Страница 14 из 78
Конечно, Дин все заметил. И правда, не человек, а робот какой-то! Хотя, пирожки ест, как нормальный мужик, мысленно накинула Лера ему хотя бы один «плюсик».
— Вы меня извините, я обычно не капризная. Просто изжога. Пойду, молочка попью, — она слегка улыбнулась и ушла на кухню.
Увидев полную раковину, Лера первым делом взялась за посуду. Чем хорошо это дело: пока руки заняты, голова вольна думать, о чем хочет. Так что, поразмыслив, Лера призналась себе: она действительно боится, но не только Альянса с его камерами. Она, может, и не против, чтобы из нее выкачали магию. Потому что как раз себя с магией Лера боялась больше всего — она понятия не имела, что с этой магией делать. Это как быть президентом, только без подготовки, кучи советников и дипломатов. Конечно, глава государства — обычный человек: две руки, две ноги, но голова у него работает иначе, потому что ответственность за миллионы жизней — это не шутки! От такого и умом тронуться недолго. Лера вот по себе знает. Потому что магия — та же ядерная кнопка, только к ней нет второго ключа и кода, без которых ничего не запустится. Ну, Лера надеялась, что в ядерном чемоданчике все именно так, с обязательной системой двойной защиты от случайных нажатий. Но у нее-то такой системы нет! Она вот еще привыкнуть к этому миру не успела, не то что подумать о какой-то магии, а уже ладонь светится! И это, по словам напарников, только зачатки. Что если Лера не удержит всю эту силу и станет как та ядерная бомба, после взрыва которой уже не очень-то и важно, кто там был прав, а кто виноват? И тем страшнее, что эта силища скоро закачается в тело девочки-подростка, в котором вот-вот своя война начнется с гормональными бомбардировками.
Домывая тарелки, Лера ощутила, что в груди жжет все сильнее. Ополоснула руки и все же полезла в холодильник за молоком. Пришлось выпить полстакана, прежде чем немного отпустило. Она вернула бутылку с молоком на полку и прижалась лбом к прохладной дверце холодильника. Может, проще было бы разбираться с разводом и поиском работы? А то тут втянут в революцию, и пикнуть не успеет! И потом доказывай, что «сами мы не местные». Лера тихонько рассмеялась от этой мысли и выпрямилась, глядя на свое смутное отражение в белом металле. Ну вот, распустила нюни! Люди за новые ощущения платят баснословные деньги, а на выходе получают прогулку в джунглях с мошкарой, ядовитыми змеями и риском остаться без конечности, а то и сразу без головы. И ничего, выживают, возвращаются довольные и радуются, что отделались одной малярией. А тут: тепло, кстати, надо узнать, какое время года, а то, может, пора шубу выпрашивать, а Лера и не в курсе, сытно, в рабство не продают и даже учить будут. Не жизнь, а малина! Лера кивнула своему отражению, подтверждая, что именно такой настрой ей и нужен, и пошла обратно в большую комнату. И сразу поняла, что скоро заработает фобию, боязнь углов. Наверняка такая есть, узнать бы, как называется. А если нет, Лера сама назовет, только вот найдет в голове слова приличнее, чем те, что сами приходят. А то, понимаешь, как ни завернет Лера за угол, так вечно попадает в историю.
Дин с голым торсом сидел на коленях последи комнаты и держал в руках один из шаров. От стекляшки исходило мягкое сияние, и никакого световое шоу, как в машине. При чем, светился не только шар: татуировки на руках Дина постепенно загорались, начиная от запястий и выше, выше. Черные узоры заканчивались на руках на уровне сердца, а дальше — Лере пришлось напрячь зрение, чтобы рассмотреть — до конца плеча шли бледный линии, будто набросок простым карандашом. Шар погас, как раз когда золотистое сияние достигло последних темных линий. Дин кивнул, и Сэм заменил шар в его руках на новый. Дин забормотал какую-то скороговорку, но слишком тихо, чтобы Лера со своего места разобрала слова. Несколько мгновений ничего не происходило, потом шар засветился, как лампочка, и золото продолжило свой путь по бледным линиям. Вообще, это было красиво, словно волшебные змейки ползли на смуглой коже. Хотя татуировки больше напоминали чертеж: прямые линии и углы, они все равно изгибались, повторяя рельеф мышц, будто облизывая накаченные мускулы. Минуты через две, прозрачный рисунок заполнился сиянием, а шар, постепенно тускневший, погас вовсе. А когда Дину дали новый шар, золотой лабиринт начал появляться на чистой коже плеч и спины. Пока рисунок дошел до лопаток, свет еще два раза вспыхивал и гас.
— Может, передохнешь? — спросил Сэм, забирая очередную пустую стекляшку.
Дин отрицательно мотнул головой. Когда золотая вязь покрыла всю верхнюю часть спины и дошла до позвоночника, Лере показалось, что Дину больно. Он не вздрогнул, и кажется, ничего не изменилось, но она нутром чуяла: что-то не так. Поэтому подбежала и выбила шар из его рук.
— Что ты… — начал было Сэм.
А Лера уже упала на колени перед Дином и скрючилась, пытаясь заглянуть ему в лицо. Тот по-прежнему сидел ровно, но вот голова повисла, ткнувшись подбородком в грудь, глаза закрылись. Повинуясь интуиции, не иначе, Лера взяла его за руки повыше запястий, как раз за то место, где начинались татуировки. Она не успела даже четко подумать, что же будет делать, а по ее коже уже заструились золотые линии. Но были они не ровными, как у Дина, а напоминали узор из книжек с русскими народными сказками: стебли, завитки и нечто, напоминающее аленький цветочек. Лера засмотрелась на эту красоту и упустила момент, когда Дин пришел в себя. И внезапно полетела спиной на пол, потому что ее грубо оттолкнули.
— Что творишь? — гаркнул Дин, лицо его угрожающе застыло.
Вот и помогай после этого людям! Лера подобрала под себя ноги, отодвигаясь от Дина, и села.
— А ты куда смотришь? — так же сурово спросил Дин у Сэма, но того недовольство напарника, кажется, нисколько не смутило.
— Ничего страшного с ней не случится. Это всего лишь магия.
Все это Лера слушала краем уха, уж очень ее занимали узоры на коже. Золотое сияние темнело, словно остывало, и уже через минуту рисунки стали неотличимы от обычной татуировки. Только очень искусной. Лера на пробу тронула пальцем аленький цветочек и не ощутила ничего, кроме тепла кожи, словно никакого рисунка и не было. Провела ладонью раз, другой, потерла.
— Бесполезно, — сказал Дин уже спокойнее.
Лера подняла голову и посмотрела ему в глаза, ожидая продолжения.
— Это навсегда.
Знаки, что ты хранила и использовала чужую силу. Когда потратишь, они поблекнут, но не исчезнут.