Страница 2 из 51
Я скольжу по заднему сидению, желая поскорее свалить из этой машины. Кожаное сидение скрипит от моих движений, звучит выстрелом в тишине. Я тянусь к ручке двери, когда замечаю, как быстро двигаются пальцы водителя. Крупные, длинные и явно сильные пальцы. Он нажимает что-то, и в салоне раздаётся громкий щелчок. Когда я дёргаю дверцу - она не поддаётся.
Страх прокатывает по тел, врезаясь ударом в солнечное сплетение. В ушах начинает шуметь от бешеного сердцебиения.
Я резко дёргаю дверцу ещё раз, но результата нет. Кровь в жилах леденеет, словно транквилизатор попадает в тело. Пальцы цепенеют на ручке, начиная подрагивать. Моё дыхание срывается на всхлипы, когда я понимаю, что не могу выйти.
Дяденьки, - тяну я неуверенно. - Выпустите меня, а.
Нет, - ухмыляется Эмиль. - Мы с братом как раз обсуждали, какой нам подарок стоит взять на праздник. А тут - ты. Будешь нашим подарочком, снегурочка.
Глава 2
Меня пробивает током.
Не таким маленьким, щекочущим, а таким, который бьёт так сильно, чтс мышцы дрожат. Меня выворачивает наизнанку.
Я сижу в этой машине, как идиотка, ещё и в короткой юбке, и понимаю только одно - всё. Провал.
Спасибо, блин, благотворительность. Помогла деткам! Теперь помощь нужна мне. Грудную клетку стягивает словно обручем, пальцы становятся ватными. Я смотрю на мужчин, и мне реально становится страшно. До дрожи, дс того, что кожу на затылке тянет. Они оба смотрят на меня так, словно выбирают резать или душить. Тот, что справа приподнимает бровь, как будто ему смешно.
Уголок губ дёргается, и от этого движения у меня ноги холодеют.
А второй. Он вообще не улыбается. Он просто смотрит.
Смотрит так, что позвоночник хочет выскочить через пятки и бежать отсюда подальше. Я сжимаю край сиденья, слышу звук натянутой кожи под пальцами. Хоть что-то держать, чтобы не задрожать всем телом.
- Я... Я не подарок, - выдавливаю, голос срывается. - Я человек. Обычный. Нормальный. У меня даже ипотеки нет. Ничего у меня нет. Эмиль тихо усмехается, склонив голову набок, как хищник, изучающий, насколько быстро добыча сдастся.- Да? - протягивает мужчина. - А выглядишь прям как сюрприз. Такой, что сам в руки прыгает. Я сглатываю и сглатывать нечем, горло сухое, как пустыня. Из глаз, кажется, искры летят. Я пытаюсь дышать, но, кажется, становится только хуже.
- Ребята... - пробую улыбнуться. Выходит жалко. - А давайте... давайте сыграем в догонялки? Тишина. Мёртвая. Такая, как бывает перед казнью. Оба мужчины разворачиваются ко мне одновременно.- Чё? - хмурится второй.
Его имя я ещё не знаю. И... Честно? Не уверена, что хочу знать.- В догонялки, - повторяю пискляво. - Ну... Я бегу. А вы... Типа... Побежите за мной. Новогодние игры, ага.
Они смотрят на меня, как на сумасшедшую. Эмиль медленно поворачивает голову к мужчине, потом обратно ко мне. Девочка...
- его голос опускается ниже. - Если тебе так хочется
побегать... Я тебе другое кардио организую.
Глаза распахиваются, зрачки у меня, наверное, сейчас на пол лица. Щёки вспыхивают, ноги становятся ватными. Второй мужчина при этом даже не шевелится. Он просто продолжает смотреть. Его взгляд как стальной обруч на моём горле. Не давит... Но даёт понять, что может раздавать если захочет. Я вжимаюсь спиной в дверцу, которая всё равно заперта, и чувствую, как дрожь катится по коже волнами.- Не надо мне... Кардио... - пищу. - Я вообще бегать не люблю. Ага. Ненавижу спорт. Спорт зло. Я... Я вон, на каблуках хожу, у меня стопы слабые... Эмиль тихо смеётся.
