Страница 13 из 32
У нее почти не было опыта общения с мужчинами. На это всегда не хватало времени, как и для других развлечений. Но даже она, по своей наивности не обременявшая себя заботой об угрожающих молодой женщине опасностях, вдруг почувствовала сигнал тревоги.
– Марни!
Джеми заметил ее. Она увидела, как резко повернулась в ее сторону темная голова Гая. Она отметила для себя, как внезапно сузились его темные глаза и напряглось тело. Марни с трудом отвела от него свои большие синие глаза и посмотрела на брата.
Джеми подошел к ней. Видно было, что он рад – об том говорила улыбка от уха до уха на его лице.
– Что ты здесь делаешь? – тем не менее удивленно спросил он ее.
Она ответила, тщетно пытаясь не смотреть туда, где стоял Гай, стоял совершенно спокойно и не сводил с них глаз. Он не пытался делать вид, что не обращает на нее внимания, он ждал ее взгляда, и их глаза встретились.
– Как хорошо, что ты приехала! – воскликнул ее брат. – Ты можешь сходить со мной на ланч? Неподалеку отсюда есть закусочная, там неплохо кормят. Мы могли бы…
– Джеми, познакомь нас.
Марни вспоминала. Все так просто. Представь меня. Я хочу познакомиться. Я хочу. Дай мне. Мое.
Все желания соединились в этих вырвавшихся у него словах.
Джеми не обратил внимания на ее состояние и спокойно представил Гая сестре. Тот сделал шаг в их сторону. Она вдруг почувствовала себя совсем одинокой и беззащитной. Ее испепелял этот горячий темный взгляд.
– Это моя сестра, Марни, – сказал Джеми. – Марни, познакомься с моим хозяином, мистером Фрабосой.
– Гай, – сказал он ей.
Это имя прозвучало как удар хлыста.
Он протянул ей свою изящную, загорелую руку. Марни, нервничая, подала ему свою. Она немного дрожала и пыталась понять, что же происходит с ней. Она была потрясена еще больше, когда вместо того, чтобы пожать ее руку, он поднес ее к губам. Его темные глаза не отрывались от ее синих глаз.
Именно в эти считанные мгновения она с макушкой увязла в любви к нему. Конечно, в то время она еще ничего не понимала. Она еще не проснулась, ее собственная сексуальность дремала, и Марни не страдала от этого, но принимала как должное. Уж такая она есть!
Поэтому она была испугана внезапным мощным взрывом эмоций. Да что тогда – она до сих пор не может прийти в себя. Но тогда она не знала, как реагировать на эти эмоции. Гай даже не старался скрыть, как сильно она привлекала его.
Почувствовав это, Марни испугалась. Она вырвала у него руку и инстинктивно сделала шаг назад. Гай насмешливо улыбнулся ей. Его позабавила эта детская попытка отодвинуть неизбежное. А ведь для него все это уже тогда стало неизбежным!
Он пригласил ее на чай в свой дом. Марни отказалась, холодно заявив ему, что приехала повидать своего брата. Тогда Гай резко ответил ей, что Джеми будет занят до самого вечера. Он повторил свое приглашение: пока ее брат будет занят, она сможет выпить с ним чашку чая. Она грустно посмотрела на брата. Тот был поражен и растерян. Но Марни однозначно не желала, чтобы Гай развлекал ее в отсутствие брата. Она отговорилась тем, что в Лондоне у нее назначено свидание. Джеми уставился на нее, раскрыв рот, – он прекрасно знал, что она не бегает на свидания.
Гай пристально поглядел на нее. Она покраснела, потому что его насмешливый взгляд говорил ей, что он понимает, что она лжет. Однако делать было нечего. Он поклонился, извинился и, улыбаясь, пошел к дому. Марни мечтала лишь о том, чтобы поскорее убраться отсюда. Джеми смотрел ему вслед. На его лице была растерянность.
– Я ничего не понимаю, – сказал он. – Гай обычно не ведет себя так…
– У тебя пять минут, Вестерн! – резко сказал Гай Фрабоса и повернул за угол дома.
– Ничего не понимаю! – воскликнул Джеми. – Почему ты была с ним так холодна, Марни? – спросил он ее. Он решил, что она виновата во всем случившемся. – Мне показалось весьма милым, что он так тебя приветствовал. А ты была как ледышка! Ты обидела его!
