Страница 7 из 65
Глава 4
Золотая метка истинности
После триумфального и крайне пыльного разрушения каменного голема, атмосфера в королевстве нагов изменилась. Если раньше на Миру смотрели как на экзотическую закуску, то теперь в глазах подданных читался суеверный ужас, перемешанный с фатализмом. Мира же чувствовала себя так, будто ее пропустили через центрифугу на максимальных оборотах. Золотое сияние на запястье все еще покалывало кожу, напоминая о том, что она теперь официально замужем за огромным змеем с манией величия.
Кронос не проронил ни слова, пока они возвращались в жилое крыло замка. Он двигался впереди, и его мощный черный хвост выбивал по каменным плитам дробь, которая звучала как смертный приговор любому, кто встанет на пути. Однако Мира заметила, что он то и дело касался ладонью своей груди, прямо там, где под кожей пульсировала его метка.
— Слушай, ваше мрачнейшество, — нарушила тишину Мира, когда они оказались в просторном холле, украшенном статуями его предков. И все как один, хмурые и с очень длинными хвостами. — Ты так быстро ушел с арены, что забыл выдать мне медаль за спасение собственной жизни. И, кстати, я все еще жду обещанный кофе. Или хотя бы чай. Или просто стакан воды, который не пахнет магическим перегаром Сейша.
Кронос резко остановился. Мира, не ожидавшая маневра, по инерции врезалась в его спину. Это было все равно что врезаться в теплую, живую скалу. От него пахло мускусом, разогретым песком и чем-то неуловимо притягательным, от чего у нее предательски подкосились коленки.
Он медленно развернулся. Его золотистые глаза сейчас светились так ярко, что в полумраке коридора казались двумя маленькими солнцами.
— Ты… — его голос был низким, вибрирующим, пробирающим до самых костей. — Ты хоть понимаешь, что ты сделала? Ты не просто разрушила голема. Ты вытянула мою магию. Прямо из моего источника. Это невозможно для человека. Это интимнее, чем…
Он осекся, и Мира увидела, как на его скулах проступил едва заметный темный румянец.
— Чем что? — она вызывающе вздернула подбородок, стараясь игнорировать тот факт, что стоит перед ним в одних золотых пластинах и полупрозрачном шелке. Халат она так и не успела забрать у ошарашенного стражника. — Чем совместный поход за продуктами? Чем чистка хвоста? Кронос, мы истинная пара по версии твоей дурацкой магии. Привыкай делиться интернетом… то есть силой.
Кронос сделал выпад вперед, вторгаясь в ее личное пространство. Его хвост медленно, почти непроизвольно, начал обвиваться вокруг ее ног, создавая кольцо из чешуи и жара.
— Ты играешь с огнем, маленькая воительница в розовом, — прошептал он, склоняясь к ее лицу так близко, что она чувствовала его горячее дыхание. — Эта связь… она двусторонняя. Если я чувствую твою жажду, ты чувствуешь мою ярость. И не только ярость.
Мира почувствовала, как по телу прошла волна жара, не имеющая отношения к климату пещер. Золотая метка на ее руке начала жечь, откликаясь на его близость. В этот момент между ними возникло такое напряжение, что, казалось, в воздухе вот-вот полетят искры. Она посмотрела на его губы, четко очерченные, жесткие, но сейчас странно притягательные.
— Кронос, — выдохнула она, теряя нить своей ироничной защиты. — Твой хвост… он меня сейчас раздавит или это такая форма объятий?
Кронос замер, словно очнувшись. Он резко отпрянул, и его хвост со свистом распутался, ударив по стене.
— В свои покои. Живо. Сейш принесет тебе твой… кофе. И не смей выходить без сопровождения. После того, что увидели старейшины, ты самая ценная и самая опасная фигура на доске.
Мира хотела было съязвить, но, увидев, как дрожат его пальцы, когда он сжимает кулаки, решила промолчать. Она развернулась и, стараясь сохранять достоинство, что сложно, когда на тебе из одежды только три грамма золота и метр тюля, зашагала в свою комнату.
Вечер застал Миру в состоянии глубокой задумчивости. Она сидела на своей огромной кровати, завернутая в чудом возвращенный розовый халат, и пила нечто, что Сейш гордо назвал напитком бодрости четвертого уровня. На вкус это было как смесь какао с красным перцем и жженой резиной, но, к удивлению Миры, оно действительно бодрило.
— Значит так, Утя, — сказала она, выставляя резиновую уточку перед собой. — План действий. Пункт первый: не влюбляться в змея. У него скверный характер, холодный дом и полное отсутствие чувства юмора. Пункт второй: научиться контролировать эту золотую штуку на руке, чтобы не взрывать мебель каждый раз, когда я злюсь. Пункт третий: найти здесь шоколад. Без шоколада эта история добром не кончится.
В дверь деликатно поскреблись. Это был Риан. Младший принц вполз в комнату с таким видом, будто совершил ограбление века.
— Мира! — прошептал он, вытаскивая из-за пазухи какой-то сверток. — Я принес тебе контрабанду. Кронос приказал держать тебя на строгой диете из магии и овощей, но я-то знаю, что человеческим самкам нужно для счастья.
Он развернул тряпицу, и глаза Миры расширились. Там были сушеные ягоды, похожие на малину, и какие-то сладкие лепешки, пахнущие медом.
— Риан, ты мой герой! — Мира схватила лепешку и блаженно зажмурилась. — Клянусь, если мы выберемся отсюда, я подарю тебе целую коробку Рафаэлло.
— Не знаю, что это, но звучит как титул, — Риан уселся на пол, сложив свой синий хвост уютным бубликом. — Слушай, Мира, ты сегодня Кроноса просто уничтожила. Он полчаса стоял в тренировочном зале и бил хвостом колонну. Кажется, он всерьез испуган.
— Испуган? — Мира хмыкнула, вытирая мед с подбородка. — Твой брат, трехметровый хищник, который может проглотить меня на завтрак. Чего ему бояться?
— Того, что он больше не хозяин самому себе, — серьезно ответил Риан. — Видишь ли, у нагов истинная связь, это не просто любовь-морковь. Это полное слияние душ. Если тебе больно, тогда и ему больно. Если ты умрешь… он сгорит изнутри. Для Кроноса, который всегда полагался только на себя, это худший кошмар. Он теперь привязан к тебе крепче, чем чешуя к коже.
Мира замолчала. Кусок лепешки встал поперек горла. Она посмотрела на метку. Она-то думала, что это просто магия призыва, а оказалось, это пожизненный контракт без права на расторжение.
— А еще, — Риан хитро прищурился. — Он сегодня приказал сменить все ковры в его тронном зале. Сказал, что они недостаточно мягкие для нежных ступней. Мы-то понимаем, чьи ступни он имел в виду.
Мира почувствовала, как щеки обдает жаром. Кронос, этот ледяной сухарь, заботится о ее комфорте? Это не вписывалось в его образ тирана.