- Брат, она охуенная.
Второй мужчина чуть поворачивается и смотрит в упор.
- Сядь нормально, - говорит коротко.
Я замираю.
Голос у него низкий, тяжёлый... Такой, что тело реагирует быстрее мозга. И я реально сажусь ровно. Просто на автомате. Эмиль ухмыляется лишь шире. Вот видишь, Раиль, - цокает он. - Какая послушная.
Не послушная! - тут же взрываюсь. - Я просто... Уважительно! Вы сказали…. Я…- Не дёргайся, - перебивает Раиль.
Одно слово и меня прибивает к сиденью, как гвоздём.
Я чувствую, как дрожат колени. Пальцы снова немеют. Сердце скачет так, что кажется соседи в следующем доме слышат.
Я реально не знаю, что делать. Кричать? Плакать? Или...
Я хватаю воздух, глаза бегают между мужчинами.
А мысли скачут как бешеные тараканы на стероидах.
Помогла деткам... Ага, молодец. Спасибо, Нина. Спасибо за доброту души. Молодец. Хлопаем.
Аплодисменты и занавес.
- Пожалуйста, - выдыхаю. - Просто отпустите меня. Я домой хочу. У меня там... Мандарины. Вкусненькие. Эмиль поворачивается ко мне на пол-оборота, опираясь локтем о спинку. Девочка...
его глаза блестят хищно. - Не кипишуй, окей? Нормально
всё будет.
Господи, господи, господи... Что делать-то?!
Эмиль открывает дверь, запуская прохладный воздух в салон. Я съёживаюсь, внимательно следя за Эмилем. Я быстро, Раиль, - бросает тот. - За пару минут заберу то, что нужно нам. И можем ехать.
Эмиль выходит, оставляя меня наедине со своим братом. И мне это совсем не нравится! Дверь захлопывается, и тишина так резко опускается в салоне, что у меня реально пробегает мороз по позвоночнику.
Я поворачиваю голову и натыкаюсь на взгляд Раиля. Тёмный. Жёсткий. Он вообще моргает?
Ощущение такое, что Раиль прожигает меня насквозь. Сверлит своим вниманием, заставляя сердце трепыхать. От того, как мужчина изучает меня - кожа словно натягивается. Мне хочется стать мелкой-мелкой. Настолько мелкой, чтобы, может быть, под сиденье пролезть. Чтобы исчезнуть, раствориться, просто стать снежинкой и улететь нахрен отсюда.
Я поджимаю ноги, переплетаю пальцы, чтобы скрыть нервозность. Но дрожь всё равно выдаёт меня, спина дёргается, плечи подрагивают. А как в такой ситуации сохранять спокойствие? Новогодняя ночь. А я черт пойми где, дьявол пойми с кем. Ну что это за новогоднее чудо такое? Может, меня прокляли? Раиль отводит взгляд на секунду. Медленно. И так же медленно произносит. Замёрзла?
Нет. Нет-нет, я... - я мгновенно трясу головой. - Нормально. Отлично. Я вообще огонь. Хотя ноги уже не чувствую. И руки. И свою душу, если честно. А так нормально, правда.
Господи, что я несу? У меня вообще с головой порядок?
Раиль ничего не отвечает. Нажимает какую-то кнопку. Тёплый воздух начинает идти из печки, обдувая мне колени. Я моргаю, понимая, что мужчина включил печку. Человек, который смотрит на меня так, будто сейчас разрубит на кусочки, позаботился обо мне?
Спасибо...
писк вырывается сам.
Раиль ничего не отвечает, только легонько кивает. Опять смотрит. Молчание тянется.