Страница 6 из 145
— Так… — сказала я. — Так мы его не найдем. — Плюхнулась на пять опор: коленки, локти, пузо — и посмотрела снизу вверх на слегка обалдевшего, но благосклонно взирающего на мой оттопыренный зад мужа. — Что встал? Присоединяйся. По-другому этого норного жителя не добыть. — А когда отчего-то слегка смущенный Мар оказался рядом в том же положении, добавила: — Ты точно никуда не уходил от двери палаты, когда я его рожала? Такое ощущение, что его нам гномы подбросили или хоббиты… Холин, хватит ржать, ты по той стороне, я по этой. И смотри везде, где голова пролезет. И не только твоя.
Исключительной особенностью Лайма было то, что если он не хотел быть найденным, никакое материнское чутье и магическое видение не помогало.
Поиски проходили в темноватой, таинственной шуршаще-постанывающей и шуршаще-матерящейся теплой семейной обстановке. Жаль, что я не особенно хорошо изучила обстановку гостиной этой конкретной семьи при свете, шишек было бы на порядок меньше.
Судя по постепенно приближающемуся нецензурному ворчанию с противоположной стороны, Мар тоже столкнулся с некоторыми обстоятельствами. Скорее всего, его голова мало где пролезала, вот он и матерился, пытаясь ощупывать тайные пространства под мебелью рукой, посчитав ночное видение не слишком надежным. Он изредка сиял в мою сторону синими зенками и бесконечно, как заевший рингтон, транслировал по тьма-связи: «Нашла? А сейчас нашла?».
Я отвечала ему общеизвестным словом со всеобъемлющим отрицательным смыслом, продолжала свой скорбный путь и прислушивалась к организму. Внутри было тихо, как в… не, не, яжмать… просто тихо. Прожорливое детище мирно спало, убаюканное моими движениями, как в люльке.
Я методично обследовала подкомодье, подскамеечное пространство и поддиванную тьму, заглянула в тайное укрывище в уголу за шторой, где наткулась на ошеломленную моим вниманием мышь.
Спустя некоторое время мы с Мареком, обогнув гостиную, встретились под столом.
Второму дитяти надоело болтаться или оно просто проснулось, потянулось…
— Ик!
Огненный плевок был мелкий, случалось и покруче. Только ковер малость подпортился. И то Мар быстренько притушил, пока до елки докатиться не успело. Я подняла на него виноватые глаза.
— О, Тьма, — почти шепотом почти простонал он, — когда этот бездный срок закончится и вы будете по отдельности?..
— А что ты хочешь? — возмутилась я, дитя возмутилось вместе со мной, наподдав макушкой, и очередной огненный ком помчался к елке.
Марек, едва не голой рукой изловивший исторгнутое, зашипел:
— Я хочу обратно свою нормальную ненормальную жену, а не помесь дракона и гарпии в период линьки.
— Холин, ты что?.. Ты меня сейчас лысой обозвал?
— Тихо! Молчи! — шикнул он на меня, да еще и рот закрыл.