Страница 10 из 99
Алек напрягся. – Что ты имеешь в виду, Уолтер? – спросил он. Впредь он должен приходить вовремя. Не стоит провоцировать восстание.
– Ну… – Уолтер снова откашлялся и глянул на остальных членов комитета. Очевидно, его выбрали, чтобы он говорил от их имени. – Хотя мы все согласны с целью нашего комитета – собрать деньги в фонд спасения маяка, но, в то же время, мы не можем договориться о том, каким именно образом маяк должен быть спасен. Что касается меня, то я не хочу рыть носом землю, чтобы собрать деньги, а затем провалить все дело, пустив их на попытку передвинуть эту чертову штуку и опрокинув ее по дороге.
– Я тоже так считаю, – сказала Сондра. – Либо наши деньги пойдут на то, чтобы построить вокруг маяка дамбу, либо они ничего не получат.
– Подождите, – Алек поднял руку. – Вы все знаете, что не мы должны принимать решение о том, как спасать маяк.
– Верно, – сказала Нола. Ее светлые волосы были заколоты, как обычно, на ней был серый деловой костюм, на лацкане которого красовался голубой значок «Дорсетт Риэлти». Она ткнула длинным красным ногтем в Уолтера:
– Парковая служба, точно так же, как и мы, хочет спасти маяк, Уолтер. Они не дадут согласия, если вариант будет недостаточно надежный. Давайте продолжим, друзья, – призвала она. – Мы работаем весьма активно, и деньги уже начали поступать. Теперь, когда дело близко к завершению, вы хотите все бросить.
– Я просто боюсь, что они сделают неправильный выбор.
Казалось, Уолтер сейчас расплачется, и Алек понимал его беспокойство. Все присутствующие в комнате любили маяк на Кисс-Ривер и понимали его непрочность. До недавнего времени существовал только один план спасения маяка: построить вокруг него дамбу. Через несколько лет маяк будет полностью окружен морем – он окажется на искусственном острове. Решение привлекательное с эстетической точки зрения. Несколько недель назад парковая служба вдруг передумала и вполне серьезно заговорила о том, чтобы передвинуть маяк: проложить рельсы, поднять его и передвинуть на 600 ярдов от берега. Все это стоило несколько миллионов долларов. Эта идея путала, принять ее было трудно. Алек не только понимал, чего боялся Уолтер, но и разделял его страхи.
– Нола права, – сказал Алек. – Мы должны верить, что инженеры примут лучшее решение. Мы не можем пересматривать сделанные ими выводы.
Нола подмигнула ему:
– Я предлагаю продолжить собрание.
– Я поддерживаю данное предложение, – сказал Брайен.
Послышалось ворчание, но никто не покинул собрание, и Алек целый час вел их через джунгли различных идей: благотворительный аукцион, информационная брошюра – чтобы привлечь интерес, побольше публичных обсуждений и диспутов.
Только приехав домой, он позволил своим страхам вырваться наружу. Инженеры были всего лишь людьми и тоже могли ошибаться. Что, если они разрушат маяк, пытаясь спасти его?
Он сидел за столом у себя в кабинете, когда Лейси вернулась из школы. Он заметил ее в окно. Она стояла на тротуаре, разговаривая со своей ближайшей подругой Джессикой Диллард, дочерью Нолы. Джессика улыбалась, но в ее улыбке было что-то нехорошее, какое-то мерзкое превосходство, удивившее его и заставившее сердце болезненно сжаться от беспокойства за дочь. Джессика стояла, уперев одну руку в бедро. Ее прямые светлые волосы лежали на плечах, а пальцы грациозно сжимали сигарету. Она была очень похожа на свою мать.
Алекс приблизился к открытому окну.
– Ты должна попробовать, Лейси, – говорила Джессика. – Этот год был для тебя таким тяжелым. Ты забыла, что такое веселье.
Лейси что-то ответила – он не расслышал, что именно, – и направилась к дому. «Попробовать что?» – спрашивал он себя. Алкоголь? Марихуану? Секс? Его передернуло, он повернулся лицом к двери – стул под ним заскрипел:
– Лейси?
Она шагнула в кабинет, сложив руки на груди.
– У тебя все в порядке с Джессикой?
– Да, – Лейси отгородилась от него стеной рыжих волос, которым она позволила обрушиться вниз и прикрыть ее левый глаз.
