Правда о «СМЕРШ»

Не могу еще раз не вспомнить прекрасное произведение А. Богомолова «Момент истины». Созданное, правда, четверть столетия назад, оно посвящено военным контрразведчикам, написано исключительно живо, занимательно, объективно и как одно из лучших произведений о Великой Отечественной войне вошло в золотой фонд русской советской литературы.

В Управлении военной контрразведки Москвы создан музей с большим количеством подлинных документов и экспонатов, посвященных работе «Смерш» в годы Великой Отечественной войны. На территории Управления установлен величественный памятник, посвященный памяти сотрудников «Смерш», погибших в годы Великой Отечественной войны. Эти факты, конечно же, радуют нас, ветеранов «Смерш» и военной контрразведки, внушают надежду и придают новые силы для успешной работы вне строя.

Вместе с тем не могу не сделать несколько замечаний.

В последние годы во главу угла деятельности ФСБ и, соответственно, военной контрразведки ставится и даже навязывается так называемая борьба с терроризмом. Постоянно повторяется, что это является основной и главной задачей ФСБ, что на ее решение не пожалеют сил и средств. Политическая выгода широкой трактовки терроризма очевидна. Терроризмом при трескучей поддержке продажных СМИ и сплоченных кормушкой «единороссов» несложно назвать любые неугодные политические течения. Я же считаю, что основной и главной задачей ФСБ должна являться борьба с агентурой иностранных разведок. Ведь один крупный агент в руководстве войсками или в высших кругах правительства может нанести гораздо больший и порой непоправимый урон всей стране, чем сто подготовленных террористов.

По ряду объективных и субъективных причин в настоящее время в нашей стране сложились исключительно благоприятные условия для агентурной работы иностранных разведок. Столь благоприятных условий не было никогда ранее. Постоянные бесконтрольные поездки российских граждан за рубеж, в том числе всевозможных чиновников, чего нет (бесконтрольности) в так называемых развитых странах, создают исключительно благоприятные условия вербовок. Знание же иностранными службами компроматов и ловкое создание их за границей, что в упрощенном виде вы не раз видели в советских кинофильмах, неизмеримо повышает вероятность вербовки. К тому же у нас все сведено к деньгам, к наживе, а это в условиях современного воспитания тоже хорошая основа для вербовок.

Опираясь на свой многолетний опыт работы в органах военной контрразведки, я не исключаю и сегодня наличия крупных агентов иностранных разведок и в.

Генеральном штабе, и в высших руководящих сферах страны.

Что там далеко ходить: по заявлениям работников ПГУ и сообщениям в печати, еще в советские времена, одно из известных лиц в государственном аппарате являлось агентом ЦРУ! Его грязным инсинуациям, его прямым действиям по развалу Советского Союза, по подрыву авторитета нашего государства даже трудно найти название. Его зловещей фигуре невозможно найти аналог в истории. Даже Иуда раскаялся в своем поступке и добровольно ушел из жизни. И ведь при жизни этот «человек» официально не был разоблачен! Напротив, получал награды, гонорары, пенсии и всевозможные льготы.

Кто сейчас поручится, что и сегодня в высших слоях руководства среди так называемой элиты (слово, пришедшее к современным журналистами комментаторам, наверное, из животноводства) нет подобных людей. Это чрезвычайно опасно для судеб страны сегодня.

Борьба с терроризмом, конечно же, важна и требует больших усилий и затрат, безусловно, надо активно ею заниматься. Но первоочередной задачей спецслужб была и остается борьба с агентурой иностранных разведок, с ее проникновением в жизнеобразующие центры страны. Это аксиома — так всегда было, так всегда и должно быть.

Послесловие

Изданием этой книги я обязан уважаемым и бескорыстным людям, сынам своего Отечества, бережно относящимся к его исторической памяти: Владимиру Яковлевичу Скорому и Александру Михайловичу Пашкевичу. Без их внимания и поддержки эта книга не вышла бы в свет.

Также должен отметить внимательное отношение Николая Георгиевича Бодрихина, который приложил много труда при редактировании и правке настоящей книги.

