не могла понять, почему они сегодня не идут в детский сад, более того, не пойдут и завтра. Странно, это же не уик-энд, ведь папа, как всегда, собирается на работу.

– Нет, Кэрри. Мама сегодня остается с вами. Мы придумаем что-нибудь очень интересное.

Кэрри ткнула ложку в йогурт и тут же вытащила, подняв фонтанчик розовых брызг. Девочка расхохоталась, и Мел вторила ей. Не плакать же из-за такой ерунды!

Сара сидела за столом и, погрузившись в свой волшебный мир, рассматривала картинку на коробке с хлопьями. Она делала это каждое утро, и обычно Мелани страшно нервничала, потому что из-за мечтательности Сары они никак не могли выйти из дома вовремя, и потом Мел тряслась, что опоздает на поезд. Но теперь проблема отпала.

Голова Мел чуть-чуть кружилась от сознания, что у нее столько свободного времени впереди и никаких брифингов и деловых встреч. Она присела рядом с Сарой и погладила ее по светлой головке.

– Что мы будем делать сегодня? – спросила Мел, наслаждаясь вопросом. Совсем другое, нежели «Ешь скорее, Сара, а то мы опоздаем».

– Пусть Лили придет, и мы поиграем, – попросила Сара. Лили в последнее время отодвинула на второй план Табби, лучшую подружку Сары по детскому саду. Хотя Мел была едва знакома с матерью Лили, она знала, что та занимала какой-то важный пост в бизнесе и забирала Лили еще позднее, чем Мел своих девочек.

Мелани ощущала огромное облегчение, что те дни кончились. Только сейчас, когда все осталось позади, она смогла понять, какой страшный стресс и какое чувство вины испытывала.

– Лили сегодня весь день в «Маленьких тигрятах», – объяснила Мел. – Теперь, когда я не хожу на работу, вам не надо идти в детский сад. У вас будут новые друзья, хотя мы можем пригласить и Лили к себе как-нибудь вечером или на уик-энд.

– А я хочу сейчас. – Нижняя губка Сары задрожала.

– Давай попозже позвоним ее маме и поговорим об этом, – предложила Мел, радуясь, что записала номер телефона на какой-то общей вечеринке.

– Не попозже, а сейчас, – настаивала Сара. – Она моя лучшая подружка.

Как Мел не подумала об этом? Почему она не учла, что дети могут скучать по своим друзьям? Но детский сад не мог принять девочек на несколько часов, например, только на утро. Да они и не смогли бы сейчас позволить себе это, а никаких других заведений в городе не было. Правда, Мел никогда этим и не интересовалась, так как у них были «Маленькие тигрята». Она должна придумать что-нибудь, чтобы ее девочки могли общаться с другими детьми.

– Я думала, вы обрадуетесь, если я буду с вами дома все время. Разве это не прекрасно? Я больше не буду ходить на работу, и мы сможем пойти в зоопарк, или в парк, или съездить на ферму.

– И сегодня, и завтра, и послезавтра? – подозрительно поглядывая на мать, спросила Сара.

– Да, конечно, я же сказала, – мягко проговорила Мел.

– Хорошо. – Одно слово, и вопрос решен. – Можно я возьму

кекс, мамочка? – спросила Сара. – Мне надоели хлопья.

Завтрак закончился, и Мел с профессиональным умением взялась за поиски места, где проводят время другие неработающие матери со своими маленькими детьми. Она нашла пять телефонных номеров, но в понедельник действовал только один – Сент-Симеон-Скул.

– У нас сегодня будет новое приключение, – сообщила она девочкам, положив трубку. – И очень интересное, вот увидите, вы познакомитесь с новыми ребятами! А теперь марш наверх, вымойте руки и причешитесь.

Кэрри и Сара бросились вверх по лестнице, а Мел спросила себя, почему ей раньше не пришло в голову бросить работу. По сравнению с тем напряжением, которое она испытывала каждый понедельник, этот был просто чудо. Мел взяла кекс и, откусив кусочек, стала подниматься наверх. Не так уж плохо для начала.

Подъезжая к школе рядом с церковью, она увидела еще двух женщин, которые направлялись туда же. Мел опознала их по коляскам на верхнем багажнике.

Одна из женщин, ростом повыше, с вьющимися темными волосами, свободно спадающими на плечи, была определенно в положении. В просторной лиловой рубашке и брюках, расшитых стразами, дабы отвлечь внимание от большого живота, она выглядела весьма экзотично. Мел часто видела ее за рулем на дороге. Но они никогда не обмолвились ни словом и не раскланивались.

Другая женщина была маленькой, хрупкой и, пожалуй, постарше. Или, может быть, Мел так казалось, потому что она была матерью пятерых детей. Она жила неподалеку, и Мел давно приметила ее. Она не раз слышала, как эта самоотверженная мамаша говорила своим детям, что нужно не тратить время попусту, а делать карьеру! Обе женщины поздоровались, как хорошие друзья.

Мел чувствовала себя так, словно ей опять пятнадцать и она идет в новую школу. Она никого здесь не знала, и все поглядывали на нее с интересом. В зале уже сидели несколько женщин, а все свободное пространство пола было занято разнообразными игрушками. Мальчишки крутились около игрушечных машин из пластика. На столе приготовлены чашки, нераспечатанные пакеты с печеньем и прочие детские сладости. И большой, домашнего приготовления, пирог. «Я бы тоже могла что-нибудь испечь», – подумала Мел. Если она справилась с кексами, то и пирог одолеет.

Она приветливо кивнула женщинам и поставила свой рюкзачок на стул около двери – жест, которым она хотела подчеркнуть, что она здесь новенькая и знает свое место. В отличие от нее Сара и Кэрри не страдали от излишней скромности. И тут же оказались в центре внимания.