Страница 15 из 26
Глава 8
Я лежала на жесткой кровати, укрытая до подбородка потертым одеялом, и чувствовала себя полной дурой. На мне было то самое болотное платье – спать в нем было неудобно, но раздеться при Миране… Это уж совсем ни в какие ворота.
Уставившись в темноту потолка, я старалась дышать как можно тише и прислушивалась к каждому шороху из-за печки. Там, на постеленной мной овчине, ворочался незваный гость. Ерзал и вздыхал, и от этих простых человеческих звуков по моей коже бежали мурашки. В моей избушке. Спит. Парень.
– Слушай… – вдруг заговорил он. – А где ты училась магии?
Вот же общительный!
– Ты спать хотел, – напомнила я. – И устал.
– Да, – согласился Миран без малейшего раскаяния. – Но теперь что-то не засыпается. Прикидываю, а училась ли ты в нашей Академии? Твои трюки в лесу… они не похожи на стандартную программу.
– Не училась, – отрезала я, – и я не маг.
Повисла короткая удивленная пауза.
– У тебя есть магия. Откуда?
– У меня договор с волшебным единорогом!
Он проигнорировал мой сарказм.
– Сначала я думал, что ты магичка льда. Потом – что эфира, раз искажала пространство, или земли, раз смыкала деревья. Но теперь понимаю… ты нечто иное.
– Спи давай, – прошипела я сердито, закрывая тему.
И так ляпнула лишнее. Не хватало еще, чтобы его осенило. Способов обрести магию в нашем мире – раз, два и обчелся.
Какое-то время царила тишина, и я понадеялась, что Миран угомонился. Ага, держи карман шире.
– Знаешь… Ты могла бы прийти к нам в Академию. У нас бывают открытые уроки для всех желающих.
Как удар обухом по темени, нахлынуло воспоминание. Маленькая я, у окна в школе. Смотрю на высокие шпили Академии, видневшиеся вдалеке. Мечтаю. О том, чтобы там учиться, носить мантию, постигать тайны стихий. Но у меня не было дара. Никакого. Обычная девочка, которая наивно верила в чудо.
– И как ты себе это представляешь? – зло спросила я, глотая ком в горле. – Чтобы я в таком виде пришла в Академию? Людям показалась?
– Нормальный вид, – невозмутимо ответил Миран. – Экзотичный, конечно. Но ничего такого. У нас один парень по приколу с накладными рогами ходит, и никто не парится.
Экзотичный вид?! Обескураживающая новость!
– Вкусы у тебя весьма специфичные, – протянула я и тяжко вздохнула. – Все равно я не могу… покинуть пределы этого леса.
– У любого проклятия должно быть условие снятия. Какое у тебя?
Я замерла под одеялом. Он просто любопытный или решил поиграть в благородного героя, спасителя загубленных дев?
– Забудь, – буркнула я, поворачиваясь к стене. – Условие невыполнимое.
– Это несправедливо.
– Такой большой мальчик, а в справедливость веришь…
– Мне двадцать лет, я на третьем курсе, – обиженно известил Миран. – А тебе сколько? Если не секрет.
– Сто! – выпалила я с вызовом.
– Врешь. На старуху не похожа. Ни внешне, ни по поведению.
– А что это значит – по поведению? – насторожилась я.
– Ну, пакости всякие делаешь веселые. Как мои друзья-студенты. То тенями дразнишь, то по лесу гоняешь.
От возмущения я запыхтела, как ёж. Веселые пакости?! Да я старалась, выпроваживала! Душу вкладывала, как в искусство!
– Я без претензий, – поспешно добавил он. – Сам люблю всех разыгрывать. Особенно первокурсников. Власу в сапоги прошлой зимой снег набил, он орал на всю общагу.
– Так в лесу, значит, весело было? – не унималась я. – Когда я тебя по лесу водила, как последнего дурака?
– Скучно точно не было, – рассмеялся он, но совершенно беззлобно. – Признаю, было жутковато. Но и интересно.
Хотелось фыркнуть, сказать что-то едкое, но вместо этого я… тоже рассмеялась. Коротко, сдавленно, но по-настоящему. Впервые за много лет.
Я лежала и ждала, что он еще скажет. Задаст какой-нибудь дурацкий вопрос, отпустит глупое замечание. Но до меня донеслось ровное, мерное посапывание. Уснул. Негодяй! Поставил все с ног на голову и спит себе спокойно.
Постепенно мое дыхание выровнялось, веки потяжелели, и я погрузилась в тревожный сон. Разбудило подозрительное шуршание. Я села на кровати, сердце заколотилось. Пока я спала, Миран надумал какую-то подлянку?! Я впилась взглядом в полумрак комнаты.
Но гость не рылся в моих вещах и не пытался поджечь избушку. Стоял у вешалки и накидывал свою мантию. Увидев, что я проснулась, он смущенно улыбнулся.
– Извини, что разбудил. Старался тихо.
Я смотрела на него, и грудь сковало странное чувство – не то облегчение, не то досада.
– Уже уходишь? – спросила я так, будто этот факт меня расстраивал.
– Светает. – Миран кивнул на окно, в которое пробивался бледный зимний рассвет. – Мне пора. А то меня искать начнут, подумают: пропал.
Я спустила ноги с кровати и спросила предательски дрожащим голосом:
– И что ты расскажешь своим?
– Правду.
У меня похолодело внутри.
– Какую правду?!
– Что никакой ведьмы тут нет. – Он посмотрел на меня прямо, и в его глазах не было ни насмешки, ни лукавства. – А подробности никому знать не надо.
Миран вышел в прихожую. Скрипнула дверь, в избушку ворвался морозный воздух.
– Приходи на праздник, коли надумаешь, – бросил он на прощание и был таков.
Я сидела на краю кровати и слушала, как затихают его шаги. Ну и иди. Правильно. Нечего тебе тут делать.
Упав обратно на подушку, я натянула одеяло на голову и снова провалилась в сон, на этот раз долгий и беспросветный. Проснулась уже днем оттого, что в окно бил свет. Я встала разбитая, с тяжелой головой. Вышла на крыльцо, чтобы набрать снега в котелок.
И остолбенела.
Лес вокруг моей избушки преобразился. На ветвях ближайших елей и сосен висели десятки маленьких ярких огоньков, похожих на сферы из чистейшего живого пламени. Импровизированные праздничные игрушки. Они переливались всеми оттенками золотого, оранжевого и алого. Качались на ветру, отбрасывая на снег танцующие тени. Это было… красиво. Очень красиво. И абсолютно, до жути неуместно.
Я подошла к ближайшей елке, протянула руку к одному из шаров. Тепло, исходящее от него, было приятным, согревающим. Но едва пальцы почти коснулись поверхности, я отдернула ладонь, будто обожглась. Не физически.
Так Миран не просто ушел. Он напоследок оставил мне «подарочек»! Этот огневик, этот… рыжий дурень!