Одновременно должен выразить благодарность руководителю Департамента военной контрразведки ФСБ России генерал-полковнику Александру Георгиевичу Безверхнему и бессменному председателю ветеранской организации военной контрразведки генерал-лейтенанту в отставке Александру Ивановичу Матвееву за постоянную моральную поддержку, товарищескую помощь и настойчивые пожелания в написании книги.

А. Г. Безверхний прямо говорил мне, что его пожелание написать книгу я должен рассматривать как приказ. Ну а приказы, как известна, не обсуждаются, а выполняются.

Насколько мне удалось выполнить этот приказ — судить вам, читатель.

С большой благодарностью за внимание, Леонид Георгиевич Иванов.

Приложение

О клевете Г. Х. Попова на Красную Армию.

Презрение и отвращение — вот чувства, которые овладевают мной после прочтения статьи соотечественника, бывшего мэра Москвы, активного деятеля времен застоя и ельцинского безвременья Г. Х. Попова, опубликованной в газете «Московский комсомолец». Надо ли говорить, что у всех этих господ их деятельность всегда была направлена только на усиление собственного потребления, а все их псевдофилософские и провокационно-исторические потуги предпринимались лишь за гранты и гонорары. Идейность, несмотря на всю трескотню, не присуща им.

Во время войны мне довелось быть начальником отделения контрразведки «Смерш» 5-й ударной армии. Через отделение, где я был начальником, проходила вся оперативная документация особых отделов дивизий и корпусов, подчиненных отделу армии «Смерш». Поэтому мы знали все о результатах борьбы с абвером, с изменой Родине, с дезертирством, о мерах по сохранению военной тайны и о многих других задачах, касавшихся нас.

Когда в феврале 1945 года мы перешли польско-германскую границу и оказались на территории Германии, перед органами «Смерш» были поставлены дополнительные задачи по розыску и задержанию агентов абвера, крупных нацистов, а также пресечению преступлений и информированию командования обо всех правонарушениях, допущенных нашими военнослужащими по отношению к немецкому населению.

В первые дни вступления наших войск в Германию из органов «Смерш» корпусов и дивизий стали поступать сообщения об отдельных случаях самосуда над немцами, о поджогах особняков, об изнасилованиях и др. Замечу, что военнослужащих, совершавших подобные действия, по-человечески можно было понять. У многих из них немцами были расстреляны семьи, убиты дети, родные и близкие, разрушены дома, родственники были угнаны на работы в Германию или сгинули в неизвестном направлении. В лучшем случае их родные и близкие самоотверженно трудились на оборонных предприятиях, голодали и мерзли, живя надеждой на победу. Все эти лишения принес в нашу страну германский фашизм. Озлобленность, накопившаяся в сердцах многих военнослужащих в ответ на массовые злодеяния немцев, выплескивалась в отдельные случаи самоуправства.

Но наряду с такими действиями были и другие, благородные поступки, когда наши солдаты, особенно пожилые, с риском для жизни вытаскивали из горящих домов, спасали немецких детей. Недаром в Берлине, в Трептов парке, стоит памятник советскому солдату со спасенной немецкой девочкой на левой руке.

По фактам же происходивших правонарушений принимались меры по всем направлениям — по уставному, по политическому, а если на то имелись основания, подключались «органы». В этих условиях «замолчать» преступление было очень сложно — на командование ложилась очень большая ответственность.

Вскоре после пересечения границы в войска пришла директива Главного политического управления Красной Армии. Этой директивой разъяснялось, что Красная Армия вступила на территорию Германии не для порабощения и угнетения немецкого народа, а для его освобождения от ига гитлеризма. Всячески подчеркивалась не завоевательная, а освободительная миссия нашей армии как армии первого в мире социалистического государства. Были выдвинуты жесткие требования о том, чтобы со стороны военнослужащих в отношении мирного немецкого населения не было никаких актов насилия и издевательств. Говорилось и о необходимости ведения разъяснительной работы среди немцев о целях и задачах Красной Армии на немецкой земле. Эта директива пришла очень своевременно, и бесспорно, сыграла положительную роль. Она повлияла на резкое снижение правонарушений со стороны советских воинов, а по некоторым отрицательным проявлениям — их полное прекращение. Прошу обратить внимание, что вся эта работа проводилась задолго до штурма Берлина!