Страница 2 из 32
– Ты всегда катаешься верхом в такую рань?
Констанс пожала плечами.
– Не всегда, но… После завтрака мне придется уехать по делу. – Не могла же она сказать, что по его вине не сомкнула сегодня ночью глаз и надеялась, что прогулка поможет ей прийти в себя.
– Понятно, – задумчиво произнес он. – Так значит, моим надеждам на совместный ленч не дано осуществиться? А как насчет чашечки утреннего кофе?
Констанс испытывала непреодолимое желание побыть с ним, расспросить о жизни, но здравый смысл подсказывал, что это, по меньшей мере, бессмысленно. И все же она кивнула в знак согласия.
– На кофе вполне можешь рассчитывать, если подождешь, пока я позабочусь о Касторе.
Поболтаем о том о сем, попыталась утешить она себя, он удовлетворит свое любопытство, на том и расстанемся.
Осталась одна маленькая проблема – как скрыть свои чувства? Дориан и раньше мог одним взглядом пробудить в ней страсть, а сейчас его серые глаза смотрели так пристально…
У Констанс по спине пробежал легкий холодок.
Прошло немало времени с того памятного дня, когда они пренебрегли мнением родителей и поженились. Обоим пришлось бросить учебу и начать работать: Дориану – рабочим на стройке, а ей – продавщицей в магазине готового платья. Молодые сняли старый домик с верандой, который мало-помалу обживали, постепенно украшая и обставляя его мебелью. Они были безумно счастливы…
– Я помогу, если не возражаешь! – Дориан распахнул калитку в загон, расположенный рядом с домом, и пропустил всадницу вперед.
И пока Констанс чистила жеребца, он отнес седло и сбрую в конюшню, а потом встал рядом, наблюдая.
– Помнишь, – сказал он, прислонившись к стене, – как мы планировали построить дом вроде этого, с загоном для лошадей и собачьей конурой, и представляли себе, как по комнатам будет носиться кот, спасаясь от неугомонных детишек?
В голосе Дориана не было и тени сарказма, но Констанс ни на секунду не усомнилась, что он иронизирует. Сосредоточенно водя скребком по крупу Кастора, она вполголоса заметила:
– Значит, нашим планам не суждено было осуществиться.
… Они провели много счастливых часов, строя планы, особенно после того, как стало ясно, что Констанс забеременела. Естественно, они не намеревались заводить детей так рано, но все равно с радостью и надеждой ждали появления малыша. Особенно Дориан, который признался, что обожает детей. Они мечтали о большом доме за городом, в котором никогда не будет смолкать топот детских ножек.
Когда у Констанс случился выкидыш, Дориан страшно переживал и даже обвинил ее в том, что она легкомысленно отнеслась к своей беременности. Дело кончилось страшной ссорой.
С этого момента их отношения стали неотвратимо портиться. Они ругались из-за денег или их отсутствия, особенно когда Дориан в разгар зимы на какое-то время остался без работы; из-за того, что не понимали друг друга, – одним словом, по поводам, которые теперь казались смехотворными.
В результате Констанс скрыла от Дориана новую беременность. Она опасалась нового выкидыша, тем более что врачи предупредили ее о такой возможности. От одной мысли о том, какова будет реакция мужа, она приходила в панику. Однако действительность оказалась еще ужаснее!..
– А детьми ты обзавелась, Конни?
Констанс вздрогнула, очнувшись от воспоминаний.
– Нет, – еле слышно ответила она и отвернулась, чтобы Дориан не заметил слезы, блеснувшей на ее щеке. Предупреждая дальнейшие расспросы, она с наигранной непринужденностью спросила: – А как твои дела, Дориан? Ты не женился?
Он был привлекательным мужчиной, и Констанс не могла себе представить, чтобы такой человек долгое время мог оставаться без спутницы. За десять лет он прибавил несколько фунтов в весе, но только за счет мускулатуры.
– Нет. – Судя по всему, эта тема так же мало устраивала Дориана, как ее – расспросы о детях.
Тем не менее, Констанс проявила настойчивость:
– У тебя есть подружка?