– Я приехала навестить тебя, Джеми, – холодно напомнила она своему брату. – Я не желаю пить чай с человеком, которого я совершенно не знаю.
Он пожал плечами, не понимая, что же произошло. Потом он проводил ее к машине, но прощание было скомкано. Джеми спешил, а мысли Марни были заняты отнюдь не братом.
Она желала как можно быстрее уехать отсюда, пока этот самодовольный тип не обратит на нее внимание еще раз. Джеми усадил ее в машину. Она обвела нервным взглядом окна дома, зная, что Гай Фрабоса наблюдает за ней. Он, наверное, притаился там, за занавесками. Марни вставила ключ зажигания, повернула – мотор молчал. Она попыталась завести его еще раз. Ничего!
Машина не заводилась. Тогда за дело взялся Джеми. Он пробормотал что-то насчет глупых женщин, которые ни с чем не могут справиться, приказал ей вылезти и сел в машину сам. Однако ничего не изменилось. Он вылез, поднял капот и начал копаться в машине. Марни стояла рядом, раздраженно постукивая ногой о землю. Она уже поняла, что кто-то успел покопаться в ее машине.
Краем глаза она заметила, что Гай лениво вышел из дверей. Он подошел к ним, насмешливо взглянул на нее и присоединился к Джеми.
Сейчас, когда она лежала в постели и ее могла видеть только луна, Марни не удержалась и улыбнулась. Прошли многие месяцы, пока Гай не признался, что сам испортил ее машину.
– Я не мог допустить, чтобы ты уехала, – сказал он ей.
Он признался в этом спокойно и нахально, что вполне соответствовало его характеру.
– Джеми знал, что ты это сделал? – спросила она его.
– Так как он ковырялся целых пять часов, прежде чем обнаружил, в чем там дело, мне кажется, что он все понял и сделал, как мне хотелось, – спокойно признался Гай. – Он слишком хороший механик, чтобы не понять, что кто-то специально испортил машину.
– Гай, иногда я ненавижу твою наглость!
– Иногда, cara, ты просто купаешься в ней! – пробормотал он, заключая ее в объятия, чтобы подтвердить слова делом.
К сожалению, Марни никогда не могла контролировать страсть, которую он возбуждал в ней. Даже в самые первые дни их близости, когда она была еще так неопытна и он знал об этом, ему без труда удавалось зажечь ее. Все происходило так быстро, что ужасало и шокировало Марни.
Именно эта неконтролируемость собственных поступков заставляла ее бороться с Гаем в последовавшие за знакомством тревожные и бурные недели. Гай, обладавший упорным и эгоистичным характером, поставил себе задачу завладеть ею, подчинить ее. А поставленные задачи он решал всегда.
Решил он и эту. Он получил все, что желал. Его совершенно не интересовали ее нужды и желания, и он добивался ее бесцеремонно, постоянно и с истинной страстью. Марни подумала, что, может быть, он и понимал ее желания, но предпочитал не обращать на них внимания. Даже такой толстокожий человек, каким был Гай, прекрасно понимал, что хотя он заставил ее покориться себе физически, но никогда не мог овладеть ее душой и предпочел не возиться с такими пустяками.
Марни грустно вздохнула и перестала бороться с воспоминаниями, которые нахлынули на нее. Она встала с постели и подошла к залитому лунным светом окну.
Брак ничего не изменил в их отношениях. Гай остался таким же, каким был в период бурных ухаживаний. Он сказал ей, что решил жениться, потому что не мог лишить ее невинности, не имея на это законных прав. Она так устала отказывать ему в его постоянных сексуальных желаниях, что как дурочка согласилась на это.
Итак, они поженились, и он повез ее к себе на родину – в Италию. Здесь в его уединенной вилле на средиземноморском берегу, выходящей на его собственный пляж, он научил ее всему, что только было можно узнать о физической стороне любви. Он настолько овладел ее волей, что ему было достаточно глянуть на Марни, как она тут же начинала желать его. У него не было никаких комплексов по поводу того, в каких формах они могли заниматься любовью. Того же он желал и от Марни – удовольствие не должно сдерживаться ничем! Ее тело стало таким же механизмом, готовым давать ему удовлетворение, как и его драгоценные машины. В течение шести сумасшедших страстных месяцев они плыли по жизни в тумане увлеченности друг другом. Единственным облачком, омрачавшим их сексуальный рай, было полное отсутствие духовного общения в свободное от любви время.