Страница 38 из 68
Наконец Джордан уехал с расстроенным видом, пообещав, что оставит ее на время в покое и даст ей возможность взяться за ум. Она увидит, что значит женщине быть совсем одной, без друзей, в этом пустынном краю. Даже если Клинт вернется, язвительно заметил Джордан, она никогда не сможет ни в чем ему доверять, потому что он никчемный человек, пьяница. Все вокруг его ненавидят и презирают. И если Дэнси от него не избавится или примет его помощь и официально завладеет этими землями, ей на собственной шкуре придется ощутить враждебность соседей.
– Нет, – вслух сказала Дэнси, освобождаясь от задумчивости. – Это мой дом, мое место здесь.
Она сидела за столом, едва прикоснувшись к грудинке с картофелем. За окнами дул ветер, и тихий день, похоже, уступал место грозовой ночи. В углах хижины зашевелились, поползли тени. Вздрогнув, Дэнси от души пожалела, что Клинта нет сейчас рядом.
– И потом, – чуть слышно добавила она, отодвигая от себя тарелку и поднимаясь, – мне просто больше некуда идти.
По щеке покатилась предательская слезинка.
Она стояла у двери и задумчиво смотрела на бледно-сиреневую дымку сгущающихся сумерек. Верхушки деревьев гнулись к земле под усиливающимися порывами ветра. Далеко у горизонта сполохи молний кромсали темнеющее небо. День был ужасно жарким, и с первыми каплями дождя сразу посвежело.
В конце концов она легла спать, надеясь, что ночь пройдет быстро. Пистолет лежал рядом, но вовсе не страх одиночества угнетал девушку. Просто хотелось, чтобы быстрее наступило утро и можно было снова предвкушать возвращение Клинта. Да и Билли с Роско тоже.
Дэнси истосковалась по Клинту. Она закрыла глаза и уснула с мыслью о нем. Эта мысль согревала и поддерживала ее в такую долгую одинокую ночь.
Печальный звук, похожий на вой зверя, призывающего самку в прерии, разбудил Дэнси. Потом, стараясь вырваться из липкой паутины сна, она поняла, что это голос человека, зовущий ее по имени.
– Дэнси… Дэнси, дитя мое. Ты слышишь меня?
Вскочив с постели, Дэнси нащупала кобуру, висящую на спинке кровати. Только когда ладонь стиснула рукоятку пистолета, Дэнси двинулась к двери.
– Дэнси… Дэнси… – Голос звучал отчаянно, умоляюще.
Сердце билось так часто, что трудно было дышать, каждый нерв был напряжен до боли. Дэнси открыла дверь и с опаской выглянула наружу. Гроза прошла дальше, дождь прекратился, и, хотя ветер был еще сильный, воздух благоухал острым запахом хвои.
Все было тихо, и Дэнси сказала себе, что ей просто послышалось. Это, вероятно, кричала птица – может, сова. Конечно, ее никто не звал.
– Дэнси, Дэнси, любовь моя…
Крик вырвался у нее из горла, когда она повернулась к холму, где было их с Дули секретное место. В какое-то мгновение Дэнси показалось, что она видела всадника в тени свисающих ветвей ивы. Правда, пальцы рваных туч спрятали молодой месяц, и уже нельзя было сказать, человек это или игра теней.
Тучи разошлись, и все залил лунный свет, снова тот же голос позвал девушку.
Дэнси отважилась только переступить порог. Палец замер на спусковом крючке, готовый нажать его в любой момент.
– Ты должна уехать отсюда!
Дэнси вглядывалась во тьму, пытаясь разглядеть лицо, скрытое густой тенью. Видно было, что человек одет в сильно поношенную военную форму.
– Кто ты? – спросила она. В голосе звучало бесстрашие, которого на самом деле не было. – Что ты от меня хочешь?
– Уезжай, – сказал он печально. – Забудь это место.
Услышав эти слова, Дэнси взорвалась:
– Клинт, это ты? Ты что, решил подшутить надо мной? Не выйдет! И тебе, черт побери, лучше прекратить это, – она взвела курок пистолета, и щелчок прозвучал взрывом в застывшей тишине.
Луна снова спряталась за тучами, и ей показалось, она слышит:
– Это твой дядя Дули, Дэнси. Разве ты не узнала меня?
Когда луна снова выглянула, человек исчез.
Это Клинт, уверяла себя девушка, осторожно спускаясь по ступеням и пересекая двор. Если нет, то кто же тогда? Ку-клукс-клан? Она это выяснит, черт побери!