– В том значении, которое ты имеешь в виду, нет.
«Нет сейчас, но были в прошлом» – не это ли он хотел сказать? Ей хотелось узнать о нем как можно больше, но спрашивать дальше она не решилась. Впрочем, какое это имеет значение, если они все равно больше никогда не увидятся?
– Я рада, что ты после нашего развода вернулся в университет.
… При первой же встрече Дориан объявил ей, что хочет стать великим архитектором и завоевать мировую известность. Мечты его осуществились, хотя тогда они казались фантастическими. В этом отношении он был достоин только восхищения…
– Это был разумный шаг, – согласился он. – А ты? Ты закончила образование?
Констанс отрицательно покачала головой. Ей такой возможности не представилось. Более того, когда начало тошнить по утрам, она вынуждена была оставить и работу.
– Я… я… снова начала работать, – сказала она уклончиво.
– Но уже в другом месте?
Она нахмурилась. Он что, следил за каждым ее шагом? Неужели ему известно и о ребенке? Ее бросило в жар при одной мысли об этом. Уж не потому ли он появился? Наверное, не надо было предлагать ему кофе… Констанс с яростью продолжала тереть спину жеребца, как вдруг пальцы Дориана поймали ее руку.
– Конни, неужели ты думаешь, что я мог забыть тебя?
Она судорожно сглотнула.
– Я просто не думала, что ты знаешь так много. Я веду не настолько яркую жизнь, чтобы о ней писали в газетах.
– Я случайно услышал, что ты открыла собственный бутик в Шеффилде.
Констанс кивнула. Что еще ему известно? – с беспокойством думала она.
– И как идут дела? – поинтересовался Дориан.
Она пожала плечами.
– Неплохо.
– Полагаю, ты скромничаешь. Арендная плата в центре города очень высока, так что, судя по всему, ты процветаешь. По-прежнему мечтаешь о том, чтобы открыть сеть магазинов?
Это действительно была ее заветная мечта – они оба были честолюбивы. Констанс подумывала даже о том, чтобы стать модельером. Печально усмехнувшись, она снова покачала головой:
– Вряд ли.
В свое время Крис очень холодно отреагировал на то, что она открыла собственный магазин. Он не желал, чтобы его жена работала, и постоянно заводил речь о том, что она должна уволиться. Но в ситуации, когда за домом следили экономка и садовник, Констанс считала, что имеет право настоять на своем, и мужу, в конце концов, пришлось сдаться.
Правда, магазином в основном занималась ее подруга Камилле, а сама она появлялась там лишь время от времени, так что Крис мог быть уверенным, что его жена не переутомляется на работе.
– Тебе нравится жить здесь? – прищурившись, спросил Дориан.
В этом вопросе был какой-то подвох или это ей только почудилось? Он в курсе того, что она овдовела? А может, именно поэтому и стремился к встрече с ней, рассчитывая начать все сначала?
Если так, то его ждало жестокое разочарование. Нельзя дважды войти в одну и ту же реку.
– Да, очень, – решительно сказала Констанс, повесила седло и уздечку на крюк и двинулась к дому.
У задней двери она скинула с ног сапоги и провела Дориана внутрь. Интересно, промелькнуло у нее в голове, заметит ли он, что дом обставлен именно так, как мы когда-то планировали?
Впрочем, скорее всего он уже и не помнит об этом. Во всяком случае, так она надеялась. В свое время Крис предоставил ей возможность на свой вкус обустраивать дом, и она невольно воплотила все свои давнишние мечты. Констанс и представить не могла, что Дориан когда-нибудь появится здесь.
Они прошли по узкому коридору, миновали гостиную, выдержанную в спокойных серо-голубых тонах, потом оранжерею и, наконец, оказались в саду. Июньский воздух был напоен солнечным светом, благоуханием цветущих розовых кустов, пением птиц… Все вокруг было полно мира и безмятежности.
Констанс усадила гостя на плетеное кресло.
– Извини, я приму душ и переоденусь.
– Звучит многообещающе, – сверкнул озорной улыбкой тот.
– Не забудь, я замужем, – торопливо напомнила она.