Он не станет на нее давить. Не сейчас.
– Я записал тебя в летнюю школу. На биологию и алгебру.
– Только неудачники ходят в летнюю школу.
– Боюсь, что у тебя небогатый выбор.
Она посмотрела на него правым, неприкрытым глазом:
– Ты собираешься поучать меня?
– Поучать тебя? Конечно нет, – он никогда не поучал своих детей. – Но ты должна пообещать мне, что в случае, если у тебя снова будут сложности в школе, ты мне об этом скажешь.
– О'кей, – она откинула волосы за спину и повернулась, чтобы выйти из комнаты. В дверях она заколебалась и снова посмотрела на него:
– Извини, пап. Я была просто не в состоянии учиться в этом году.
– Я понимаю, о чем ты, Лейси. Я тоже был не в состоянии работать.
ГЛАВА 6
Пол еще лежал в постели, когда услышал по радио интервью. Речь шла о маяке на Кисс-Ривер. Сначала он решил, что это во сне, но постепенно до него стал доходить смысл слов, и в голове начало проясняться. Он открыл глаза навстречу золотисто-голубому свету, струившемуся через витраж в окне спальни. Он лежал неподвижно и слушал.
Женщину звали Нола Диллард, и она говорила о комитете спасения маяка:
– Мы потеряем маяк на Кисс-Ривер через три года, если эрозия будет развиваться с прежней скоростью.
Пол повернулся на бок и увеличил громкость, а тем временем Нола Диллард продолжала говорить о катастрофе, угрожавшей самому высокому маяку в стране. Когда она закончила, Пол достал из тумбочки телефонную книгу и позвонил на радио.
– Как я могу связаться с женщиной, которая только что давала интервью по поводу маяка? – спросил он, опершись на спинку кровати.
– Она еще здесь, – ответил ему мужской голос на другом конце провода, – подождите.
Последовала тридцатисекундная пауза. В трубке были слышны голоса, смех.
– Нола Диллард у телефона, – произнес женский голос.
– Да, мисс Диллард. Меня зовут Пол Маселли. Я только что слышал беседу с вами о маяке на Кисс-Ривер. Я бы хотел помочь.
– Прекрасно! – воскликнула она. – Сейчас мы более всего нуждаемся в деньгах, мистер?..
– Маселли. Боюсь, что в финансовом отношении я не могу быть вам слишком полезен, но у меня есть энергия и немного свободного времени. Я был бы счастлив помочь каким-либо другим образом. Я не знал, что маяк в опасности.
Повисла пауза. Очевидно, он сказал что-то невпопад, что-то неправильное.
Когда она снова заговорила, в ее голосе послышался едва ощутимый холодок.
– Вы недавно приехали в Аутер-Бенкс, мистер Маселли?
Так вот в чем дело. Он чужак. У него мелькнула мысль рассказать ей о том, что он жил здесь много лет назад целое лето, после того, как получил степень магистра, но сдержался. Он никому не рассказывал о тех нескольких месяцах, проведенных в Аутер-Бенкс, даже Оливии.
– Да, – сказал он, – я здесь недавно, но я работаю в «Бич газетт» и, конечно же, могу быть чем-то полезен.
Нола Дилард вздохнула:
– Ну, ладно, вот что я вам скажу, дорогой. В четверг вечером у нас собрание комитета в ресторане «Си Терн». Вы знаете, где это?
– Да.
О да. Два интервью у Энни он брал именно в этом ресторане. После ее смерти он избегал его.
– Давайте встретимся перед входом в семь сорок пять. Я сначала поговорю с комитетом и несколько подготовлю почву, ладно?
Он поблагодарил ее и повесил трубку. По крайней мере она не спросила, какой интерес для него представляет маяк.
Тогда бы он сказал, что фанатично увлечен историей и не может смириться с утратой подобной реликвии. В общем-то, это было правдой.
Нола Диллард была эффектной женщиной. Ей было, пожалуй, сорок с небольшим. Светлые волосы, зачесанные наверх, огромные серые глаза и кожа немного суховатая от солнечных ванн, которые она, вероятно, принимала круглый год.
Она протянула ему руку.
– Все удалось устроить, мистер… Пол, так, кажется? Меня зовут Нола. Пойдемте.