Минут десять Дэнси осматривалась окрест, потом сдалась и вернулась в дом ждать восхода солнца.
Остаток ночи Дэнси не сомкнула глаз. Она была напряжена и насторожена, готова с первыми лучами скрупулезно обследовать место, где появлялся «призрак».
Однако там ничего не оказалось. Девушка убеждала себя, ежась от страха, что ей это не приснилось. Она действительно видела и слышала кого-то. А так как не было никаких следов, очень легко поверить, что это был призрак.
Но Дэнси не верила в привидения. С глубоким вздохом она признала, что, кто бы это ни был, он очень умен. А если это клан? Несомненно, они вернутся, когда поймут, что их жестокая затея не сработала.
«Ну что ж, их следующее посещение может стать последним», – горячо поклялась Дэнси.
Дэнси усердно работала, расчищая заросший за шесть лет сад возле хижины, когда вернулись Билли и Роско. Дэнси выронила мотыгу и побежала им навстречу, радостно размахивая руками. Девушка радовалась не только и не столько деньгам, которые они вернули ей с подробным рассказом о том, как Бен все продал с немалой выгодой, но и тому, что нашла двух работников, которым могла полностью доверять.
Роско передал слова Бена, что в любое время, когда у нее еще будут мулы или лошади, он найдет множество покупателей – фермеров, желающих их приобрести. Цены на аукционах для них слишком высоки, а Дэнси, вероятно, достаточно богата, чтобы продавать по оптовым ценам.
Дэнси пересчитала деньги, подпрыгивая от радости.
– Следующую партию мулов и лошадей я куплю для себя. Джентльмены, – сказала она с широкой улыбкой, – если вы хотите получить работу сборщиков живицы, считайте, что вы ее уже получили! И любой из ваших друзей тоже.
Билли и Роско недоверчиво обменялись взглядами и заулыбались, уверяя, что знают много людей, ищущих работу, и всем им расскажут о ее предложении.
– Я поеду в город купить кое-какие инструменты и снаряжение, – воскликнула Дэнси. – Я рада, что вы, ребята, вернулись вовремя, так что я могу сделать это прямо сегодня.
– Мы бы раньше вернулись, – пояснил Билли, – но я зашел к Мак-Кейбам повидать сестру. Хотел рассказать, что по пути встретил двоюродного брата, он сказал, что один наш родственник умер. Но Молли у Мак-Кейбов не было, я нашел ее у двоюродной сестры. Вы не сердитесь, мисс Дэнси?
– Конечно, нет. У меня уйма времени.
Дэнси пошла было к хижине, но тут ей пришло в голову спросить:
– А почему это Молли там не было? Когда я заходила недавно, мисс Эдди плохо себя чувствовала.
Билли смущенно переминался с ноги на ногу. В своей жизни он ничего, кроме рабства, не знал, и ему до сих пор было странно, что негр может перечить белым. Поэтому поступок Молли его слегка пугал.
– Она уволилась, – вымолвил наконец он, заметив, что Роско отошел в сторонку, не желая вмешиваться.
– Уволилась? Но почему? Ты же говорил, что Молли не обращает внимания на капризы мисс Эдди и что ей нужны деньги. Почему же она уволилась?
– Ну, не захотела – и все, – увильнул Билли.
– Билли! – настойчиво проговорила Дэнси. – В чем дело? Я должна знать! – Она подошла, взяла Билли за плечи и легонько встряхнула.
– Молли сказала… – Он запнулся и сглотнул слюну, не желая передавать плохие новости. – Молли сказала, что у мисс Эдди, наверное, оспа.
– Оспа? – воскликнула Дэнси.
Роско юркнул за конюшню.
– Да, мэм, – продолжал Билли, теребя в руках соломенную шляпу. – Не знаю, слышали вы или нет, но в последний год войны в Нэшвилле многие болели оспой. Много людей умерло. Молли сказала, что помнит, как наша бабушка рассказывала про оспу, и думает, что у мисс Эдди то же самое. Поэтому она не захотела оставаться и ухаживать за ней.
– А сейчас рядом с ней кто-нибудь есть?
– Не знаю. Молли говорила, что просидела около нее целую ночь. Мисс Эдди просто вся горела в лихорадке и бредила. Ну, Молли решила, что у нее оспа, и ушла. Она сказала: дома никого не было, потому что мастер Джордан уже уехал в банк.