Страница 20 из 78
Лера рывком села, открывая глаза… и увидела спинку автомобильного сиденья и темный затылок. Все еще не понимая, что происходит, Лера повела взглядом налево: за окном мелькали крупные красные цветы, потом направо: на полу лежал розово-синий рюкзак, а за другим окном проносилось бескрайнее поле травы. Солнечные лучи добавляли картине сказочного флера, заливая все золотистым светом. Затылок над спинкой второго сидения был русым, он дернулся, сменяясь лицом, и Лера сразу узнала Сэма.
— Проснулась? — спросил он с улыбкой.
— Угу, — Лера все вспомнила и села свободнее. — В первый момент показалось, что я в своем мире. Лежала и думала, как не хочется вставать на работу.
— Мечта сбылась, — усмехнулся Сэм.
— Да, — пробормотала Лера и отвернулась к окну. — Сбылась.
Пару минут слышно было только урчание мотора. Пока Лера не пригляделась и не поняла, что местность выглядит абсолютно незнакомой. Кажется, это место они в прошлый раз не проезжали.
— А где мы вообще?
— В Третьей провинции. Осталось немного, еще разок срежем, и мы на месте.
Сэм протянул ей небольшую бутылочку с водой, Лера благодарно улыбнулась, принимая ее, и тут же выпила едва не половину. Значит, в небольших сумках были припасы. Красные цветы сменились желтыми, потом синими. Дин обогнал телегу с сеном, которую тащила самая обычная на вид лошадка гнедой масти. Держащий поводья мужичок в засаленной круглой кепке проводил автомобиль сонным взглядом и ткнулся подбородком в грудь, кажется, вновь задремав. Лера глянула на небо, но свет слишком слепил, тогда она поднесла к окну руку и посмотрела на тень.
— Время ведь только идет к обеду? — спросила Лера в пространство, даже не надеясь, что в разговор вступит Дин.
— Да, половина одиннадцатого, — ответил Сэм.
— Если мы так быстро приедем, нас будет кому встретить?
Сэм развернулся на сидении, чтобы посмотреть ей в глаза.
— Не понял, о чем ты?
— Разве вампиры не ночные существа? В моем мире все легенды о них основаны на том, что солнце убивает вампиров. Поэтому днем они спят, а ночью высасывают кровь из людей.
Сэм расхохотался, даже голову запрокинул от удовольствия. И стукнул Дина по плечу, призывая оценить шутку. Лере пришлось чуть наклониться, чтобы спинка сидения не заслоняла второго напарника, — его плечи тоже подрагивали от смеха.
— Надо рассказать Клоду, он оценит, — сказал Сэм, отсмеявшись, и Дин кивнул.
— Вампиры действительно предпочитают вести дела ночью, но только потому, что днем хуже видят, — объяснил Сэм Лере. — В темноте они используют острое зрение как преимущество над «жалкими людишками».
Он так выделил голосом последнюю фразу, что ясно стало: это цитата. Дин хмыкнул.
— Будут тянуть время. Но это безопасно, — сказал он.
Лера кивнула, что поняла, хотя Дин и не мог ее видеть. Но разыгравшееся любопытство уже было так просто не унять.
— А оборотни? Они превращаются в волков?
— Превращаются, — улыбка сошла с лица Сэма. — Но для этого нужно очень много магии. Решившийся на полный оборот может убить до пяти одаренных, пока не накопит достаточно силы.
— Убить пять человек⁈ — Лера придвинулась ближе, чтобы не пропустить ни одного слова. — То есть они опаснее вампиров? Но их наказывают?
Сэм выжидающе посмотрел на Дина. Кажется, вопрос наказания оборотней его раньше не интересовал.
— Официально, Альянс следит за этим. По факту, нет, — сказал Дин.
— Ну да-а, — протянул Сэм, кивая в такт своим мыслям. — Чем больше одаренных убьют оборотни, тем меньше угроза для Альянса.
— Но это же люди! — Лера чувствовала, как глаза расширяются от шока. — Как так можно⁈
— Лира, — произнес Сэм так, словно говорил с наивным ребенком, — вспомни, что сам Альянс делает с ведьмами.
И она вспомнила. Камеры с решетками. Стеклянные шары в куске ткани. Одежду в шкафу, которую больше некому носить.
Лера села глубже на сидении и, откинувшись на спинку, вперила взгляд в окно. Теперь по обеим сторонам от дороги проносились засеянные поля, но на одном урожай должны были вот-вот собирать, а на другом дружно зеленели всходы. По словам Дина, в этом мире всегда была примерно одинаковая погода: не то поздняя весна, не то ранее лето. Ночные прогулки без верхней одежды могли привести к нескольким дням лихорадки, но замерзнуть насмерть никому не грозило. Лера порадовалась, что не знала этого в свой первый день в этом мире, а то и правда сбежала бы из машины и… сейчас, наверное, была бы мертва.
В редкие годы бывали периоды засухи и сильной жары, но в обычное время куртка была верной спутницей местных жителей в любую погоду. Правда, в Первой и Второй провинциях в середине года было теплее, а в Четвертой в любой день любого месяца дули ветра. Дин, а теперь и Лера с Сэмом, жил в Пятой провинции, а главное отделение Альянса и большинство его служащих находились в Первой. Сейчас же напарники ехали к вампиру Клоду во Вторую провинцию.
Сэм предупредил Леру, чтобы не расслаблялась и не верила всему, что увидит, потому что вампиры всегда себе на уме. В его родном мире тоже жили вампиры, и их поведение везде было одинаковым: выгода — во главе угла, бессмертные ничего не делали в долг или по доброте душевной. Поездка была рискованной еще и потому, что Вторая провинция соседствовала с Первой, и там чаще появлялись патрули или охотники за головами.
Вскоре Лере надоели однообразные пейзажи, другие машины встречались редко и не слишком разбавляли скуку — такие же потрепанные жизнью грузовички, как у них. Желудок напомнил, что завтрака не было, и Лера предложила остановиться для перекуса, на что напарники с энтузиазмом согласились. Снедь разложили прямо на капоте, решив во время остановки заодно и ноги размять. Лера достала из своего рюкзака сверток с колбасой в тесте и огурец, который тут же отдала Сэму, чтобы нарезал.
И разразилась долгой и полной возмущения речью на тему походной посуды. Только подумать, эти люди изобрели колбасу, но не изобрели пластиковые контейнеры под нее! Поэтому нарезанный сыр и выпечку пришлось везти в эмалированных судках, а крышки от них использовать вместо тарелок. Напарники сочувственно поднимали брови и мычали, но продолжали жевать и, кажется, совсем не прониклись идеями пластиковой посуды и полиэтиленовых пакетов. Лере пришлось срочно сворачивать стихийный митинг и приниматься за еду, а то с аппетитом напарников она рисковала остаться голодной.