Страница 20 из 140
Полненькая, но не менее миловидная, чем Сияна, подавальщица уже спешила к нам. Передо мной выставили широкое блюдо с омлетом, краюху свежего хлеба и кувшинчик с напитком. Буркнувший живот потребовал этого всего и добавки. Не стал долго мучить себя, накинулся на еду. Омлет был с тонкой мясной нарезкой, похожей на бекон, приправлен дольками помидора и петрушкой. Объедение. В кувшине обнаружился освежающий ягодно-кислый морс. Уплетая одуряюще вкусный омлет, я разве что не мычал от гастрономического кайфа.
— Корней, тут поступило предложение от мастера Пакко сходить до его кузни, — обратился Рэброг ко мне после того, как я насытился и отвалился от тарелки. — Есть у него несколько профессиональных вопросов к тебе. В сопровождении пойдёт Маргуре.
— Прихвати свою струну и нож, хочется изучить их, — добавил гном. — Я ведь правильно понял, что струна из металла?
Вот теперь стал понятен его утренний энтузиазм и хитрый блеск в глазах. Как только до утра дотерпел? Я быстро сходил в свою комнату, снял струну с люмани, прицепил к ремню на клипсе ножны с ножом и, заперев дверь, спустился вниз. Пакко с Маргуре уже топтались у выхода из трактира, ожидая меня.
По пути к кузнице мы прошли мимо тренировочного плаца, где орки отрабатывали упражнения с оружием. Немного притормозив, я понаблюдал за тренировкой. Гонявший молодых орков опытный инструктор отдавал резкие команды и указывал на видимые только ему ошибки при помощи крепкой палки и затрещин. Обучаемые орки гневно сверкали глазами, скрежеща зубами, но перечить более опытному наставнику не смели.
Когда дошли до кузницы, там уже кипела работа. Лысый орк и пара гномов подготавливали инструменты и материалы для ковки. Возле раскалённой кузнечной печи отдельной кучкой лежали испорченные сельскохозяйственные инструменты. Что-то, вероятнее всего, уйдёт на переплавку, что-то починят. Аутентичный антураж кузницы этого времени и мира.
— Это зелёное недоразумение, Лорк. Два лохматых гнома, подмастерья Ванг и Роги, — коротко представил мне работников Пакко.
— Привет, Корней! Здорово вчера отдохнули, спасибо за музыку, — помахал рукой один из подмастерьев и забубнил песню «Гномы».
Я помахал в ответ и, обернувшись к недовольно сопящему Пакко, вложил в его протянутую ладонь скрученную струну. Тот сразу начал её изучать с помощью лупы. Удивлённо округлил глаза, отрываясь от исследования.
— Это делал ювелир? — первое, что он спросил.
— По сути, это ювелирная работа. А на практике такие струны у нас делают машины.
И пришлось, как мог, рассказать тонкости массового производства с использованием машинерии и других приспособлений, заменяющих ручной труд. Гном только поражённо хмыкал и зачем-то начал разматывать латунную навивку с моей струны. Я вовремя остановил его, пока этот энтузиаст не оставил меня без важной струны. Немного поругавшись, разрешил отрезать небольшой кусочек длиной в ладонь. Добившись своего, Пакко потребовал мой нож для изучения, а также ножны с клипсой из пружинной стали для крепления на ремне. Так как меня не прогоняли из посёлка и сам пока уходить не собирался, спокойно отдал затребованное.
— Так, что тут у нас? — обстучав маленьким молоточком по всей плоскости клинок, к чему-то прислушался мастер-кузнец. — Очень интересный металл. Давай выйдем. А вы за работу, нечего уши греть! — Рыкнул на подмастерьев Пакко.
Вместе с Маргуре и Пакко мы вышли во внутренний двор кузницы. Справа у стены стояли стеллажи с каким-то металлическим хламом, в котором угадывались элементы кирас и шлемов. Слева из земли торчал пенёк, рядом наковальня и ростовая деревянная мишень. Пакко периодически подбрасывал мой нож и ловко ловил его за кончик клинка. Потом резко, без замаха, метнул его в мишень. Тот глубоко засел в районе плеча. Гном нахмурился и пошёл вытаскивать нож. Осмотрел режущую кромку и, хмыкнув, спросил.
— Скажи Корней, а для чего ты использовал этот клинок?
— Ну, это у нас считается охотничий нож. Оленей подранков добивал. Кусок мяса отрезать, колбаску с хлебушком порубить да деревяшки обстругать, — не понимая, к чему такой вопрос, честно ответил я.
— Понятно. По сути обычный хозяйственный нож, но в нём есть часть боевой стали, — многозначительно произнёс гном. Но, видя моё непонимание, пояснил. — Калека твой нож. Душа воина запечатана в бесполезную оболочку. В любой ответственный момент он тебя подведёт. Это разбойник по сути.
— Душа, разбойник, воин? Ты о чём? — опять ничего не понял я.
— У всего есть духовная составляющая. И, похоже, в твоём мире об этом забыли или не знают, — подняв палец к небу, заявил гном.
— Скорее забыли, — я припомнил легенды о мифических мечах моего мира и о молоте Тора. Не на пустом же месте сказки и мифы рождаются. — Но если ты планируешь его у меня забрать, то я против. Привык уже как-то к нему.
— Никто забирать его не собирается, — преувеличенно равнодушно ответил Пакко. — Предлагаю пробудить воина в нём.
— Это как? — делаю вид, что не заметил его заинтересованности.
— Секрет подгорного народа, — насупился Пакко.
— Ничего не понял, но звучит прикольно, как у нас говорят. Ладно, можешь попытаться пробудить воина.
— Это обойдётся тебе в десяток золотых монет, — ехидно растянув губы в ухмылке, заявил гном.
Я и прислушивавшаяся к нашему разговору Маргуре синхронно уронили челюсти. Нет, это уже наглость. Что-то темнит коротышка. Обозвал мой нож калекой. Явно имеет заинтересованность в изучении стали. Так ещё деньги с меня требует.
— Нет, мастер Пакко. Я понимаю, что ты хочешь, — ухмыльнулся я в ответ. — Тебя интересуют остальные составляющие сплавы ножа. Изучив их и воссоздав, ты получишь дополнительную прибыль. Так что с тебя десяток золотых и меч твоего изготовления.
Наглеть, так по полной. Пакко от возмущения чуть не закипел, покраснев, как варёный рак. Несколько раз выдохнул и вдруг расслабился. Кажется, я где-то прогадал. Может, нужно было сотню золотых затребовать?
— Хорошо. Ни тебе, ни мне. Выбираешь клинок из моих личных запасов, и я делаю тебе три струны по вашей технологии. Работа, конечно, ювелирная и трудоёмкая, но вполне реализуемая.
Я выхватил из его рук нож с ножнами и демонстративно прицепил себе на ремень.